Спаситель
Шрифт:
Потом Мёрдер прикоснулся к священному осколку на своей шее и перевел взгляд на мишени. Он вспомнил, как вытащил Сару из лаборатории. Он бы сразился с кем угодно, защищая ее ценой своей жизни.
Чем отличалось решение Братьев касательно ее возможности остаться здесь?
Чушь собачья. Ей необязательно возвращаться, ведь в этом комплексе тоже жили люди.
– Я поговорю с Королем,– сказал он. – Заставлю его передумать. Ты должна остаться здесь настолько, насколько сама захочешь.
Повисло напряжённое молчание. А потом Сара сказала слова, которые он хотел услышать.
–
Подойдя к ней, Мёрдер поцеловал ее и протянул к своей груди.
– Я заставлю их передумать. Не знаю как, но заставлю.
– Я могу пойти с тобой? – спросила она, уткнувшись лицом в его рубашку. – Я кровно заинтересована в этом... особенно с учетом того, что Крайтен захочет поквитаться со мной... и речь не о выходном пособии. Скорее о желании видеть мою голову на пике.
Мёрдер отстранился.
– Думаешь, что тебе грозит опасность?
Ну наконец–то, подумала Хекс, когда на телефон пришло сообщение от Джона. За мгновение она покинула «тЕнИ», дематериализуясь в особняк, и приняв форму на ступеньках огромного готического строения, она совсем не испытывала холода. От комбинации гнева и облегчения она чувствовала онемение во всем теле.
Очевидно, Джон вернулся домой. Уже давно, но только сейчас додумался проверить телефон.
Словно ничего страшного не происходит. Словно и нет раны, которую никто не может вылечить. Будто он не свалил из дома, не предупредив ее ни о чем.
Нацелившись на вход, Хекс дернула тяжелую дверь и подставила лицо под камеру в вестибюле. Когда Фритц открыл перед ней двери, она залетела в фойе, и аляпистый царский интерьер не произвел на нее никакого впечатления.
– Вы ищете Господина? – спросил Фритц, отскакивая в сторону и убираясь с ее пути.
– Джон... да, я ищу Джона.
– Он в детской.
Хекс застыла.
– Что он там делает?
– Только что попросил принести горячий шоколад.
Поблагодарив дворецкого, Хекс поднялась по лестнице, достойной дворца, перепрыгивая через ступеньку. Повернув налево перед закрытыми дверьми в кабинет Рофа, она чувствовала, как в ней поднимается злость, и гнев лишь усилился, когда она прошла по коридору со статуями и толкнула двойные двери в самом конце. Раньше там располагалось крыло, занимаемое только персоналом. Но за последние несколько лет здесь провели серьезную перестройку, сперва добавив новенький кинотеатр... а потом, когда появились дети, детскую комнату.
Пройдя мимо кинотеатра, Хекс направилась к двухкомнатным покоям, которые недавно трансформировали в страну плюшевых игрушек, танцующих роботов, «айПадов», «Лего», творческих наборов... стоит только захотеть, и Братство Дядюшек закажет все с «Амазона».
Она даже узнала, что такое «Мелисса и Дуг» [75] .
И приблизившись к сосредоточию уси–пуси, ей не требовался острый вампирский слух, чтобы понять, о чем они вели разговор. Дверь была широко распахнута, и до нее доносились запахи свежей клубники и подгузников,
75
Melissa & Doug – американский производитель детских игрушек, в том числе пазлов, изделий для декоративно–прикладного искусства, плюшевых игрушек и других развивающих игрушек.
Джон был там. И ради всего святого, Хекс хотела подойти к ним и прервать сюсюканья, чтобы сказать, какой она была сильной и храброй, как она старательно избегала истерики и давала ему возможность самостоятельно справиться со страхом... но, черт возьми, он должен был поднять гребаную трубку.
И не отправляться на поиски лессера с долбаным Мёрдером. Раненный и без оружия.
И мог бы, твою мать, ответить на проклятые звонки!
И хотя в обычную ночь она отличалась материнским инстинктом боксера тяжеловеса... а эта ночь не была обычной... она не хотела пугать мелких.
– ... помнишь Джон? – сказала Белла, шеллан Зи. – Мэри представила нас. И я позвонила Братству. Звезды сошлись и все такое.
– Все вышло лучше некуда, – сказала Бэт, Королева. – Мы все оказались здесь.
– Этому было суждено произойти. – Мэри, шеллан Рейджа. – Кстати, не возражаешь, если я подержу Его Величество?
– Роф–младший обожает тетю Мэри.
Хекс замедлилась. И, приблизившись так, чтобы иметь возможность наблюдать через дверной проем, она застыла.
Посреди раскиданных разноцветных мячей, Джон сидел, прислонившись спиной к веселой стене с бледно–голубыми облаками, изображением кленового дерева, растущего посреди зеленой травы. Вытянув ноги перед собой и устроив руки на коленях, Джон кивал трем женщинам, улыбался одними губами... но не глазами.
Его эмоциональная сетка была отмечена печалью, пока он сидел в компании тех, кто привел его в Братство: Бэт – с которой он, как кровный брат, всегда имел особенную связь; Мэри отвечала на его звонки по номеру для самоубийц. Белла привела его в учебный центр, увидев шрам, с которым он родился.
Не хватало только Вэлси.
Женщины не понимали, что он прощается с ними, подумала Хекс.
А он прощался.
Хекс сделал шаг назад. Второй. Коснувшись спиной стены напротив дверного проема, она сцепила руки на груди, чувствуя, как гулко сердце стучит, охваченное ужасом. Одно дело – читать его эмоциональную сетку и видеть его душу. Другое – наблюдать, как он приводит свои дела в порядок перед смертью.
Он действительно умирал.
Ощутив давление на лице, Хекс осознала, что ее ладонь правильно расценила обстановку и прикрыла ее рот. На случай, если гнев из груди прорвется наружу.
Внезапно Джон перевел взгляд на нее.
Три женщины продолжили вспоминать прошлое и нити судьбы. Они передавали малышей из рук в руки. Улыбались.
А Джон, окруженный счастьем, с грустью смотрел на нее.
Гнев Хекс испарился, словно его и не было, когда она подумала о том, что их время на исходе. В таком случае легче справиться с прощением и принятием горя.