Среда обитания

Абдуллаев Чингиз Акифович

– Да. Там небольшая комната отдыха и туалет.

– Можно я туда пройду?

– Кроме Регины и уборщицы, я никого туда не пускаю. Но если хотите, можете войти, – разрешил Деменштейн.

Дронго вошел в «комнату отдыха». Небольшое помещение, диван, холодильник, телевизор, стол, стулья. Достаточно аскетичная обстановка. Он открыл дверцу холодильника. Вода и пиво. Несколько упаковок сока. Молоко. В шкафу напротив, в вазе лежали пакетики с орехами. Он достал большой пакет, раскрыл его и рассыпал по всему полу.

– Что вы

там делаете? – крикнул Лев Давидович.

– Нашел повод позвать Регину, – пояснил Дронго, выходя из комнаты, – я нарочно рассыпал по всему полу орехи. Теперь придется их собирать.

– Я могу вызвать уборщицу.

– Нет. Только Регину. И не сейчас, а когда начнется совещание. Чтобы она была в соседней комнате и все слышала.

– Я вас понял, – согласился Деменштейн.

Ровно в два часа он пригласил к себе в кабинет Матвея Константиновича Суровцева и Валерия Арсаева. Они вошли, недовольно глядя на уже сидевшего за столом Дронго. Слухи о трагической гибели Ашота Погосова разнеслись по всей компании, и почти каждый считал виновником случившегося не президента компании, а эксперта Дронго, который проводил такое неудачное расследование.

– Вы знаете, что случилось сегодня ночью, – строго начал Лев Давидович. – Погиб наш товарищ. – Он не стал уточнять, что ночью погибший оказался у здания компании по приказу самого Деменштейна. – У нас большие проблемы. Но теперь мы знаем главное. Среди наших людей нет предателя. Мы нашли того, кто сливал всю информацию Леониду Френкелю. Это был мой адвокат Александр Михайлович Тарханов.

– Я так и думал, – прогремел Суровцев.

– Не может быть, – прошептал потрясенный Арсаев.

– Регина, зайдите ко мне в кабинет, – попросил Лев Давидович.

Она почти сразу вошла, словно ожидала этого вызова.

– В соседней комнате я рассыпал орехи, – пояснил Деменштейн, – уборщицу я вызывать не хочу, чтобы она нам не мешала. Посмотри там, как можно все убрать.

– Я все сделаю, – кивнула она.

– Итак, Тарханов нас предал, – сказал чуть громче обычного Деменштейн, – поэтому мы все с вами меняем. Валерий не поедет на сегодняшнюю встречу, это очень опасно. Вместо него туда пойдет кто-нибудь из сотрудников службы безопасности. А вы останетесь здесь, на своих местах. Самое важное, что Неверова не будет.

– Как это не будет? – занервничал Суровцев. – Куда он снова исчез?

Деменштейн взглянул на Дронго. По договоренности с ним, теперь в разговор должен был вступить именно эксперт.

– У нас появились подозрения, что из Армении звонил не сам Неверов, – пояснил Дронго. – Дело в том, что он позвонил и на мой телефон. Откуда настоящий Неверов мог узнать мой телефон? Но позвонивший его знал.

– Зачем он вам позвонил? – спросил изумленный Арсаев. – И почему вы так уверены, что это не сам Неверов? Ведь вчера он сам позвонил в этот кабинет.

– Это была инсценировка, – пояснил Дронго. – На самом деле звонил

не Неверов, а человек, который сумел узнать, каким образом и почему тот исчез. Сегодня в пять часов вечера он все расскажет нашему человеку. И возможно, тогда мы узнаем, кто и зачем убрал Неверова.

– Не может быть, – прошептал Валерий, – откуда этот человек мог узнать такие подробности?

– Может, он сам и был причастен к устранению Неверова? – предположил Суровцев.

– Уже нашли тело, – продолжал блефовать Дронго, – но сейчас проверяют, кому оно принадлежит. Ведь у Неверова были характерные особенности.

– Мы знаем, – кивнул Суровцев, – не было двух пальцев на ноге. Нам об этом рассказывали его сослуживцы.

Из комнаты отдыха послышался громкий треск. Там что-то упало. Дронго и хозяин кабинета быстро прошли в соседнюю комнату. На полу лежали осколки разбитой тарелки.

– Извините, – прошептала Регина, – я куплю точно такую. Честное слово, Лев Давидович.

На столе лежал мобильный телефон. Деменштейн поднял аппарат. Очевидно, Регина недавно кому-то звонила. Буквально минуту назад.

– Кому ты звонила? – недовольно спросил Лев Давидович.

– Я не… я случайно разбила тарелку.

– С кем ты разговаривала? – закричал он.

– С моим другом. Простите меня. С моим другом. Он улетает в командировку и позвонил мне…

Лев Давидович нажал кнопку повторного вызова. Регина стояла перед ним, и было заметно, как она нервничает.

– Здравствуйте, – начал Деменштейн, – это говорит Лев Давидович, руководитель Регины. Я хотел у вас уточнить. Вы сейчас разговаривали с ней?

– Только минуту назад, – подтвердил друг Регины.

– О чем вы говорили? – требовательным голосом уточнил Лев Давидович.

– Какая разница? Это допрос? Где Регина?

– Да, допрос. Немедленно отвечайте. О чем вы говорили?

– Я не помню. Передайте ей телефон. Почему вы взяли ее аппарат? Что за нравы в вашей компании?

– Возьми, – протянул телефон Деменштейн, – ты уволена. Больше не нужно ничего трогать. Уходи.

– За что?

– Уходи. Вон отсюда!

Регина покраснела и выбежала из комнаты, с трудом сдерживая слезы. Деменштейн вышел следом. За ним Дронго.

– Вот так у нас получилось, – задумчиво произнес Лев Давидович. – О чем мы говорили?

– Мы узнаем, кто и зачем убрал Неверова, – напомнил Дронго. – Сегодня в пять часов этот позвонивший придет на встречу.

– Да, все верно. Сегодня в пять часов. Возле бара. Я думаю, что будет правильно, если Матвей Константинович пошлет туда одного из своих смышленых сотрудников.

– Сделаем, – сказал Суровцев, – разве нам не нужно будет оцеплять здание?

– Нет. Все останутся на своих местах. Денег мы не повезем. Пусть нам расскажут, что произошло, а потом мы решим. Неверов, оказывается, встречался еще с кем-то из наших. Вот об этом нам и расскажут.