Спиной к стене
Шрифт:
– Это срок немалый. Сначала надо найти мотоциклистов, доказать их причастность к преступлению, выдвинуть обвинение, закрыть дело и только потом передавать его в суд…
– Будем стараться, Антон, – ухмыляясь, сказал Мякишев. – А ты пока постереги наши денежки. И не беспокойся, мотоциклистов мы найдем. Может, не сразу, а через год, но найдем.
– Надеюсь.
– Составь опись и расписку для господ сыщиков, – распорядился управляющий. – Но только после того, как касса пересчитает наличность, чтобы потом к нам не было претензий.
– Все
Антон заметил, что Вербицкий смотрит на него, как на подследственного. Ему захотелось все бросить и уйти – бывший майор испытывал очень неприятное ощущение.
Глава II
На столе лежали конверт и ключи от машины. Гордеев пил кофе, поглядывая на ключи с некоторой брезгливостью, но ничего не говорил.
– Что ты кривишься? – спросила жена, намазывая маслом хлеб. – Папа подарил нам машину в честь рождения дочери. Не вижу в этом ничего плохого.
– Я теперь сам могу заработать на машину. Папа! Папа! Папа квартиру нам подарил, обставил ее, теперь машина. А я-то для чего существую?
Лена подала мужу бутерброд.
– От тебя никто ничего не требует, Антон. Слава богу, что у меня состоятельный отец, он сохранил нашу семью.
– Ты это о чем?
– Мы прожили пять лет, нормально прожили. Не было бы отца, давно бы разбежались. Думаешь, я способна жить на зарплату мента? Ее хватало лишь на коммунальные услуги. Однако мы неплохо питались. Холодильник всегда полон, вырезку ешь, а не ливер для собак.
– Сколько мог, столько и зарабатывал!
– Кто тебя упрекает, Антоша? С двумя высшими образованиями ты предпочитаешь бегать за шпаной по подворотням за жалкие гроши. Мог бы давно сделать карьеру. Но разве я тебя упрекала?
– Чего же упрекать, если мы жили за счет твоего папочки. Не будь его, уже разбежались бы! Так?
– Не заводись. Я могу понять, когда мужчина получает гроши, но занят построением своего будущего, у него есть цель. Он знает о своих трудностях, но терпит лишения ради карьеры. А ты? От повышения отказался…
– Извини, Леночка, но ты не того мужа себе выбрала, принцессы не могут спать на горошине. А я думал, ты выходила замуж по любви.
– За кого захотела, за того и вышла. Хватит! Мне надоели эти пустые разговоры. Не умеешь жить, как люди, не обвиняй во всем меня. Мой отец тебя раздражает тем, что помогает своей дочери избежать нищеты.
– Я зарабатывал, как все. Тысячи жен так живут и вполне счастливы.
– Тебе не повезло, это ты выбрал не ту жену. Покопался бы среди тех самых непривередливых тысяч, которым ничего не нужно. Предел их мечтаний – выскочить замуж, наплодить выводок и радоваться восходящему солнцу.
Антон встал.
– Я поеду на работу своим ходом.
– Не валяй дурака, гордец! Опоздаешь. Папа просил тебя завезти конверт управляющему дома. Это важно. Я бы сама
Молчи и ничего не отвечай. Бери ключи, конверт и уходи. Ты мне уже обеспечил хорошее настроение на целый день. Все! Убирайся!
Во дворе Антона ждал темно-вишневый «БМВ» пятой серии. Все верно, на такую машину ему не накопить и за сто лет. Жена права, мужик обязан нести ответственность за свою семью. Знал, кого брал в жены, а теперь высказывает претензии! Себе, любимому, их надо предъявлять. Ишь, герой!
Да, на простушке он не женился бы. Антон любил красивых, умных женщин с определенным шармом, элегантных и независимых. Ему везло. Он и сам был не глуп и чертовски обаятелен. Да, жениться надо в двадцать, а не в тридцать три, когда мужика уже не переделаешь.
Он сел в машину и прочитал адрес на конверте – Сенчин переулок, дом девять. Еще найти надо этот переулок. Парковую зону города он знал плохо. Престижный район с узкими улочками напоминал старый Рим. Они с Леной успели всю Европу объездить, и опять же не без помощи тестя. Не слишком ли поздно он стал осознавать ответственность мужчины перед слабым полом?
Отреставрированные старые дома выглядели, как на обложке журнала. Здесь было тихо, уютно, безлюдно, не то что в центре. Город забит типовыми коробками.
Антон остановился возле дома номер девять и прошел немного вперед, мимо подворотни к подъезду. Консьерж дремал за своим столом у лифта. Антон подошел к нему и постучал костяшками пальцев по столу:
– Эй, папаша! Спать надо дома, а не на службе.
Старик очнулся:
– Вы к кому?
– К тебе. Мне нужен управляющий.
– Где же его искать? У него двенадцать таких домов.
– Сюда он зайдет?
– Обязательно. Каждый день заходит. Сегодня новые жильцы вселяются, так что придет.
– Передай ему этот конверт.
– От кого?
– От хозяина. Консьерж засуетился.
– Вы это… Вы не говорите хозяину, что я спал. Черт. Так получилось. Вообще-то я никогда не засыпаю.
– Ладно, дед, я не стукач.
– Вот спасибочки!
– Бывай здоров.
Антон посмотрел на часы и заторопился. Дальше все произошло слишком быстро и неожиданно. Словно вихрь пролетел. Он видел лицо молодого парня. Мгновение. Секунду. Парень выскочил из подворотни, сбил Антона с ног и побежал по переулку. Резкая боль не позволила Гордееву быстро вскочить на ноги. Ранение еще долго будет напоминать о себе, теперь он это отчетливо понял. Из той же подворотни выбежала красивая молодая женщина. Определение «выбежала» преувеличено, в туфельках на шпильках не очень-то побегаешь. Глянув вслед убегающему парню, она чертыхнулась.