Спаси

Шошина Юлия

– Эй, не плачь, - я сама ощутила, как подкатывает комок к горлу. – Мам, я вас правда очень люблю.

– Ты уже такая взрослая, доченька! – она всхлипнула. – Я все помню, как ты всех животных к нам домой таскала! А папа ругался… а мы с тобой тихонько их подкармливали, пока он не видел!

Я слегка улыбнулась, сжав трубку сильнее.

– Я тоже помню, мамуль. Ну все-все. Я побежала. Пока-пока!

– Люблю тебя, солнышко.

– Я тоже, - я чмокнула в трубку и отключилась.

Мои родители всегда растили меня в любви и уважении.

Я – единственный ребенок в семье, и это естественно, что они беспокоятся обо мне, переживают и грустят. Я тоже грущу, что не вижусь с ними так часто, как раньше, но это жизнь. Я выросла, и теперь выпорхнула из их гнезда.

Вдруг в дверь позвонили. Я, нахмурившись, аккуратно поднялась с кровати и, засунув ноги в огромные пушистые тапки, пошагала в коридор. Это вряд ли Лера – она не могла так быстро сдать и вернуться. Пройдя мимо зеркала, я остановилась. Мои кудрявые светлые волосы торчали по разным сторонам, поэтому я наскоро завязала их в гулю. Старая майка была заляпана жирным пятном, а домашние шорты были слишком короткими. Ладно, к черту.

Я подошла ближе к двери и спросила:

– Кто там?

– Доставка.

Я нахмурилась сильнее. Какая доставка, мать вашу?

Распахнув дверь, я увидела невысокого паренька в куртке, делающей его похожим на шар. В руках у него был планшет и … большой букет белых роз. Я вздохнула с облегчением. Не раз так бывало: поклонники Наглой Морды присылали ей букеты, а я расписывайся.

Парень принес за собой кучу снега и, неловко в нем потоптавшись, спросил:

– Регина Лепнина здесь проживает?

Я вытаращилась на него. Регина Лепнина? Они перепутали?

– М… да. Это я, - ничего не понимая, посмотрела на букет, а затем в его планшет. Он протянул мне бланк вместе с ручкой, и я стала искать отправителя, к сожалению, которого, не было.

– А… кто … кто отправил? – я даже начала заикаться.

– Инкогнито, - парень закатил глаза. Я усмехнулась, ужасно заинтригованная. – Здесь записка. Распишитесь, и я поеду. Там метель, знаете ли. А мне еще обратно в центр.

– Боже, все, не ругайтесь, - я подняла руки, словно сдаюсь и забрала у него ручку. Поставив свою размашистую роспись, я приняла ледяной букет и скрылась в квартире.

Вот это ничего себе! Пересчитав розы, я удивилась еще больше – двадцать три. Почему двадцать три?

Аккуратно встав на стул, я достала большую вазу с ящика наверху и, набрав воды, воткнула букетище в нее. Сверху лежала записка. Развернув ее, я прочла:

«спасибо Регине за отважно спасенную жизнь»

Я подивилась еще больше. Это от мотоциклиста. Но…как?! Как он узнал адрес? Как узнал имя? Боже мой! Двадцать три. Вчера было двадцать третье декабря.

Около пяти минут я тупо пялилась в записку, а затем медленно перевела взгляд на розы. Они чуть приободрились и стали распускаться в тепле. Какие красивые!

Но почему он решил подарить их мне? Это своеобразное «спасибо» было

странным для меня.

Но безумно милым.

Улыбка, появившаяся на моем лице, не сходила весь день.

3.

Телефон снова зазвонил. Я, посмотрев на экран, увидела номер бармена с работы, Сережи.

– Алло?

– Привет, Редж. Как сама?

– Привет, Сереж. В относительном порядке. А вообще… вчера попала в аварию, машина всмятку и…

– Боже, ты ничего не сломала? – Сережин голос переменился – он испуганно выкрикнул это, и я представила, каким ужасом осветились его карие глаза.

– Эм… пара трещин в ребрах. Все нормально.

– Ничего не нормально. Я скажу начальнику, что ты…

– Нет, Сереж, не надо! – попросила я. – Я приеду, все нормально. Отработаю смену и все. Тем более, у меня через два дня уже официальный отпуск, он же обещал.

– Значит, я приеду за тобой. Поедем вместе.

– Брось, - я отмахнулась. – Тебе на другой конец города.

– Ты не поедешь в маршрутке, Регина, - голос Сережи ожесточился. – Сейчас полно придурков. Все, не спорь. Я приеду через час.

Я, вздохнув, отключилась. Мне срочно нужны деньги, я не могу пропустить работу. Я откладывала на поездку домой, но раз не выйдет, то потрачу на ремонт машины. Хотя мне, конечно же, не хватит. Наверное, придется перезанимать у Леры и Сережи. Ненавижу быть в долгах!

С глубоким вздохом я отложила телефон и снова глянула на букет. Это так мило: поблагодарить. Слегка улыбнувшись, я направилась к себе в комнату. Выудила из шкафа теплые колготки и, аккуратно сев на кровать, стала их натягивать. Следом нацепила темные джинсы-бойфренды и перетянула их ремнем на бедрах. Черт, неужели опять похудела?! Следом пошла черная водолазка и бежевый кардиган в пол.

Ребра побаливали, поэтому я пошагала на кухню и выпила обезболивающие.

Сережа приехал раньше. Он позвонил в дверь буквально через тридцать минут, и я поспешила открыть.

Парень стоял на пороге, отряхивая снег со своих беспорядочно уложенных черных волос. Завидев меня, он растянул полные губы в улыбке и вошел, осторожно обнимая.

– Привет, Редж. Ну. Как ты?

– В порядке, - соврала я, улыбнувшись.

– Когда ты так говоришь, ты не в порядке, - он оперся рукой на шкаф. Его карие глаза подозрительно осмотрели меня. – Ты что, вообще ничего не ешь?

– Ем, мам, - я закатила глаза и засмеялась.

Он покачал головой и разулся, проходя дальше в квартиру. Увидев букет, он усмехнулся:

– Леру опять атакуют?

Я покачала головой, ответив:

– Это по мою душу, представляешь?

Сережа замер на середине комнаты.

– Ого. Я о нем знаю?

– Нет, - проговорила я, сев на диван. – Даже я не знаю о нем. То есть… вчера я спасла его, а сегодня получила букет.

– Спасла? В смысле? – Сережа присел рядом, подтянув потертые джинсы на мускулистых ногах.