Специалист

Охотников Сергей Сергеевич

– А еще я узнал, что тот, кто похитил Далеа, заставил тех, кто запретил о себе рассказывать, с помощью тех, кто служил тому, кто напал на Далеа, сделать так, что кто-то напал на каких-то… – не унимался гомункул. – Но…

Понять что-либо из этой тарабарщины не представлялось никакой возможности, и Драммр поспешил перебить Девяносто Шестого:

– Стоп, стоп, стоп. Прошу излагать факты по порядку, мастер информатор.

До Службы они шли пешком. У контролера начала побаливать голова – слишком уж сложно оказалось заставить гомункула точно и, главное, коротко отвечать на вопросы. При этом ему еще приходилось делать вид, что он внимательно наблюдает за Ражданом, Шадугерат и согнувшимся под тяжестью драгоценных вещей носильщика. На самом деле контролер следил лишь за наложенными на

всех потенциальных беглецов хитроумными чарами. Эту модификацию заклинания неподвижности они шутки ради разработали еще на третьем курсе. Вся соль была в том, что магия срабатывала, только когда жертва удалялась от чародея на добрых два десятка ат. Конечно, по прошествии стольких лет, Драммр уже не рассчитывал, что его заклинание сможет несколько часов не отпускать ноги беглецов. Впрочем, хорошей подножки ему бы вполне хватило.

До пирамиды добрались без происшествий. Драммр даже посчитал, что уже может кое-как ориентироваться в приключениях гомункула. Правда, понять мотивы Нааргаля он даже и не пытался. Хотя его ничуть не удивило, что один из абсолютных контролеров оказался далек от проповедуемого Службой учения. По всему выходило, что покушение на него и Раждана организовал именно Нааргаль. Но почему? Непонятно. Зато Драммр, похоже, точно знал одного из пособников абсолютного контролера. Отметившись у диспетчера на входе, Драммр поинтересовался графиком работы младшего контролера Вурсора. Техник полистал свой толстенный журнал, посмотрел на Драммра:

– Младший контролер Вурсор погиб в результате несчастного случая во время эксперимента.

– О, это большая потеря для Службы.

Поручив охране арестантов и груженного золотом носильщика, Драммр пошел на выход к управляемым магией стеклянным дверям – нужно было срочно выспаться, принять горячую ванну и поесть человеческой еды. Но стоило ему немного отойти, за спиной послышался грюк, грохот и отборные ругательства. Ах да, он совсем забыл снять свои хитроумные чары.

Мастер Хеми все-таки отвертелся от второго рейса в намарское захолустье. Крейсерский воздушный бот «Обгоняющий ветер» как раз высадил игномерийскую делегацию в Орванаше. Собирать пассажиров в порту магам-офицерам не полагалось, а вот заработать десяток-другой золотых на застрявших в глухомани путешественниках можно было без урона для чести мундира.

Мрамарр посмотрел на качающееся в причальной сети воздушное судно. Новая модель армейского бота не слишком напоминала легкую воздушную лодку. Длинный корабль, с корпусом темного мореного дерева, высокими бортами, стрелковыми бойницами, широкими треугольными крыльями и шестью странными, напоминающими сачки, парусами. «Обгоняющий ветер» привлекал зевак, старый намарский разбойник надеялся, что это поможет его торговле. И какой собачий демон одарил его мыслью взять в поселение Шмыра? Конечно, с крепким и выносливым двоюродным они больше груза поместили на носилки и быстрее двигались по горным тропам. Но то, что выкинул этот идиот в Гнезде! Стоило Мрамарру отлучиться до ветру, Шмыр уступил местным перекупщикам лучший товар по бросовым ценам. Больше всего старику хотелось раскроить недотепе голову, да и дело с концом. Эх, было бы в Высокой Норе побольше взрослых мужчин. Мрамарр поворошил сложенный в носилки хлам: проржавевшие шлемы, порванные кольчуги, зазубренные мечи – он-то рассчитывал пустить эту дребедень в нагрузку к стоящему товару.

– Ну, как торговля?

Старик поднял голову – над ним стоял худосочный мужчина, с лица вроде как свой, но по остальному виду – обычный губошлеп с равнин. Это сочетание показалось Мрамарру особенно отвратительным, оскорбляющим гордость горцев.

– Покупай или отвали. Поналетит с такими, как ты, мух, жди потом денежных клиентов.

– Зря ты так, я, может, совет тебе хотел дать. Старик сплюнул, плевок едва не попал на сапог настырного идиота.

– Чего тебе тут сидеть? Отправляйся на юго-восток– там скоро хорошие стрелки очень нужны будут, – незнакомец подмигнул Мрамарру и пошел прочь. Странный человек пересек узкий каменный карниз, протянувшийся от торговых рядов к воздушной гавани, и поднялся на борт «Обгоняющего». Старик все еще пытался понять смысл его последней фразы: то ли это была шутка,

то ли оскорбление, а может быть, угроза? Воздушный корабль плавно поднялся над причалом. Один из пассажиров показался из-за темного борта и помахал Мрамарру рукой. Старик узнал этот жест.

ГЛАВА 23

– Пусть слабые останутся в своих постелях, – глава дома го'Шав всегда начинал обращение к солдатам именно с этих слов. – И надеются, что Великая Пятерка примет их раньше их детей. А мы обнажим мечи и возьмем свою долю славы и богатства у проклятых темнолицых колдунов!

Гашад стоял на специально сколоченном для этого выступления помосте. Рыжеватый огонь пяти масляных ламп ровно освещал богатырскую фигуру вердуга! Первые ряды занимала знать дома и командиры знамен. Им был отлично виден огромный, в пол-лица черно-лиловый синяк. Но никто не позволил себе и намека на улыбку – все физиономии приняли одно торжественно-грозное выражение. То ли из-за того, что момент для насмешек был неподходящий, то ли потому, что за спиной главы дома на красных парчовых подушках восседала его жена Рашир, чей ледяной взгляд то и дело пробегал по лицам воинов.

– Мы разобьем войска дасов у Малой Стены и возьмем Каменный Кулак во славу Пяти!

– Слава Пяти! – прогрохотал строй.

Гашад еще говорил что-то о расположении Трона Пяти Лун и уважении всех благородных домов, о подлости и никчемности темнолицых колдунов, а знамена периодически взрывались громогласным прославлением Великой Пятерки, но Рашир не слушала. Жрица полностью погрузилась в кружево молитвенных песнопений. Этот идиот, как всегда, предупредил ее слишком поздно: видите ли, ему нужен тальпак к четвертому часу полуночи. Рашир слышала, что в чужеродных мирах возмездия чуть ли не все демоны могут летать. По неизвестным жрице причинам под властью Пяти пребывали единственные крылатые демоны – грозные могучие тальпаки. Вызвать такого было достаточно сложно. Впрочем, Рашир чувствовала, как пульсирует в ней дарованная Темным Штормом власть, и была уверена в своих силах.

Ирам Нарток угодил в армию пять лет назад. Так, небольшой грабеж на море. Оправдывался так: «Говорили ж, будет все по справедливости. Эти толстолицые чужеземцы за наши товары в золото одеваются, а я себе малой толики взять не могу?» Определили в стражу Малой Стены, что к югу от Ревенуэра. На службе оказалось не так уж плохо, если б еще не начальство, которое считает, что за паршивую пайку и жалкий медяк солдат должен из шкуры выпрыгивать. Теперь Ирам сам ходил почти что в командирах, а значит, быстрей раскручивал надлежащий ему срок. Хорошо, что хоть по первому году с теми идиотами бунтовать не вздумал, а то наделали бы из него вонючих шкварок.

– А ну поднимай свою задницу, сухопутная свинья, да поди посмотри, что там тюкнуло, – Ирам пнул под ребра развалившегося на соломе солдата. Тот лишь почесал бок да перевалился на другой подальше от надоедливого старшины. Ираму совсем не нравился этот странный хлопок ровно на том месте, где видели вердугского заклинателя пару фаз назад. Но пойти самому —значит, уронить достоинство свое и своей новой должности. А мордовать этого тупоумного Танара, Натара или как там его совсем не хотелось. Во-первых, можно было получить хороший нагоняй от офицера, а во-вторых, этот деревенский увалень наверняка весил раза в полтора больше его самого, отнюдь тоже не маленького. Ирам почувствовал странный приторно-сладкий запах и окончательно рассвирепел:

– Ах, ты еще и воздух испортил, скотина?! А ну поднимайся! – Сапог старшины глубоко погрузился в мягкое жирное пузо. Внезапно Ирама охватила слабость, закружилась голова, в ушах зазвенело. Краем глаза он заметил косой парус огромных черных крыльев и занесенную для удара когтистую лапу, но не успел ни уклониться, ни даже закричать.

В финале представления облаченная в свет певица поднялась в воздух и растаяла в ночной тьме, магическая иллюминация погасла, умолк оркестр. Несколько мгновений стояла полная тишина, а потом зал разразился аплодисментами. Овер хотел пойти поздравить Лемтока, но быстро сообразил, что сегодня к чародею выстроится целая очередь. Причем каждый будет уверять, что с самого начала верил в успех. Оставалось только возвращаться в «Красный Дракон».