Speechless
Шрифт:
Сердце взорвалось, воспарив от необъяснимой радости.
– Прости, – рыдания стали сильнее; она потрясла головой. – П-прости, Саске-кун. Я просто! Просто!.. Я так счастлива! – затараторила она.
Он сглотнул, выбитый этим из колеи, но странно вдохновленный одновременно. Шагнув вперед, он забрал у нее коробочку. Ему нужно надеть это на нее – решил он, прежде чем случится очередная бесполезная, раздражающая сцена.
Она повернулась, все еще всхлипывая, принимая
Внутри радостные мысли неслись наперегонки с восторгом.
Он не забыл! Он помнил! И какой подарок он выбрал для нее!
Когда Саске поднял цепочку и нащупал застежку, его охватило волнение от того, что пальцы охватил мелкий тремор. К счастью, Сакура не могла этого видеть, и у него появилась возможность предпринять несколько попыток спокойно застегнуть украшение на тонкой светлой шее.
Наконец, когда ему удалось это сделать, Сакура обернулась к нему, демонстрируя кулон, покоившийся чуть выше ложбинки груди. Он лег аккуратно – прямо над сердцем.
И в этот момент Саске забыл о той неуверенности. Забыл о неловкости и смущении. Все, о чем он мог думать – как правильно символ клана смотрится на ней. Как он ей идет. Как он мог даже не замечать чего-то настолько очевидного ранее.
Он протянул руку, кончиками пальцев обрисовав контур изысканного кулона, будто опасаясь разбить его своим прикосновением.
Глаза Сакуры наполнились новыми слезами. Это было само совершенство. Она будет хранить его вечно. Она вновь поймала себя на том, что выдает какие-то бессмысленные слова, потому что чувства взяли над ней верх.
– Это прекрасно, Саске-кун! Мне так нравится! Спасибо! Я буду всегда носить его! – поклялась она, зажмурившись. – Даже отходя ко сну, даже на тренировке или в госпитале, или на миссиях – где бы я ни была, я буду носить его везде, куда бы ни пошла, всегда!..
Саске нахмурил брови, тень легла на его красивые черты. Она слишком много болтала, выдавая какую-то нелепицу и вызывая у него головную боль. Ему нужно было найти надежный способ заставить её замолчать, прежде чем не заявились соседи, желающие выяснить, откуда шум и суматоха.
А потом пришел он. Новый, нехарактерный ему импульс. Идеальный способ остановить эти раздражающие губы.
– Я никогда не сниму его, – Сакуру несло дальше на эмоциях. – Даже если Ино-свинина будет умолять меня дать примерить, я никогда!..
Остаток предложения растворился в воздухе, когда легкие переполнились от ощущения чего-то теплого и мягкого, прижавшегося чуть ниже левого уголка её губ.
Лицо Саске застыло в паре дюймов от её собственного; его напряженные, обрамленные густыми ресницами, несоответствующие друг другу глаза прожигали её насквозь двойным пламенем. Они заставляли её тело сгорать, сердце – срываться в дикий галоп, так, как больше не мог никто, и вдруг она смогла прочесть их безмолвное, невысказанное послание с пугающей ясностью.
Неожиданно она сумела распознать обещание за его взглядом из-под полуопущенных ресниц, когда он прислонился прикрытым темно-синей тканью лбом к её собственному.
Жди меня.
Он снова уходит – поняла она; горькая мучительность момента вновь сдавила горло. Но на сей раз отчаяния не было – только расцветающая надежда и ожидание его следующего возвращения. Он хотел, чтобы она проявила чуть больше терпения.
Без колебаний – но с застенчивостью, сопровождающей первую попытку того, что она хотела сделать – Сакура подняла руки, чтобы обвить вокруг его шеи, и шагнула вперед, преодолевая небольшую дистанцию между их телами, прижимаясь к нему и вызвав у него тихий выдох.
Она увидела, как промелькнула нерешительность – мимолетная вспышка страха и паники – в его взгляде. Как демоны прошлого, казалось, на мгновение ринулись вверх, угрожая вырвать его из её теплых, нежных объятий вновь.
Но на сей раз, решительно сказала себе Сакура, она не позволит им. Её успокаивающие объятия стали чуть крепче.
И все мысли вылетели из головы Саске от ощущения её пальцев, проходящих через его волосы, перебирающих тонкие спутанные черные пряди с нежностью, изгнавшей последние призрачные ошметки неуверенности и всего остального из его разума. Сердце застучало сильнее. Он знал – для них обоих не будет пути назад, если он позволит случиться тому, на грани чего они стоят.
Но здесь и так не было шанса уйти – промелькнула рассеянная мысль; почему-то не получалось сосредоточиться или даже подумать о себе, когда её гипнотизирующие глаза утопили его в манящих изумрудных омутах – еще в момент, когда он решил подарить ей колье с символом клана.
И когда она мягко заставила его наклонить голову, чтобы целомудренно прижаться к его губам своими, он впервые потерялся в опьяняющей мягкости её прикосновений, чувствуя её стремительное сердцебиение, врезающееся в его грудную клетку – она ответила на его негласное предложение.
Всегда, Саске-кун.