Спасибо
Шрифт:
ИРАИДА ФЕОДОСЬЕВНА. А «бомж Олег», – тоже ваш друг?
ГЕННАДИЙ МИХАЙЛОВИЧ. Нет. Просто знакомый.
ИРАИДА ФЕОДОСЬЕВНА. Это он там сидит, за столиком?
ГЕННАДИЙ МИХАЙЛОВИЧ. За каким столиком?
ИРАИДА ФЕОДОСЬЕВНА. У вас во дворе, Геннадий Михайлович, есть столики для игры в домино. Я сейчас мимо них проходила. Так вот, за одним из них сидят четверо мужчин, и эмоционально, я бы даже сказала, эксцентрично, бьют костяшками по столешнице (прямо, как во дворе моего детства, Пырьев Иван Александрович, доминошками стучал, честное слово), а за другим сидит, упёршись лбом в край стола какой-то
ГЕННАДИЙ МИХАЙЛОВИЧ. Сейчас посмотрю. (Подходит к окну. Откидывает занавеску.) Нет. Это Дубок.
ИРАИДА ФЕОДОСЬЕВНА. Дубок… Это тоже ваш знакомый?
ГЕННАДИЙ МИХАЙЛОВИЧ. Да. Вместе росли. Одноклассник мой бывший. Друг детства.
ИРАИДА ФЕОДОСЬЕВНА. А он, простите…
ГЕННАДИЙ МИХАЙЛОВИЧ. Ираида Феодосьевна, может мы начнём занятие?
ИРАИДА ФЕОДОСЬЕВНА. Погодите, Геннадий Михайлович. Всему своё время. Я же сказала вам, что полноценного урока сегодня у нас с вами не получится. Это, во-первых, а во-вторых, пожалуйста не перебивайте меня. Я ведь заплатила вам за ваше время? Так какая вам разница, будем мы с вами баяном заниматься, или о приятелях ваших беседовать?
ГЕННАДИЙ МИХАЙЛОВИЧ. Резонно. Извините.
ИРАИДА ФЕОДОСЬЕВНА. Не стоит. Итак, закончим с Дубком. Мне показалось, Геннадий Михайлович, что он не просто сидит, упёршись лбом в край стола для игры в домино. Мне показалось, что он какает…
ГЕННАДИЙ МИХАЙЛОВИЧ. Сейчас посмотрю. (Подходит к окну. Откидывает занавеску.) Да. Дубок какает.
ИРАИДА ФЕОДОСЬЕВНА. Как интересно.
ГЕННАДИЙ МИХАЙЛОВИЧ. Интересно?
ИРАИДА ФЕОДОСЬЕВНА. Да. Вся эта ваша жизнь… Кузьминская. Я недавно тут у вас. Случайно вышло. Впрочем… Если вы позволите, я изложу суть проблемы, и, быть может, тогда вам станет ясна и цель освоения мною вашего любимого инструмента, и владею ли я нотной грамотой, и есть ли у меня гармонь.
ГЕННАДИЙ МИХАЙЛОВИЧ. Баян.
ИРАИДА ФЕОДОСЬЕВНА. Гармонь, Геннадий Михайлович. Гармонь… Но, обо всём, по порядку. Вы знаете, что такое «пятачок»?
ГЕННАДИЙ МИХАЙЛОВИЧ. Вы имеете в виду эти кузьминско-пенсионерские посиделки с флиртом, гармошкой и водочкой?
ИРАИДА ФЕОДОСЬЕВНА. Ах, какая ёмкая формулировка у вас вышла: «флирт, водочка и гармошка». Лишний раз убеждаюсь, что не ошиблась в вас. Да, я имею в виду эти развесёлые собрания на свежем воздухе, в парке по субботам и воскресеньям. Не скажу, однако, что все участники там пенсионеры. Есть и исключения, особенно среди дам. Но, в остальном вы правы. Водочка, флирт, и роскошная, винтажная музыка в сопровождении всеми забытой русской гармошки. Вот, именно поэтому гармонь, а не баян.
ГЕННАДИЙ МИХАЙЛОВИЧ. Так вы хотите освоить инструмент, чтобы покорить наш «пятачок»?
ИРАИДА ФЕОДОСЬЕВНА. Хотела, Геннадий Михайлович… Хотела, но теперь, думаю, подкорректировать свои планы.
ГЕННАДИЙ МИХАЙЛОВИЧ. Каким образом подкорректировать?
ИРАИДА ФЕОДОСЬЕВНА. Я хочу, чтобы «пятачок» покорили вы.
ГЕННАДИЙ МИХАЙЛОВИЧ. Ну, спасибо!
ИРАИДА ФЕОДОСЬЕВНА. Не за что. Кстати! Чуть не забыла! А почему ваш друг, писатель Андрей, так часто вас благодарит.
ГЕННАДИЙ МИХАЙЛОВИЧ. В смысле?
ИРАИДА ФЕОДОСЬЕВНА. Ну, через каждое
ГЕННАДИЙ МИХАЙЛОВИЧ. А, это он мне.
ИРАИДА ФЕОДОСЬЕВНА. Я именно об этом и говорю!
ГЕННАДИЙ МИХАЙЛОВИЧ. Да, нет! Прозвище у меня такое, – «Спасибо».
ИРАИДА ФЕОДОСЬЕВНА. Неужели?!
ГЕННАДИЙ МИХАЙЛОВИЧ. Да. Сам не понимаю, почему… С детства за мной приклеилось. Но, писатель Андрей считает, что я должен гордиться. «У тебя, – говорит, – самая редкая кличка в мире! Так что, говорит, Спасибо, скажи, спасибо.»
ИРАИДА ФЕОДОСЬЕВНА. Да, пожалуй, соглашусь с вашим писателем. Кстати, а что он написал?
ГЕННАДИЙ МИХАЙЛОВИЧ. Вам правда интересно?
ИРАИДА ФЕОДОСЬЕВНА. Очень. Его печатают? Переводят?
ГЕННАДИЙ МИХАЙЛОВИЧ. Куда там! Хотя, если вам действительно интересно…, и вы оплатили моё время… До того, как он с «ямками» своими связался, выходило иногда забавно. Мне, например, больше всего «Королева коров» нравилась.
ИРАИДА ФЕОДОСЬЕВНА. «Королева коров»?
ГЕННАДИЙ МИХАЙЛОВИЧ. Да. Там главный герой, решая задачу обретения национальной идеи, обращается к голливудскому опыту, и на основе сюжета фильма «Кинг-Конг», который, с его точки зрения, является воплощением американской идеи, разрабатывает русскую адаптацию. Ну, и она получается коровой.
ИРАИДА ФЕОДОСЬЕВНА. Кто она?
ГЕННАДИЙ МИХАЙЛОВИЧ. Идея.
ИРАИДА ФЕОДОСЬЕВНА. Почему коровой?
ГЕННАДИЙ МИХАЙЛОВИЧ. Во-первых, потому что Россия – женская страна, во-вторых, у нас обезьяны не водятся, а коров полно, а в-третьих, – игра слов «Кинг-Конг», – «Королева коров». Понимаете?
ИРАИДА ФЕОДОСЬЕВНА. Да, забавно. И чем всё кончилось.
ГЕННАДИЙ МИХАЙЛОВИЧ. «Королева коров» не просто выросла огромной, она стала расти с каждым шагом, а, так как она двигалась на восток, то через Урал она уже просто перешагнула. После чего остановилась, и продолжила свой рост не двигаясь. Через пять дней процесс остановился. И, по словам писателя Андрея, – «…теперь над его Родиной всегда светит солнце с шестью лучиками, вдоволь еды и тепла, и немного воняет.»
ИРАИДА ФЕОДОСЬЕВНА. Очень… Очень забавно… (Подходит к окну. Откидывает занавеску.) Ой, смотрите! Дубок пропал!
ГЕННАДИЙ МИХАЙЛОВИЧ. (Подходит к окну. Откидывает занавеску.) Он не пропал, Ираида Феодосьевна. Он упал. Посмотрите внимательно под лавочку.
ИРАИДА ФЕОДОСЬЕВНА. Ой, да! Вижу! Ну, что, согласны?
ГЕННАДИЙ МИХАЙЛОВИЧ. Погодите, погодите! О чём, собственно речь? Мне нужно выпереться на «пятачок» со своим баяном, и умыть там исполнением третьей симфонии Холминова (в честь 600летия куликовской битвы) полупьяного дедка с гармошкой?
ИРАИДА ФЕОДОСЬЕВНА. Вот, всё-таки, вы, – художник! Как вы образно, а? «Холминов, полупьяный дедок…» Детали не точные, но в целом, мыслите вы в правильном направлении. А что такое «ямки»?
ГЕННАДИЙ МИХАЙЛОВИЧ. Какие «ямки»?
ИРАИДА ФЕОДОСЬЕВНА. Ну, вы сказали, что писатель Андрей писал забавно, пока с «ямками» не связался. «Ямки», – это банда? Писатель Андрей состоит в ОПГ?
ГЕННАДИЙ МИХАЙЛОВИЧ. Нет. «Ямками» он пещеры в тульской области называет.
ИРАИДА ФЕОДОСЬЕВНА. Пещеры? Разве в тульской области есть горы?