Спящий
Шрифт:
Вдруг дёрнулся и лёг под иномаркой.
Я видел кровь, зигзаг от колеса...
И отвернулся, чтобы не стошнило.
В кармане сжал знакомых адреса -
Как будто мне в ладонь встрямили шило.
По уличке побрёл, свернул в подвал,
Там женщина у стойки безвозмездно
Мне налила мартини, я сказал:
"Спасибо, я непьющий, если честно".
Тогда она шепнула: "Здесь не храм.
Вы ищете кого-нибудь?..".
Я просто шёл, так ток по проводам
Стремится, чтоб в конце зарыться в пепел".
***
Кувшинка расцвела, мой друг увял.
Измяло время хрупкий матерьял.
Комок земли ладонь мою облёк,
И я его, как деньги в кошелёк,
Бросаю в углубление земли,
Где крышку гроба слёзы обожгли.
Поплачьте, люди! ныне день такой.
Как пианист касается рукой
Блестящих клавиш, чтобы звук извлечь,
Так и слеза, чьи сны нарушил смерч,
В груди образовавшийся, в душе.
Теперь душа на верхнем этаже...
Снята одежда будничная - плоть.
Не властно время душу размолоть.
Придёт наш час - опустится плащом, -
Поднимемся над миром нагишом.
Земле нас будет не остановить:
Мы плоть и кровь вернём ей, смерти нить.
В МЕЧЕТИ
Вечерней встречи братские минуты.
У входа обувь - будничные путы...
Внутри, душой к собранью наклонясь,
Стоит имам. "Улавливайте связь!
–
Он говорит.
– Аллах построил Землю!
И линию провёл между постелью
И ежедневным праведным трудом.
Всему свой час!". Внимают мусульмане,
Их много в зале, и мечеть - их дом.
И в сердце нет у них других желаний,
Как быть с Аллахом в космосе одном.
"Мы не одни..." - разносится по залу,
Всех эхо обволакивает - луч,
И сотни мусульман "Аллах могуч!"
Певуче произносят, общно, смалу.
Наполнен светом радостным имам.
И, словно за спиной почуяв крылья,
Он голос возвышает, взвился сам
Над сутолокой времени, бессилья...
ВЕРА
1.
Вера - галера. Привет гребцам!
Это неверье гребёт в Сиам.
Вера стремится за грань миров
И утешает вдовцов и вдов.
Вера гласит: "Впереди любовь!" -
Даже когда надзиратель в бровь.
Вера нам люба хотя
Что у неё не отнять Эдем.
2.
За веру умереть совсем не жалко,
Пусть не допит ещё бокал вина...
Она в груди, живая зажигалка,
Пустила ноготь пламенный, дивна.
И свет её затронул всё снаружи,
Под куртки проникая и плащи,
Откуда к небу трепетные души
Летят стремглав, что камни из пращи.
ОСЛИК
Под кожей у осла нет крови лошадиной,
Но хочется ему быть лошадью порой,
Скакать вперегонки - под женщиной, мужчиной, -
С ватагой ловчих птиц. Но мух кусачих рой
На ослике сидит, а скоро - чует ухом -
Дверь в стойло проскрипит, войдёт хозяин, чтоб
На спину поместить, где все удобства мухам,
Обёрнутый в сукно слезящееся - гроб.
Прикажет: "На погост!", там в ряд стоят деревья,
И люди собрались, всяк в чёрное одет.
И ослик повезёт, догадываясь, веря,
Что в том гробу лежит непризнанный поэт.
***
Люди стены возводят - чтоб видеться реже.
И стены меж ними стоят как призраки баррикад.
Люди были добры и дружили,
но разная кровь у людей
и разные мысли.
Эти смотрят на запад,
а те - на восток.
Возникает конфликт непременно.
Мир, казавшийся им безграничным,
обрастает границами вдруг, как надел сорняками.
И становится тесно,
и хочется стену разрушить,
чтобы вновь подружиться,
но чаще - чтоб землю отнять,
расширяя границы своей территории - власти.
Люди - волки, но также - ягнята.
Единая суть!
Словно Каин и Авель
в семени тёплом Адама.
***
Теперь в Крыму пустынно, одиноко.
Нил Армстронг снится, что на крымский брег
Ступает энергично, как морпех,
И говорит, быть может, раньше срока,
О том, что сделал маленький он шаг,
Но этот шаг - для всех людей гигантский.
Здесь и Христос, и Будда, и Аллах
Могли гулять... но было это в сказке.
Сюда - такое чувство - из глубин
Не выходили боги, человечки...
И лишь под камнем, словно муэззин,
Поёт сверчок беспечно, как без печки.
СТАРИК И Я
1.
<