Спираль
Шрифт:
— Все будет в порядке, не волнуйтесь.
«Скорая», завывая сиреной, взмыла в ночное небо над городом.
Антон некоторое время стоял, глядя вслед удаляющимся проблесковым маячкам, потом сел в машину и снова закурил, облокотившись о руль.
Черт побери, что все это могло означать?
Дома его ждал еще один сюрприз.
Едва переступив порог квартиры, он сразу же заметил тревожные огни на терминале домашней компьютерной сети.
Скинув пальто, Полынин прямиком прошел к
В его отсутствие кто-то пытался дистанционно взломать домашнюю сеть. Судя по сигналам, вторжение прошло безуспешно, и теперь РИГМА занималась тотальным самотестированием.
Антон прошел на кухню, ткнул пальцем в сенсор бытавтомата с надписью «кофе», вытащил из ниши заказанный напиток и направился в кабинет, где у него был установлен еще один локальный компьютер, отрезанный как от городских линий, так и от глобальной сети Интерстар.
Иногда полезно отгородиться от внешних воздействий. За РИГМУ он сильно не переживал — сетевой терминал не хранил никакой важной информации, он служил скорее для связи с внешним миром: путешествий по сети Интерстар, электронной переписки и так далее. Все важные документы, касающиеся его настоящей работы, а также программы для их обработки Антон хранил даже не в памяти машины, а на отдельных кристаллодисках — миниатюрных носителях информации, вмещавших в себя до сотни гигабайт данных.
Сев в офисное кресло, он отхлебнул глоток кофе, прикурил сигарету и глубоко задумался, чувствуя себя далеко не лучшим образом.
Как резко все перевернулось в душе за последние несколько часов!.. Мог ли он предполагать, выезжая на встречу, что раздражение, вызванное неурочным звонком, сменится сначала потрясением от известия, что Павел жив, а потом…
Резко и тревожно зазвонил коммуникатор.
Антон вскочил, потому что трубка мобильника осталась в кармане пальто, в гостиной. У того коммуникатора был отдельный номер.
— Да? — ответил он, схватив устройство связи.
— Это Антон Полынин? — осведомился незнакомый голос.
— Да, да!
— Говорят из приемного отделения городской больницы шестнадцатого уровня. — Голос дежурного врача был по-деловому сух. — К сожалению, Сара Клеймон скончалась по дороге к нам, не приходя в сознание.
Слова администратора больницы ударили Антона, словно обухом по затылку. Несколько секунд в ушах стоял звон, во рту внезапно появился забытый солоноватый вкус крови — это адреналин хлынул в сосуды.
— Она вообще не приходила в сознание? Может быть, она говорила что-то перед смертью?
— Нет, сэр. Мне ничего не известно. В приемное отделение привезли мертвое тело — она скончалась по дороге. Вам необходимо указать адрес ее родственников или подъехать самому для опознания и оформления документов на кремацию.
— У нее нет родственников, — машинально ответил Антон. — Я подъеду сам. Диктуйте адрес.
Записав данные больницы, он вернулся в кабинет и сел на край вращающегося кресла, сцепив руки в замок.
Он чувствовал себя приблизительно
«Что-то пошло не так…» — Внезапно вернувшееся чувство вырвалось из прошлого, оно было сродни тому ощущению, которое испытал рядовой Полынин, когда первая ракета поразила их модуль над Хабором.
За окном, пробиваясь сквозь шторы, бесновались отблески реклам, по подоконнику отчетливо барабанил зарядивший надолго дождь.
Он с усилием расцепил пальцы и набрал номер.
— Джонатан?..
— Да, это я. Что случилось, Антон? Почему ты звонишь мне по прямому номеру?
— Один вопрос, Роглес.
— Да, я слушаю, — в голосе босса просквозило неудовольствие, но Полынину сейчас было не до интонаций работодателя.
— Вчера или сегодня ты дал мой домашний телефон своей знакомой Саре Клеймон. Я хочу спросить: как давно ты ее заешь? Кто она?
На том конце связи наступила короткая пауза.
— Извини, но ты ошибаешься, Антон. Я впервые слышу это имя и фамилию, а давать твой домашний номер кому бы то ни было не в моих привычках, ты же знаешь. У тебя проблемы? — тут же осведомился Роглес.
— Нет, все в порядке.
— Мне кажется, что ты лжешь.
— Я же сказал — нет.
— Ну смотри.
— Джонатан, у тебя действительно не было никаких разговоров обо мне с некой пожилой женщиной?
— Антон, ты мне не нравишься в последнее время. Что это за трескотня по коммуникатору? — Роглес окончательно разозлился. — Есть проблемы — приезжай, обсудим…
— Я задал вопрос, Джонатан.
— Тогда я отвечаю — нет. И не звони мне сюда по всяким пустякам.
В трубке часто запищал сигнал отбоя.
Чтобы взять себя в руки, Антон открыл встроенный в стену кабинета мини-бар и плеснул в бокал коньяка.
«Сара Клеймон…» — Он залпом выпил содержимое бокала, поморщившись от резкого запаха. Опять дешевая подделка на спирту… Надо бы узнать, у кого закупает эту дрянь администратор этажа. Коньячный спирт, чуть сдобренный ароматическими добавками, не принес удовольствия, только оглушил вкусовые рецепторы, но мысли Полынина, под воздействием выпитого, начали понемногу успокаиваться.
«И чего я так занервничал? — подумал он, доливая до половины опустевший бокал. — Надо мыслить здраво, последовательно. Есть ведь явный конец ниточки…»
Он сел в кресло, задумался.
У Паши была фамилия Сытников. При чем здесь Клеймон? Или он носил фамилию отца?.. Такое случается.
Данный вопрос следовало выяснить. Еще нужно было узнать, кто пытался взломать сетевой терминал его квартиры, и, конечно, необходимо съездить в городскую больницу шестнадцатого уровня.
Составив этот мысленный перечень, Антон накинул пальто, на этот раз не проигнорировав плечевую кобуру с импульсным пистолетом. Разрешение на оружие у него имелось: официально он числился охранником в одной захудалой фирме центрального космопорта Аллора.