Спираль
Шрифт:
Несколько минут Антон откровенно наслаждался фантасмагорическим зрелищем — редко кто из астронавтов мог похвастаться, что видел подобное воочию. Как правило, скопления газа и пыли, образующие плотные туманности, являются местом, где зарождаются, начиная свой эволюционный путь, звезды. Эти участки космоса опасны и фактически непригодны для космоплавания. Частицы мельчайшей космической пыли, присутствующие в скоплениях облаков, пагубны для обшивки кораблей, навигация в среде, состоящей из взвеси газа и пыли, чрезвычайно затруднена, из-за ограниченной видимости и короткого радиуса действия приборов локации. Гиперсферные прыжки в пределах туманностей также исключены — если корабль выходит
Подумав об этом, Полынин испытал двоякое чувство: с одной стороны, ему несказанно повезло — его АРК материализовался в пещере, свободной от пылевых частиц, а с другой — несмотря на невероятное везение и уникальность совершенного прыжка, он понимал, что промахнулся. Целью Антона являлся Рукав Пустоты, который не зря получил свое название — там не могло быть ни газопылевых туманностей, ни звезд, а переливающееся впереди великолепие красок говорило как раз об обратном… Какая-то неточность вкралась в расчет гиперсферного прыжка, в результате чего точка всплытия оказалась расположенной среди странной газопылевой туманности в неизвестном количестве светолет от Рукава Пустоты.
«Придется оправдываться перед Роглесом за напрасную трату ресурсов…» — не без раздражения подумал Антон.
Пока он размышлял над проблемой своего промаха, корабль, управляемый бортовым компьютером, преодолел половину пространства пещеры и теперь находился в двух с половиной километрах от ее расширяющегося устья.
Снаружи продолжало бесноваться великолепие красочных туманных полос, протяженность которых составляла десятки тысяч километров, между ними застыли величественные вихри, чье спиральное кружево занимало миллионы кубических километров пространства, кое-где виднелись слоистые воронкообразные структуры соответствующих объемов. Все эти причудливые скопления газопылевых облаков, разогреваемые скрытыми в них молодыми звездами, выделяли такое количество вторично излучаемых фотонов, что автопилот, экономя энергию, отключил бортовые прожектора: по мере приближения к выходу из пещеры вокруг становилось все светлее, мрак окончательно отступал, превращаясь то в кроваво-красный, то в изумрудно-зеленый, то в фиолетовый сумрак, который проникал в пещеру под разными углами отражения, причудливо смешиваясь в полутона…
«Да, разговор с Роглесом будет не из приятных», — опять подумал Антон, осматривая стены пещеры, на поверхность которых ложились змеистые блики всех цветов радуги…
У самого выхода из каверны, где уже зримо клубилось завитое спиралью облако газопылевой взвеси, исчезающее в багряной бесконечности, что-то ярко блеснуло. Полынин выделил этот блик среди других чисто машинально — отсвет имел правильную геометрическую форму, напоминая две натянутые параллельно нити, которые вдруг ярко сверкнули и тут же погасли.
«Что бы это могло означать?» — подумал он, сосредоточив свое внимание в том направлении. Невооруженным взглядом он смог различить лишь какую-то глыбу вытянутой, уплощенной формы, озаренную багрянцем тепловой части спектра излучений туманности.
Несколько касаний сенсоров переориентировали приборы дальнего обнаружения к заинтересовавшей его точке, и спустя несколько секунд Полынин испытал еще одно потрясение, когда бортовой компьютер начал вычерчивать на тактическом мониторе геометрически правильные линии какой-то рукотворной конструкции…
Тут словарный запас кончался. Оставалось лишь восхищенно выругаться, глядя на очерченные зелеными сетчатыми плоскостями контуры огромного космического корабля совершенно невероятной
Внешне корабль напоминал огромного ската, раскинувшего свои крылья на сотни метров в стороны, — казалось, что это действительно тысячекратно увеличенный реликт давно исчезнувшей подводной фауны Земли, притаившийся у стены огромной пещеры…
АРК Полынина казался букашкой на фоне такой громады…
У Антона пересохло во рту. Трудно описать его состояние в эти минуты. Он только что совершил рискованный прыжок через гиперсферу, открыл новый, но, как казалось, бесполезный в плане практического применения маршрут, был раздосадован этим и одновременно зачарован невероятной красотой открывающегося взгляду космического пространства, и вдруг на фоне этих переживаний возникает совершенно загадочная рукотворная конструкция, вызвавшая смешанное ощущение страха и восторга…
Определить ее назначение было несложно — перед Полыниным оказался причаленный к естественному выступу скалы космический корабль, но вот чей он, жив или мертв, в плане технической исправности, — об этом трудно было гадать, оставалось лишь приблизиться и проверить.
Почти час потратил Антон на осторожный маневр сближения.
Лететь к чужеродному кораблю напрямую, очертя голову, было бы глупо — неизвестно, как воспримет притаившийся у скального пирса исполин незваную кибернетическую букашку…
Существовали сотни вероятных опасностей, но, по мере приближения к кораблю, они начали рассеиваться одна за другой. Судя по внешним признакам, исполин был мертв.
Об этом свидетельствовали множественные пробоины в его корпусе, подле которых в относительном вакууме пещеры плавали облака мусора, выброшенные наружу избыточным давлением при декомпрессии пораженных отсеков.
Теперь, при более детальном рассмотрении, корабль выглядел немного иначе. Его основу составляла уплощенная снизу и сверху веретенообразная часть длиной в семьсот метров. К ней, в виде дополнительных секций и надстроек, крепились все остальные элементы конструкции. То, что издали Полынин принял за раскинутые крылья полуовальной формы, на самом деле являлось решетчатыми каркасами, которые очерчивали две неправильные дуги, располагаясь по бокам сплюснутого веретена. Несколько массивных пилонов, снабженных исполинскими муфтами, наводили на мысль, что две ажурные боковые конструкции имели свободу движения и могли поворачиваться на определенный угол относительно корпуса корабля.
Включив оптическое увеличение, Антон увидел, что в обоих решетчатых каркасах, образующих контуры правого и левого «крыла», присутствуют обрывки какого-то черного материала, поверхность которого слабо мерцала хаотичными искрами.
Очевидно, когда корабль был исправен, этот материал обтягивал плоскости обоих полуовальных «крыльев».
Трудно было представить, что за раса создала данную конструкцию. Сейчас людям были известны три цивилизации: инсекты, унаследовавшие эволюционные черты насекомых; логриане — двуглавые ксеноморфы, для описания которых точнее всего подходит выражение: «гибрид двух удавов с туловищем осьминога»; и хараммины — гуманоидные существа, похожие на людей, но с голубоватым оттенком кожи и немного иным строением черт лица. Еще одна раса, обитавшая наряду с ними в древнем космосе, — дельфоны, исчезла вместе со своими звездными системами в период противостояния ордам предтеч, три миллиона лет назад. Собственно, в том пространстве, где были взорваны звездные системы, колонизированные расой ластоногих, и образовался печально известный Рукав Пустоты.