Спасатель

Паттерсон Джеймс

— Ищи, Элли, прошу тебя, ищи! И вот еще что. Ты ошиба­ешься насчет Тесс. Я бы ее ни за что не убил.

— Ты и с ней дружил с пеленок? — сердито буркнула Элли.

— Нет, — тихо сказал Нед. — Ты когда-нибудь влюблялась?

***

Деннис Страттон был в ярости.

Перед ним лежал номер «Ю-эс-эй тудей» — со статьей про то, как прокололись агенты ФБР в Бостоне. Тип по имени Нед Келли может быть где угодно. А у этого сукина сына в руках не­что очень ценное, и принадлежит это ему, Деннису

Страттону.

ФБР только палки в колеса вставляет. Нет, это дело пускать на самотек нельзя. Келли надо найти.

Страттон взял мобильный и набрал номер.

— Погоди минутку, ладно? — раздался знакомый голос.

Страттон ждал с нетерпением. Он долго пестовал этого ти­па. Оплачивал учебу его детей в частной школе, его отдых. И сейчас хотел получить сполна то, что ему причиталось.

— Утренние газеты видел? — снова раздался голос в трубке.

— Видел! — рявкнул Страттон. — ФБР только все портит. У Келли одна моя вещь, очень ценная. Ты сказал, что держишь все под контролем. Так вот, ситуация резко ухудшилась.

— Я обо всем позабочусь, — сказал человек, стараясь сохра­нять спокойствие. — Один парень уверяет, что сумеет выйти на Келли.

— Я хочу то, что принадлежит мне. Я достаточно ясно выра­зился? Все остальное меня мало волнует.

На этом Страттон закончил разговор. Надо было с самого на­чала положиться на настоящего профессионала.

В комнату вошла жена Страттона. На ней были черные лег­гинсы, на плечи накинут кашемировый джемпер.

— На пробежку собралась, дорогая?

— Вернусь через полчаса, — ответила Лиз Страттон и подо­шла к столу. — Ищу свои ключи. Я вроде их здесь оставляла.

— Я вызову мальчиков. — Страттон взялся за телефон.

— Не стоит беспокоиться. — Лиз наконец нашла ключи. — Я только до озера и обратно.

Страттон схватил Лиз за руку.

— Что ты, дорогая, это же их работа, — сказал он и стиснул запястье Лиз.

— Убери руки, Деннис, прошу тебя!

— Ты меня удивляешь, дорогая! Тебе же известны правила.

Его взгляд якобы изображал заботу, но на самом деле им руко­водило одно желание — держать все под контролем. Несколько мгновений они стояли, глядя друг на друга в упор. И она сдалась.

— Зови своих головорезов.

— Вот так-то лучше, — сказал Страттон и отпустил ее ру­ку. — Извини, дорогая. Но ты же понимаешь, всегда лучше пе­рестраховаться.

— Не извиняйся, Деннис, — сказала Лиз, потирая запяс­тье. — Это — твоя обычная манера.

***

Минуя толпы зрителей, я прошел через турникеты и спус­тился к нижним ложам.

Был отличный весенний день. Играли «Янки». Жаль, что сю­да я пришел не для того, чтобы посмотреть матч.

Я подошел к ложе 60С. И встал за спиной худого, узкоплече­го человека в белой рубашке. Он сидел и смотрел на поле.

Я сел с ним рядом.

— Привет, Недди, — бросил

он, не поворачивая головы.

Меня потрясло то, каким изможденным и слабым выглядел отец. Щеки ввалились, волосы поредели. Кожа да кости.

— Говорят, ты хотел меня видеть.

— Пап, ты же отлично знаешь, меня обложили со всех сто­рон, — сказал я, взглянув на него. — Там на поле действитель­но «Янки» или переодетые агенты ФБР?

— Ты думаешь, я имею отношение к тому, что случилось? — покачал головой отец. — Посмотри на номер тридцать восемь. Думаю, мою подачу он бы не взял.

Я не сумел сдержать улыбку. И на миг снова увидел знако­мый блеск в его глазах, хитроватую усмешку старого ирланд­ского мошенника.

— Ты неплохо выглядишь, Нед. Стал знаменитостью. — Отец снова покачал головой. — Вот уж не думал, что мне когда-ни­будь захочется снять перед тобой шляпу.

— Я всегда верил в свои недюжинные способности, — по­жал плечами я.

— У меня сердце кровью обливается, — усмехнулся Фрэнк.

— У меня тоже. — Я посмотрел на него в упор. — Пап, кто такой доктор Гаше?

Отец смотрел на поле.

— Кто-кто? — переспросил он.

— Будет тебе. Ты жил как хотел, но теперь ты должен по­мочь мне выкарабкаться. Кто такой Гаше?

— Сынок, я понятия не имею, о чем ты. Клянусь, Нед.

Меня всегда поражало, с какой невозмутимостью отец лжет.

— Джорджи проговорился, — сказал я.

— Да? — Отец только пожал плечами. — И как же?

— Он упомянул об украденном Джексоне Поллоке. А этого ни в одной сводке не было.

Фрэнк улыбнулся:

— Что ж ты не работаешь по призванию? Тебе надо было де­тективом стать, а не спасателем.

Я пропустил это мимо ушей.

— Отец, прошу тебя, скажи, кто такой Гаше? Мы с тобой оба прекрасно знаем, что Микки ни на какое дело, не посовето­вавшись с тобой, не пошел бы.

Я услышал, как ударила бейсбольная бита. Зрители, вскочив со своих мест, затаили дыхание.

Отец обернулся ко мне и прожег меня гневным взглядом:

— Неужели ты думаешь, что я мог подставить ребятишек?

— Не знаю. Я никогда бы не подумал, что ты подставишь родного сына под обвинение в убийстве, но ты вот сидишь и в ус не дуешь. Папа, одного сына ты уже потерял. Он ведь по твоему заданию тогда пошел?

Фрэнк закашлялся. Я не знал, что творится у него в душе. Может, его мучила совесть, а может, он навсегда вычеркнул это из памяти. Он просто сидел и следил за игрой.

— Отец, меня разыскивают за убийство!

Фрэнк заскрежетал зубами. Можно подумать, он был невин­ной жертвой.

— Никто не должен был пострадать, — произнес он. — Это все, что я могу сказать.

— А люди-то погибли. Микки. Бобби. Барни. Ди. Они все мертвы. Подумай, каково мне сознавать, что единственный че­ловек, к которому я могу обратиться за помощью, — это ты…