Среди роз
Шрифт:
Вскрикнув, она смутилась, ибо считала, что леди должна проявлять сдержанность. Но разве можно бороться с собой, когда Тристан рядом? Они соединились, и Женевьева вновь испытала наслаждение. Заглянув ему в глаза, она шепнула:
— Хорошо, что ты позвал меня сюда.
Он улыбнулся, приподнялся на локте и распустил ее косу. Волосы рассыпались по подушке, и Тристан зарылся в них лицом. Женевьева застонала от его ласк, и в ней вспыхнуло неукротимое пламя. Поцелуй пробудил ее к жизни. А Тристан что-то шептал ей на ухо, нежно и успокаивающе.
Она
Женевьева пошевелилась под одеялом. Впервые в жизни ей было так тепло и удобно. Рядом послышался шорох, но она не открыла глаза. Погруженная в дремоту, девушка слышала, как в комнату вошел Роже де Трейн и тихо заговорил с Тристаном. Женевьева смутилась оттого, что ее видят рядом с ним.
Но она не спряталась под одеяло — ведь все знали, что связывает с ней Тристана. Как только Роже ушел, Тристан вскочил с постели и чертыхнулся, снова услышав робкий стук в дверь.
На этот раз их покой нарушил Джон. Женевьева не слышала, о чем они говорили, но вскоре Тристан вышел из комнаты. Она вдруг вспомнила, что сегодня Эдвина и Джон должны пожениться.
— Женевьева!
Девушка открыла глаза и увидела тетку.
— А где Тристан? — спросила Эдвина.
— Не знаю. Здесь его нет.
Эдвина присела в ногах у Женевьевы.
— Ты спросила у него? Он разрешил тебе присутствовать на нашей свадьбе?
Женевьева покачала головой.
— Пока нет, но… — Она вспомнила, как сегодня ночью они с Тристаном сделали друг другу почти невероятные признания. — Эдвина, наверное, я приду в часовню!
— Я же говорила, Женевьева! Тебе надо лишь немного уступить! Действуй лаской, а не враждой, и все будет чудесно!
Вскочив, Эдвина бросилась вон из комнаты, а Женевьева задумалась над ее словами. Но вдруг тетка застыла, столкнувшись в дверях с Тристаном. Он поклонился Эдвине, а та, покраснев, проскользнула мимо него.
Тристан усмехнулся:
— Вы хотели о чем-то попросить меня?
Она молчала, прижимая к груди одеяло.
— Так просите! Вы ведь хотите побывать на свадьбе Эдвины?
Женевьева кивнула.
— Ну разумеется! — расхохотался он. — Само собой! И потому пошли на подкуп! Нет, миледи, я не против таких сделок, но предпочитаю заранее знать все условия!
— Не понимаю, о чем вы…
— Все вы понимаете! «Тристан, мне очень жаль…» — похоже передразнил он. — А эти прикосновения — ласковые, как и голос! Ладно, Женевьева, впредь я запомню, что вы и пальцем не шевельнете просто так, задаром, и буду осторожен, принимая от вас знаки внимания!
— Что?! — вскрикнула она, готовая расплакаться, — Глупец! Ничего я не…
— Пощадите, дорогая! Разумеется, вы будете присутствовать на церемонии. — Тристан вышел и с грохотом захлопнул дверь.
Эдвина венчалась в той же часовне, где ее крестили, и хотя гости
После церемонии начался пир и танцы. Тристан, с утра не подходивший к Женевьеве, повел ее танцевать под звуки лютни. Он издевательски усмехнулся.
— Наш брак завершен, миледи. Как по-вашему, овчинка стоила выделки?
— Вы обесчестили меня!
— Само собой, миледи. Овладевая женщиной, я не оставляю ее девственницей.
— Милорд, да вы попросту глупы…
— Я притворяюсь глупцом. Хотел бы я знать, что еще вы придумаете, решив попросить об очередном одолжении?
— Вы уже получили все, чего добивались!
— Ошибаетесь, миледи. Этого было бы мало любому мужчине! Ну, что я должен пообещать на этот раз? Переселить вас в прежнюю комнату? Предоставить вам больше свободы? Признаться, такая сделка мне по душе! Так назовем же цены и условия!
Женевьеву никогда еще так не унижали и не высмеивали. Она высвободилась из его объятий.
— Ничего вы не поняли! «Сделка»! — с отвращением передразнила Женевьева. — Вам наверняка известно, сэр: есть то, что не продается, и это исходит от… — Она осеклась, чуть не выговорив «сердце». Но сейчас это слово было бы неуместным. — Идите ко всем чертям, Тристан де ла Тер! Убирайтесь к дьяволу, а я вернусь к себе в башню — притом с превеликим удовольствием! — Она бросилась к лестнице.
— Женевьева!
Она не остановилась и, перепрыгивая через две ступеньки, взбиралась по винтовой лестнице. Ей не нужен ни стражник, ни тюремщик. Захлопнув за собой дверь, Женевьева прислонилась к ней спиной и осела на пол.
Тристан последовал за девушкой, но не успел он дойти до первой площадки, как в большом зале воцарилась тишина. Прибыл новый гость — королевский гонец. Тристан направился к нему. Гонец поклонился.
— Ваша светлость, король Генрих приказал мне срочно доставить вас ко двору.
— К чему такая спешка?
— Бунт, сэр! Королю нужна ваша помощь.
— Я еду с вами. И немедленно.
Поручив Джону управление замком Иденби, Тристан поскакал в Лондон.
Глава 16
В атмосфере королевского дворца не ощущалось никакого беспокойства — напротив, в коридорах Вестминстера бурлила жизнь.
Арфисты, трубачи и другие музыканты настраивали инструменты, дожидаясь выхода короля. Сэр Роберт Джентри, давний знакомый Тристана, приветствовал его в просторном зале. На его руке сидел один из лучших охотничьих соколов — эту птицу он собирался преподнести Генриху. Да, Тристану показалось, что при дворе тихо и спокойно.