Спасатель

Гуревич Рахиль

Людей пришло много. С десяти утра начали подходить группки моих ровесников.

– - Мирошевские мы. Сказали -- на соревнования к вам.

– - Отлично, -- обрадовался я.
– - Плавать умеете?

– - Умеем.

– - А я не очень, -- сказал вдруг один парень, худой-худой: кожа да кости.

– - Нормально, -- похлопал я его по плечу.
– Кто не умеет плавать, будет учиться плавать, а потом все бегут на кросс.

Парень-Кощей заулыбался и перестал грустить.

Девушки щебетали, спрашивали: сколько метров вокруг озера. А сколько метров плыть?

Я

подумал, что с акватлоном я погорячился. А вдруг кто-нибудь утонет? Я объявлял участником, что в акватлон должны записываться только те, кто уверен в себе, кто сможет переплыть озеро. Все подходили к домику спасателя на регистрацию. Ева и Снежана записывали на листочки фамилии и года рождения. Маша несмывающимся фломастером писала на плечах акватлетов номера. Влада и Кирю я поставил на другой берег. Они должны были записывать номера тех, кто выбегает из воды по порядку.

Сначала я хотел провести серьёзный акватлон: бег, плавание туда-обратно, и опять бег. Но потом решил так: пусть плывут на тот берег и бегут вокруг озера обратно. Влад и Киря провели всех на другой берег, участники оставили там кроссовки и пошли босиком обратно. Их вёл Михайло Иваныч. Желающих оказалось по протоколу сорок пять человек. И Евдокия Никитична шла гордая с номером "1" на предплечьи. Я решил посмотреть протоколы на предмет её года рождения. Но не успел.

Михайло Иваныч шепнул мне, когда я объявил десятиминутную готовность:

– - Хочешь прикол?

– - Ну?

– - Стёпа здесь.

– - Ну, давай сразу ему медаль, что ли, дадим, -- усмехнулся я.
– Детский сад какой-то.

– - Чё ему надо-то?
– возмущался Михайло Иваныч.
– - Получить захотел?

– - Да ладно, Михайло. Пусть бегает.

– - Нет. Мне обидно. Давай его дисквалифицируем за что-нибудь.

– - Да ну, -- сказал я.
– Пусть побеждает.

– - А награждать его кто будет?

– - Да награжу я его. Мне всё равно.

– - Тебе, может, всё равно, а я ничего не забыл, -- сказал Михайло.
– Я Росту свистнул.

Стёпа между тем общался с Евой, демонстративно не замечая ничего и никого вокруг: высокий, выше меня, но ниже Роста. И тут на пляж подъехал велосипедист. Рост!

– - Эй!
– крикнул Ростик.
– Я тоже на соревнования.

Ева быстро зарегистрировала Ростика, Маша нарисовала номер 46. Снежана понеслась относить Колины кроссовки на тот берег - она неплохо бегала, эта девчонка. А Стёпа напрягся - я внимательно смотрел на него, надменно. Тогда он распустил перья как петух, демонстративно подошёл к Маше, и попросил почётче написать номер. Неужели он знал о наших с Машей отношениях?

– - Ростик не обгонит Стёпу, -- нервничал Михайло.-- После Первенства России Ростик устал. Вчера-то совсем медленно после падения протрусил. Я с двумя падениями его на пять ссеков обогнал.

– - Может и обгонит. Стёпа-то вчера выдохся, -- просто так, без всякой надежды на выигрыш Роста сказал я.

– - Товарищи!
– - Сказал я в мегафон.
– Начинается построение. (Дядя Боря сказал мне обращаться к народу только "товарищи": "Чтоб никаких господ, а то взяли

моду", -- говорил он.)

Нарисовался журналист из "Милославича", этот дохлый, который везде с нами ездил, и который совсем недавно брал у меня интервью. Корнелий Сергеевич журналиста звать. Все построились. И я сказал речь. О том, что лучшие спортсмены Мирошева участвуют в этом забеге, и что медальных комплектов будет пять, в пяти возрастных группах, и что все дети получат медали обязательно.

Подошёл и дядя Боря. Он размечал трассу, натягивал флажки и помечал краской стрелки на дороге, а на лесной тропинке - коряги.

– - Ориентировщики финишировали. Двое только в лесу заблудились. Можем начинать, -- объявил дядя Боря

Все выстроились вдоль берега по линии, начерченной на песке. Дядя Боря выстрелил. У него пистолет был не стартовый, а какой-то самый что ни на есть настоящий. Но патроны холостые, и стрелял он вверх, попросив болельщиков отойти подальше. "На всякий случАй", -- объяснил он. Мы включили секундомеры. Михайло Иваныч и я. И Снежана включила мобильник. "Для подстраховки", -- так сказал дядя Боря. Народ сиганул в воду.

Дядя Боря взял листок бумаги:

– - Самое сложное -- на финише. Ева и Снежана пишут под твою диктовку

– - Ростик обгонит Стёпу, -- вдруг сказал Мишаня.

– Может, -- кивнул я, не веря в это.
– - У него же на Стёпу зуб.

Я смотрел в бинокль. В воде побеждал Стёпа, но со второй половины они плыли вровень, обулись вместе... Дальше маршрут уходил в лес. Маша позвонила мне и сказала торжествующим голосом, что Стёпа впереди.

Мы нервничали ужасно. Всё-таки трасса для Роста не очень привычная... Дядя Боря забрал у меня бинокль. Шло время. Я услышал отдалённые крики - это подбадривали зрители тех, кто выбегал с нашей стороны из леса. Теперь надо бежать метров пятьсот по холмам, мимо тарзанки: два раза вверх-вниз и дальше уже выбегать на тропинку у пляжа.

– - Быстро переносим линию финиша, -- крикнул дядя Боря. Михайло, Ева и Снежана стали засыпать финишную линию, я быстро выдернул древки флажков по её бокам. А дядя Боря побежал прочерчивать линию краской дальше, у начала пляжа, где был не песок, а утоптанная дорога. Михайло ломанулся в домик спасателя, выбежал с топориком: я держал, а он заколачивал флажки. Теперь получалось, что надо было пробежать пляж по песку. Болельщики и отдыхающие ничего не поняли, так быстро всё произошло. Наверное, они думали, что так надо, так удобнее. Тем более, что дядя Боря громогласно объявил:

– - Для удобства болельщиков и отдыхающих старт решено перенести на пятнадцать метров дальше.

На пляж Ростик выбежал за Стёпой, но Стёпа измотался - у нас вдоль берега на веле-то тяжело, бегом с непривычки тем более. Стёпа снова был в своих "внедорожниках" с шипами, а они тяжеловаты по песку. А Ростик был в своих убитых марафонках, они стоптались, они были лёгкие - по песку легче бежать в лёгкой обуви. Эти пятнадцать метров стали решающими. Ростик обошёл Стёпу. "Фу", -- Михайло Иваныч уставился в секундомер и продиктовал время. Ева и Снежана - записали.