Спаситель
Шрифт:
— Нет, — сказала она.
— Это отец велел тебе ничего не говорить, София? Я ведь вижу по тебе.
— Чего видишь?
— Что кто-то тебя обидел.
— Врешь ты все.
— Откуда у тебя синяк на лбу?
— На дверь налетела.
— Ну вот, теперь ты врешь.
София шмыгнула носом:
— Ты делаешь вид, будто очень умная и все такое, а на самом деле ничего не знаешь. Ты просто старуха-полицейская, которой вообще-то не терпится домой, к детям. Я же видела тебя там, в комнате. — В голосе звучала злость, но он уже дрожал. Ее хватит еще на одну-две фразы, подумал Харри.
Беата
— Ты должна нам доверять, София. И помочь. Мы стараемся остановить убийцу.
— В этом я не виновата. — У нее перехватило горло. Так, стало быть, ее хватило на одну фразу. Она расплакалась. Слезы хлынули ручьем. София наклонила голову, челка снова завесила глаза.
Беата положила руку ей на плечо, но она ее стряхнула, крикнула:
— Уходите!
— Ты знала, что Роберт осенью ездил в Загреб? — спросил Харри.
Она быстро посмотрела на него, с недоверчивым выражением на лице, по которому текла тушь.
— Он тебе не говорил? — продолжал Харри. — Значит, не говорил и о том, что влюблен в девушку по имени Tea Нильсен?
— Нет, — всхлипнула она. — А что?
Харри пытался прочесть по ее лицу впечатление от услышанного, но в потеках черноты ничего не разглядишь.
— Ты приходила во «Фретекс», спрашивала о Роберте. Зачем?
— Да пошли вы! — яростно выкрикнула София. — Убирайтесь!
Харри и Беата посмотрели друг на друга и встали.
— Подумай, — сказала Беата. — А потом позвони мне вот по этому номеру. — Она положила на стол визитную карточку.
Мать ждала их в коридоре.
— Извините, она что-то разнервничалась, — сказала Беата. — Вам бы надо с ней поговорить.
Они вышли в декабрьское утро на Якоб-Оллс-гате, зашагали в сторону Сумс-гате, где Беата оставила машину.
— Oprostite! [40]
Они оглянулись. Голос донесся из тени в подворотне, где виднелись огоньки двух сигарет. Сигареты полетели наземь, двое мужчин вышли из тени, направились к ним. Отец Софии и дядя Иосип. Стали рядом.
40
Извините! (сербскохорв.).
— Гостиница «Интернациональ», да? — сказал отец.
Харри кивнул.
Отец быстро, краем глаза покосился на Беату.
— Я подгоню машину, — быстро сказала она. Харри не переставал удивляться, как эта девушка, проведшая большую часть своей короткой жизни наедине с видеозаписями и техническими уликами, сумела развить в себе такую чуткость в общении, до которой ему самому было ох как далеко.
— Я работать первый год… на этих… на перевозках. Но спина заболеть. В Вуковаре я был инженер-электрик, понятно? До война. Здесь фиг что имею.
Харри кивнул, ожидая продолжения.
Дядя Иосип что-то сказал.
— Да, да, — буркнул отец и обернулся к Харри. — Когда югославская армия хотела взять Вуковар в девяносто первом, да? Там был мальчик, он взорвал двенадцать танков этими… landmines, [41]
— Mali spasitelj, — благоговейно повторил Иосип.
— Маленький Спаситель, — сказал отец. — Так его называли по рации.
41
Фугасами (англ.).
— Кодовое имя?
— Да. После капитуляции Вуковара сербы пытались найти его. Но не сумели. Одни говорили, он умер. Другие не верили, говорили, что он вовсе не… существовал. Да?
— А при чем тут «Интернациональ»?
— После войны у людей в Вуковаре не было домов. Развалины. Некоторые приехали сюда. Но большинство — в Загреб. Президент Туджман…
— Туджман, — повторил дядя, закатив глаза.
— …и его люди дали им жилье в старой большой гостинице, Где они все на виду. Надзор. Да? Они получали суп, но не работу. Туджман не любит людей из Славонии. Слишком много сербской крови. Потом сербы, которые были в Вуковаре, начали умирать. И пошли слухи. Что Маленький Спаситель вернулся.
— Mali spasitelj, — засмеялся дядя Иосип.
— Они сказали, хорваты могут получить помощь. В «Интернационале».
— Как?
— Не знаю. — Отец пожал плечами. — Слухи.
— Хм. А кто-нибудь другой знает про этого… помощника и про «Интернациональ»?
— Другой?
— К примеру, из Армии спасения?
— Да-да. Давид Экхофф знает. Ну и другие. Он дал слово… после обеда на празднике в Эстгоре летом.
— Речь говорил?
— Да. Рассказал про Mali spasitelj и что некоторые всегда воюют. Что война не кончается. И для них тоже.
— Командир вправду так сказал? — Беата направила машину в освещенный туннель Ибсена, притормозила и остановилась в конце неподвижной вереницы автомобилей.
— По словам господина Михолеча, — уточнил Харри. — При всех, в том числе при Роберте.
— И ты считаешь, это могло навести Роберта на мысль нанять киллера? — Беата нетерпеливо барабанила пальцами по рулю.
— Ну, по крайней мере, можно констатировать, что Роберт побывал в Загребе. А поскольку он знал, что Юн встречается с Tea, мотив тоже налицо. — Харри потер подбородок. — Слушай, ты можешь проследить, чтобы Софию показали врачу и хорошенько обследовали? Если я не ошибаюсь, синяк там не один. А я попробую утренним рейсом слетать в Загреб.
Беата бросила на него короткий пристальный взгляд:
— За рубеж ты можешь вылететь, только чтобы оказать содействие тамошней полиции. Или в отпуск. Инструкция однозначно гласит, что…
— Последнее, — перебил Харри. — Короткий рождественский отпуск.
Беата безнадежно вздохнула:
— Надеюсь, ты и Халворсену предоставишь маленький рождественский отпуск. Мы хотели навестить его родителей в Стейнхьере. А ты где празднуешь Рождество в этом году?
Тут зазвонил мобильник, Харри полез за ним в карман, но ответил: