Спускаясь к тебе
Шрифт:
Что-то странное слышится в его тоне…
– Почему ты спрашиваешь? Ты что, считаешь, с ним могут быть проблемы?
Нэш пожимает плечами:
– Да нет.
– Да нет?
– Ну…
– Что – ну?
– Кэш немного э-э… э-э…
– Если такому красноречивому человеку, как ты, не подобрать слов, могу вообразить, что это говорит о Кэше.
– Нет, ничего такого. Я просто подумал, что ты обязательно понравишься Кэшу.
– Ну так я рада, что понравлюсь ему. Это сэкономит мне кучу времени и денег на бензин.
Нэш бросает на меня раздраженный
– Я не это имел в виду, ты прекрасно знаешь.
– А что ты имел в виду?
– Оливия, ты красивая, умная, веселая. Любой мужчина захотел бы сделать тебя своей. И мой брат не исключение. Он только несколько более… агрессивен в достижении желаемого. Я не хочу, чтобы он тебя выгнал с работы.
Вспоминаю о своей пикировке с Кэшем по поводу сексуальных домогательств. Не сомневаюсь: он отодвигает границы, но никогда у меня не возникало впечатления, что он может начать принуждать меня к чему-нибудь или делать нежелательные авансы. Надеюсь, о боже, он не догадывается, что его авансы не являются нежелательными. Я ведь хочу, чтобы они были.
– Тебе не стоит переживать из-за Кэша. Он всегда был настоящим джентльменом, и у меня нет причин подозревать, что в этом смысле он может измениться. Я работаю у него, и он будет относиться к такому положению вещей с уважением.
Уголком глаза вижу: Нэш смотрит на меня как на сумасшедшую. Не обращаю внимания.
Наш разговор обрывается, как только мы въезжаем на парковку рядом с таунхаусом, где я живу вместе с Мариссой. Задерживаю в груди тихий вздох. Ясно, что Нэш со мной в дом не войдет. Потому что я ему не предложу. Так лучше.
Оторви и брось.
Как я и предвидела, Нэш останавливается на парковке и не выключает двигатель.
Так лучше. Вот и славно.
– Спасибо тебе, – говорю я, глядя в его бездонные темные глаза. В свете огоньков приборной панели они выглядят кусочками оникса. – Я хорошо провела время.
Раздается смех Нэша – какой-то невероятный лай.
– Нет, это ложь.
Я улыбаюсь:
– Ладно, большую часть времени я провела хорошо. Спасибо, что взял меня. И я правда надеюсь…
– Ах, ах, ах, – обрывает меня Нэш. – Ни слова больше. Ни в чем из того, что случилось, ты не виновата. Чего еще можно было ожидать от кучки пресных трофейных жен? Ты тут вообще ни при чем.
«Забавно, – думаю я, – что он употребил те же самые определения, которыми раньше наградила эту компанию я. Великие умы…»
– Ну, вечер сложился бы иначе, если бы Марисса смогла пойти с тобой. Она-то точно не ошиблась бы с выбором платья и… – Я замолкаю, в первый раз осознав, что меня подставили. Разве можно сомневаться в том, что Марисса знала наверняка, какие будут последствия моего появления на вечере в таком платье.
– И что? – подталкивает меня к продолжению разговора Нэш.
Я окидываю его взглядом. Он заслуживает большего, гораздо большего. Хотела бы я дать ему это. Но для такого парня, как он, я – карьерный суицид.
– Ох, ну-у, просто она намного лучше приспособлена к таким вещам, к такой публике. А я всего лишь деревенская девчонка.
Нэш
– Не делай этого. Никогда не принижай себя. Потому что тогда тебя и другие страшно недооценят.
Он смотрит мне прямо в глаза, будто хочет, чтобы я впитала в себя смысл его слов, чтобы я прониклась его искренностью. И я проникаюсь. Он не кривит душой. Только это ничего не меняет. Он все равно останется с Мариссой.
Он не такой плохой парень. А я не такая плохая девушка.
– Я ценю твои слова, Нэш. – Знаю, что надо идти. Не имеет значения, как сильно жажду я его поцелуя, как хочу, чтобы он пошел со мной в мою комнату и мы завершили начатое, я понимаю, что не могу. Не должна. Не буду. И он не будет.
А если будет…
К чему развивать мысль, если этого все равно не случится, поэтому я говорю недодумывая:
– Спокойной ночи, Нэш.
Его губы складываются в кривую усмешку. Странно. А чего он ожидал?
– Спокойной ночи, прекрасная Оливия.
Удаляться от машины, от Нэша, когда оставался хоть малюсенький шанс, что он пойдет со мной, оказалось самым трудным за всю мою жизнь.
До следующего утра я не вспоминала о признании Нэша, что его отец сидит в тюрьме за убийство. Довольно плохо, но гормоны, оказывается, способны нейтрализовать шоковую реакцию на любое известие.
16
Кэш
Раньше мне никогда не приходилось прикладывать усилия, чтобы держаться подальше от девчонки. Черт, у меня не было даже причин пытаться. А теперь я это делаю. С Оливией все как-то иначе. Хочу быть с ней в постели. Хоть сейчас. Но она… Не знаю. У меня такое чувство, что к ней нужен особый подход – как-то понежнее, поласковее. Она так просто не дастся.
И черт меня побери, если мне не по душе этот вызов!
Слежу за тем, как Оливия наливает выпивку, а Тарин нависает у нее над плечом. Я легко могу убрать Тарин, сказать ей, чтоб отстала от Оливии, но не буду этого делать. Я не только считаю, что это полезно для Оливии – пусть проявляет напористость, – но уверен, она, если что, сама разберется. И мне это в ней нравится. Очень сильно. Чем больше нахожусь с ней рядом, тем очевиднее становится, что в Оливии есть еще много чего, кроме скромной улыбки и милого личика.
И разумеется, тела, в которое мне не терпится войти.
И я войду.
И она будет наслаждаться каждой секундой. Я позабочусь об этом.
17
Оливия
Складывается впечатление, что, когда бы я ни подняла взгляд, тут же вижу Кэша. Иногда он разговаривает с посетителями, занимается своей работой владельца тире менеджера. Но в остальное время, кажется, постоянно наблюдает за мной. От этого я нервничаю, но не как перед выступлением на сцене. Я уверена в своих способностях смешивать отличные напитки, даже когда у меня над ухом рявкает сержант. В чем я не уверена, так это в своей способности устоять перед тем, что Кэш даже не пытается скрывать.