Специалист

Охотников Сергей Сергеевич

– Так и сделаем, только пусть никто до последнего не знает, зачем нам эти штуки, – решил он в конце концов.

– Эндала! – восклицание вердай понять было не слишком сложно: она очень сомневалась, что сам Драммр не принадлежал к «этим олухам», и ужасно обрадовалась, а, возможно, даже удивилась (в последнее контролеру верить не хотелось), когда он оказался не безнадежен.

Борта-крылья покалеченного корабля уже загрузили всем ценным, устроив по краям носилки с ранеными. Теперь Нук Гаар вместе с еще десятком мужчин снимал с этих парящих плотов камни, которыми вначале придавили их к земле. Найти среди скал тело вывалившегося при падении игноме и принять его облик не составило особого труда.

«Повезло, что выпал мужчина», –

подумал проводник. Впрочем, из пятидесяти с лишним пассажиров «Странника» женщин было всего восемь. Игноме редко выпускали своих жен и дочерей за пределы страны, слишком уж те легко сходились с незнакомыми мужчинами, даже теми, кто говорил на другом языке. А в Дасии женщины почти никогда не работали и не вели дела, а значит, путешествовали только ради развлечения. Пожалуй, по-настоящему Нуку повезло, что тот бедняга путешествовал один и, кажется, даже ни с кем не успел завести дружбу за время полета.

Проводник нервничал. Он, был мастером перевоплощения, но раньше играл роли короткие и незаметные, не дожидался аплодисментов и не выходил на бис. Он легко и быстро учил языки, имитировал акценты и особенности речи, подмечал обычаи и привычки, но все-таки скользил по поверхности человеческой жизни, и близко не подбираясь к сути того, чем она была для тех, у кого он эту жизнь отбирал и кому оставлял ее. Вновь присоединиться к пассажирам «Странника» – было, безусловно, авантюрой, непозволительной для расчетливого и точного, как смерть, проводника, но новая, почти видимая, зато осязаемая сила толкнула Нука в объятия жизни.

– Догоняют, племяш? – Мрамарр почесал волосатую грудь под козлиным тулупом и глянул на залегшего у вершины скалы Амраша.

– Догоняют, дядька, но так, не особо скоро, – откликнулся тот. – Только за полдень, думаю, настигнут таким манером.

Мрамарр почесал за ухом Серебряную Молнию:

– Хорошая девочка.

Белый барс продолжал вылизывать пятнистую шкуру шершавым языком.

– Дожились, – вздохнул Мрамарр. – Не то, что раньше.

Да, раньше им был по силам честный бой и они не стервятничали. Еще десять лет назад Высокая Нора могла выставить десять мужчин-воинов. Сцены смерти его родичей всегда легко возвращались к Мрамарру. Вот они нарвались на патруль наемных боевых магов. А еще черная зимняя лихорадка, забравшая половину обитателей их маленькой крепости, в том числе его жену и сыновей. И самое злое и обидное, нападение соседей с Волчьего Утеса. За столько лет они уже стали кровной родней, и вдруг так подло ударить в самую трудную пору. Теперь у них было трое воинов, да и какие это воины? Он уже почти старик, не может скакать по скалам, как завидевший барса козел. Ему бы сидеть в гнезде да сторожить дом, вот только Шмыр, его двоюродный, нипочем стоящей добычи не выследит – зря дядя Сарым колотил сынка, да все по голове.

Амраш почти бесшумно спустился с вершины, умело орудуя скальным багром.

«Хорош парень, – подумал Мрамарр. – Вот подрастут все сестрины дети, глядишь, снова в люди выбьемся».

– Пора двигать, дядька, скоро разведчики с Каменной Головы здесь будут.

И правда пора. Стервятнику нужно уметь держаться на расстоянии от настоящего хищника, по крайней мере, пока тот силен. А вот когда семья с Каменной Головы нападет на свою добычу, они подберутся поближе. В принципе стервятника устраивает любой результат сражения – главное, чтобы в живых осталось поменьше, тогда и добычи побольше выйдет. Внезапно появившихся в этих горах дасов было за полсотни. Правда, они скорей походили на побитых собак, чем на голодных волков, но Мрамарр надеялся, что жители равнин хоть как-то постоят за свои нежные шкуры.

Шадугерат вглядывалась в лица, пытаясь вычислить духовидца. Сперва она, естественно, предположила, что во всем повинен просидевший весь полет в каюте игномерийский торговец. Только у него была возможность провести какой-то ритуал или, скажем, впасть в особый транс. Но беднягу выбросило

при падении, и он разбился о камни, до конца сжимая в руках сумку со своими драгоценными фигурками. Вердай резонно рассудила, что тот, кому удалось справиться с ее «Странником», наверняка смог бы и в живых остаться. По всем подсчетам выходило, что духовидец до сих пор с ними. Вот только как его вычислить?

Пока что все складывалось не так уж плохо: парящие плоты позволяли двигаться без привалов, попавшийся по пути источник пополнил запасы воды, даже раненым под присмотром игномерийских шарлатанов как будто становилось лучше. К тому же ни смут, ни раздоров подопечные не затевали. Но Драммр слишком хорошо помнил намарскую присказку: «Никогда не ходи между двух скал». Сколько лет он прожил без единого воспоминания о детстве, а теперь отец как будто шел с ним рядом, высокий, широкоплечий, с метками седины в черных волосах и бороде.

– Пап, а как я смогу не идти между двух скал, когда кругом одни скалы? – Сколько ему было тогда лет, шесть или семь? Первые же занятия с магнетической юлой выявили у мальчика чародейские способности, и отец отослал его в столицу. Драммр помнил, как братья и двоюродные приезжали в школу магики. Горький горный мед и тусклый, завернутый в мех кинжал. «Вот выучишься, и мы сможем расквитаться с Косым Камнем», – говорили они.

Каменные нагромождения были практически– непредсказуемы, поэтому при выборе дороги контролер полагался исключительно на интуицию. Впрочем, везение не могло продолжаться вечно – рано или поздно они попадут в намарский тупичок: слева стена, справа стена, а впереди завал или крутой подъем, на котором залегли стрелки, и большая часть воинов семьи запирает вход в тупик. Никогда не ходи между двух скал. Такой заманчивой казалась идея – выслать разведчиков. Впрочем, Драммр не мог на это решиться – просто не видел того, кто бы ухитрился справиться с задачей, не переломав себе ноги и не угодив в лапы к скальному медведю. В пору было искать среди игноме предсказателя или чтеца эфира, как называли себя эти фокусники.

– Вот смотри, племяш, – Мрамарр показал на извив Змеиной Балки, куда пестрым пятном вползал отряд дасов. – Как говорится, не ходи между двух скал.

– Так им же по-другому никак и не пойти было, только взяли бы с самого начала южнее, может, и к Тройному Кресту выбрались бы. Там же чужих не шибко обижают, верно?

– Угу. Если, конечно, зима не особо суровая, да и кто прознать о том может. Ладно болтать – собираем дальнобойный, начнется скоро.

С большим свальным арбалетом возились прилично. Мрамарр при этом ругал проклятущих карликов, которые такую злую штуку выковали. Но вот встали на место хищные серые крылья оружия, и старик успокоился.

Вскоре внизу появились воины с Каменной Головы, двадцать хорошо вооруженных мужчин, ни одного мальчика или старика, и это не считая быстрых стрелков, уже поджидавших дасов на подъеме за поворотом. Отряд залег за валунами и острыми обломками скал. Воины жевали тапраал. «Дорогое по нынешним временам удовольствие», – подумал Мрамарр. Молодые нервно сплевывали, а покрытые шрамами бойцы тянули удовольствие, гоняя жгучую горечь языком. Мрамарр наблюдал за ними через зубчатый прицел большого гномского арбалета. Какое-то едва заметное движение внизу слева привлекло его внимание. Не может быть! В сторону намарской семьи крался человек, ловко передвигаясь по камням. Мрамарр направил оружие на незнакомца. Палец чуть-чуть сильнее прижался к спусковому крючку. Человек обернулся и посмотрел на целившегося в него стрелка. Маленький, темноволосый, если не считать короткого изогнутого кинжала, безоружный, в странной рыжей одежке, он спокойно помахал Мрамарру рукой, как старому знакомому. Затем пополз дальше. От столь неожиданной наглости у старика поднялись брови, он перевел взгляд на племянника – Амраш лишь пожал плечами. А тот, внизу, был уже менее чем в десяти шагах от прислонившегося спиной к камню здоровенного воина.