Спасатель
Шрифт:
«Меконг» же для такого дела не годится — пусть манильцы грешат потом на «виксов», Шанхаю выгодно стравить неласковых соседей.
Знаете, думал я недолго. Чего тут думать.
— Сделаем, Субедар, — решительно сказал Федя главному гуркху-бандиту. — Без байды, без прокидок.
Услышав слова этого специфического раздела русской речи, капитан неожиданно встрепенулся, еще более пристально посмотрел на меня.
— Парень, а мы с тобой в Лондоне не встречались?
— Эт вряд ли. Могли встретиться в Арктике или таежной Сибири.
Субедар
— Я проходил подготовку в Арктике: в Гренландии и Норвегии, по специальной программе SAS. Но в Сибири не был.
— Считайте, что вам просто повезло, — отважно бросил я.
Капитан громко расхохотался. В кабинет шефа тихо зашел маленький человечек, вкатил сервировочный столик на две чашки с чаем, подкатил к шефу.
— Смотрю, ты смелый парень! Бери чай. Мне рассказывали, что ты отлично стреляешь.
Ну, Ули, я тебе на судне дам гвоздя.
— Если прикроешь моих горилл, я откликнусь.
Да понял я уже, что тут просто так не выкрутишься. Ишь, прикрыть… Посмотрим по ситуации. Сами-то что? Серьезные тут люди собрались, если главарь служил в английской специальной воздушно-десантной службе — SAS, Special Air Service.
— Я и своих молодых горилл готовил по программе SAS, но со стрельбой на дальние дистанции… Такого оружия очень мало, у ребят нет практики.
Понятно. Я им нужен. Теперь уж ты, Федя, точно не отвертишься — закопают в болоте, только пятки будут из ила торчать.
— С тобой пойдет Джай, он индус, семь лет воевал в Кашмире, ты его видел у входа. А так же мои родственники, Бишну и Харилал: пора этим молодым оболтусам начинать приносить пользу общине.
Этого только не хватало! Вальнут папуасы родственничка главгуркха — вот то-то мне будет веселье. Удрать? Нереально: слишком многое сложилось, слишком многие вписались. Капитан, не таясь, нажал на кнопку под столом, и вскоре в комнату вплыли трое. Уже знакомый мне Джай коротко кивнул, понимающе улыбнулся.
Два молодых гуркха подошли ближе к капитану, все такие старательно свирепые и молчаливые. На них были длинные застиранные шорты цвета хаки, такие же рубашки навыпуск со множеством карманов, тюрбаны и сандалии. Даже сквозь хлопчатую ткань рубах рельефно выделялись кукри. Всем видом показывают: если им будет нечего делать, они нас от скуки прирежут. Какие вы грозные, олени!
Субедар холодно улыбнулся:
— Видишь, Тео, какие у меня бойцы…
— Ништяк, — решился я. — Я их прикрою.
Какого черта! Мной овладевала холодная расчетливая злость.
Я пароход угнал.
Я Цусиму видел.
— Только учтите, капитан, в какие-то минуты ваши пацаны будут слушать меня очень внимательно, и плевать я хотел на все ваши SAS’ы. Меня Держава готовила. По специальной сибирской программе KJB. Скажу — будут по веткам прыгать.
Пахан гуркхской банды несколько мгновений подумал, затем черты его лица слегка смягчились. Встав из-за стола, капитан бросил деревяшки, одобрительно
— Я так и думал! Сделай там все хорошо, русский, без байды! — Он легко ввернул наше словцо, после чего спросил меня еще раз: — Мы точно не встречались в Лондоне?
ГЛАВА 10
Вечные сцены. Таймырский д’Артаньян и три восточных мушкетера
— Садись! — шепотом помогая жесту, я отдал команду.
На этот раз «гориллы» сели сразу.
Двигаются ребята — загляденье! Резкие, быстрые.
Жаль, гарнитурами они тут не пользуются, но винить некого. Вообще техническое оснащение шанхайских бандосов слабое, сказывается неизбежная и пока непоправимая узость ручейка. Народу, что у шанхайцев, что у филиппинцев, очень много, даже самый легкий комплект очевидно необходимого в таких делах «хай-тека» складывается в килограммы, а их, лишних, у вождей просто нет. А люди есть: рядом всегда много открытых ртов. Стволы, ножи, одежда — должное имеется, но даже рации в группировке, как мне пояснили, есть далеко не у каждого. Говорят, что круче всех оснащены назгулы Святого, ну ему своих снабдить сам Яхве велит.
Не могу я пока надежно выбить лишнее-вбитое. SAS, едренть. Их, понимаете ли, резво перебегать учат. Под огнем и без, от укрытия к укрытию. Наверное, на войнушках это дело нужное. А вот в наших «индейских делах» — вредное.
— Джай, парни, идите сюда, — устало позвал я учеников.
Все трое быстро собрались вокруг. Слушают очень внимательно. Я, честно скажу, ни разу не ориенталист, но впечатление под кепкой сложилось цельное: приняв решение, гуркхи и индус учатся моментально, впитывают услышанное как губка, а уж о приснопамятной лени и речи быть не может.
— Откройте широко глаза и смотрите прямо перед собой. Так, хорошо… Теперь поднесите снизу указательный палец левой руки к левому же глазу, с самого края, на пороге видимости. Молодцы. Теперь покачайте кончиком пальца вверх-вниз. Нет! Смотрите только прямо! Отлично. Боковым зрением отмечайте движение объекта: краем глаза видите слабое движение вверх-вниз, причем даже сложно понять точное направление этого движения. Запомнили впечатление? А теперь покачайте кончиком пальца горизонтально, чтобы он чуть «выпрыгивал» в край обзора… Чувствуете разницу?
Слушатели усердно закивали.
— Так какого же черта вы перебегаете как подорванные?! — типа заорал я.
Молчат.
— Если я смотрю на дальний лес и хотя бы самым краем бокового зрения принимаю горизонтальное движение, то сразу же настораживаюсь и перевожу взгляд туда! А вот вертикальное — большой вопрос, чаще всего мозг не поднимает тревогу, дает лишь легкую «непонятку»: ветка, что ли, упала?
— А в бою? — возразил Джай.
— Да вы в своем «бою» делайте что хотите, чему вас учили, то и творите. Только до этого «боя» вам еще нужно дойти, и дойти скрытно. Поняли?