Спускаясь к тебе
Шрифт:
– Хорошо, что это был брат, а не тот, с кем ты откровенно заигрывала.
Я шлепаю Шоуни по руке:
– Я не заигрывала с ним откровенно!
– Нет, но хотела.
– Я, конечно…
– Даже не пытайся мне врать, глупая девчонка. Я слишком хорошо тебя знаю. У него есть все, что должно быть у плохого парня. Удивляюсь, как это ты не обхватила его ногами, не впилась в него губами и не обернулась вокруг него всем телом прямо там и тогда.
– Боже, Шоуни, ты говоришь обо мне, как о шлюхе.
– О шлюхе? Правда? – Она смотрит на меня скептически.
Мы
– Замолчи. Это плохое слово, – объясняю я, подражая своей матери.
Она была образцом чопорной добропорядочности. Словам «шлюха» и «потаскуха» не было места в ее словарном запасе. А вот словам «разведенка» и «брошенная» место нашлось.
– Даже не намекай на нее. Психану! – говорит Шоуни.
– Знаешь, это правда страшно. Ты сейчас говоришь, а у тебя зубы такие, будто ты только что съела чью-то печень. – Пищевой краситель выглядит как свежая кровь.
– Я съела. Было вкусно. С кьянти и конскими бобами, – говорит она голосом Ганнибала Лектера [2] и издает какой-то странный звук, всасывая в себя воздух.
Мы обе смеемся, модно одетая продавщица неодобрительно косится на нас.
– Ты лучше замолчи. Уверена, быть выброшенной из магазина свадебных тортов за месяц до свадьбы – это к несчастью.
Шоуни кротко улыбается продавщице и говорит мне, едва шевеля губами:
– Если бы у тебя был кусочек угля, мы бы нагнули ее, засунули ей в задницу и через пару дней достали бы оттуда большущий алмаз.
2
Ганнибал Лектер – персонаж триллеров Томаса Харриса.
– Знаешь что, Шоуни, я уверена: чтобы уголь превратился в алмаз, времени нужно гораздо больше, чем пара дней.
– Не в этой заднице.
Бросив на строгую леди косой взгляд, я меняю мнение:
– Может, ты и права.
– Вот что, пока вся эта сладкая и полезная для мозгов пища циркулирует у нас в крови, давай составим план, как тебе увести Нэша у Мариссы. Я думаю, это будет самый лучший свадебный подарок – увидеть, как изменится лицо у этой самодовольной шлюхи.
– Что? Ты спятила? Я не собираюсь никого ни у кого уводить.
– А почему? Этот парень – такой, какого ты всегда хотела.
– Знаю, – говорю я со вздохом.
И Нэш знает. Он невероятно красив, обаятелен, наверняка умен, успешен, надежен, твердо стоит на ногах – все это мама вбивала мне в голову с самого детства, убежденная, что мой отец лишен таких качеств. И самое важное: Нэш НЕ плохой парень. Я могу во многом не соглашаться с матерью, но знаю точно: в том, что касается мужчин, на которых мне стоит положить глаз, она права. Доказательства ее правоты я находила раз за разом. Может, кто-нибудь вроде Нэша поможет фактам пробиться к моему падкому на дурное сердцу. До сих пор казалось, что влюбляться в плохих парней – это моя судьба.
– И что, в чем проблема? Иди и забери его.
– Все не так просто. Хотя
Шоуни роняет вилку и злобно смотрит на меня:
– И какая это ты не такая? Не из тех, кто берет то, что хочет? Кто добивается от жизни своего? Кто делает все, чтобы найти счастье? О нет. Ты совсем не такая. Ты страдалица. Тебе надо, чтобы жизнь обошла тебя стороной, потому что ты больше не хочешь рисковать.
– Желание получить образование, чтобы помочь отцу, не делает из меня страдалицу.
– Нет, но вычеркивание из жизни всего остального ради того, чтобы вернуться в Поданк, делает.
– В его жизни уже была женщина, которая его бросила. Я не хочу быть второй. – Резкость в голосе скрыть не удается.
Шоуни выводит меня из себя.
– Жить своей жизнью не значит бросать кого-то, Лив.
– Именно так она и сказала.
На это Шоуни ответить нечего.
Пройти основной курс бухгалтерского учета за два первых года в колледже было настоящим подвигом. Но все равно, несмотря на легкое расписание, я сегодня очень устала. И для этого есть причины. Сейчас вечер пятницы. Впереди выходные.
Тоже тот еще отстой.
Хотелось бы думать: это просто боязнь, что придется ехать домой и работать до понедельника, но я знаю, причины несколько глубже. Все этот глупый разговор с Шоуни, пока мы пробовали торты.
«Этот парень – такой, какого ты всегда хотела».
С каждым днем это становится все более ясным. Я вздыхаю.
На этой неделе Нэш приходил к Мариссе каждый вечер.
Чем больше я внимала его речам, слушала его смех, наблюдала, как он себя ведет, тем сильнее мне хотелось быть человеком, беспощадным в борьбе за исполнение своих желаний.
Но я не такая. На это монополия у Мариссы. Да, у Мариссы и моей матери.
Если я когда-нибудь решусь на кражу, Нэш станет моей первой воровской добычей.
Слышу его низкий голос, он разговаривает с Мариссой. Без сомнения, у них грандиозные планы на ночь. Их шикарная жизнь – материал, из которого создаются сказки. К несчастью, моя жизнь – все, что угодно, только не сказка.
Решительно мотнув головой, отчего глаза затуманились слезами, я затягиваю хвост на макушке и смотрю на себя в зеркало. Рабочая одежда Мариссы – это костюм за тысячу долларов и туфли от Джимми Чу. Моя – черные шорты и футболка с надписью: «Прими на грудь у Тэда». Таким, как я, не суждено жить в сказке.
Я рада, что слышу хлопок входной двери. По крайней мере, теперь по пути к выходу мне не придется проходить мимо этого динамического дуэта. Ну и дрянной уик-энд, а ведь он только начался. Меньше всего мне сейчас нужно видеть, как они тащатся друг от друга.
Я даю сладкой парочке минуту-другую, после чего беру сумочку и ключи, закидываю на плечо баул с запасом вещей на ночь и направляюсь к двери. Думая, что надо было зайти в уборную перед уходом, поднимаю взгляд и вижу Нэша, который сидит в своей отполированной до блеска машине и говорит по телефону. Не глядя, куда иду, я забываю про поребрик – и это заканчивается падением.