Сталкер
Шрифт:
Зачем убивать ее, когда я могу трахать ее изо дня в день без проблем? Если у меня есть все возможности и время мира, зачем тратить их на ненависть, когда можно потратить на бешеный секс с ней? Это все, что я когда-либо хотел... все, что мне когда-либо было нужно, даже если бы сама она не отдалась мне. Вот что злило меня с самого начала — что она не выбрала меня. Но вот в чем дело: теперь у нее нет выбора.
Контроль в моих руках, и я заставлю ее хотеть меня; заставлю ее нуждаться во мне, чтобы она попросила меня остаться. Принцесса заперта
Когда я обхожу ее клетку, то слышу, как она шмыгает носом.
— Что случилось?
— Ничего, — отвечает Ванесса, прижимая к ногам то, что осталось от ее платья.
— Давай угадаю, — я прищуриваюсь. — Ты расстроена информацией о том, что Артуру на самом деле насрать на тебя и ему были нужны только твои деньги.
— Не только это. — Девушка смотрит на меня своими щенячьими глазками, взгляд в которых мог бы убить человека, если бы я не знал лучше. — Ты здесь только для того, чтобы использовать меня. Как и все остальные. Артур. Филипп. Мои родители.
— Хмм... хочешь сравнить меня с ними? — говорю, вскидывая голову, приблизившись к клетке. — Я не похож на них. Аб-со-лютно.
— Похож. Просто не хочешь признавать это. Все, что ты делаешь, это используешь и оскорбляешь, — говорит Ванесса.
— Ты тоже это делаешь, так в чем твое отличие? — улыбаюсь. — Одна попытка отомстить им не делает тебя лучше.
— Говорит парень, удерживающий объект своей мести в клетке.
— Туше, — подмигиваю я. — Но я никогда не отрицал, что я — кусок дерьма.
— Правда. Ты действительно кусок дерьма.
Я вынимаю нож из кармана и помахиваю им.
— Только потому, что я говорю так, не значит, что тебе тоже можно, так что прикуси язык.
— А то что? Тебе полегчает от того, что ты продолжишь издеваться надо мной? — кричит она мне в лицо. — Не важно, произнесу я это вслух или нет. Ты по-прежнему будешь куском дерьма.
— Да, что ж, этот гребаный кусок дерьма удерживает в заложниках твою ассистентку, и если ты хочешь сохранить ей жизнь, тебе лучше делать то, что он говорит.
Ванесса ахает.
— Она жива?
— Эй, я, может, и киллер, но не тупой. Я вижу козырь, когда он появляется.
— Да уж, точно, — она закатывает глаза, но я знаю, что прав.
— Кроме того, я не могу отпустить ее.
— Но ты не собираешься причинять ей боль? Так ведь? — Ее голос звучит громче, как будто она пытается заставить меня.
— Это зависит от того, насколько хорошо ты будешь себя вести… — бормочу я.
Ванесса хмурится.
— Ты хочешь меня трахнуть...
— Правильно, Принцесса. Я трахну тебя и кончу в каждую твою дырочку, понравится тебе это или нет.
— И это спасет Пейдж?
— Возможно, — протягиваю я, слабо улыбаясь, когда вижу раздражение на ее лице.
— Откуда мне знать наверняка? Если ты трахнешь меня, ты все равно сможешь причинить
— Кажется, тебе просто придется поверить мне на слово, — отвечаю я.
— Твое слово для меня ни черта не значит, — выплевывает Принцесса.
— Ох, Ванесса... разве я уже не доказал тебе? Если я говорю, что собираюсь что-то сделать, я, блядь, сделаю это. Будь то убийство человека или охота за тобой.
Вот сейчас я злорадствую только от одного ее взгляда. В нем плещется смесь отвращения и возбуждения, тяжело сказать, что из них побеждает, но мне, мать вашу, плевать. Я поимею ее, хочет она этого или нет. Контроль не у нее. И никогда не был.
— Прекрасно... — бормочет Ванесса, но все равно облизывает губы. Думаю, просто не хочет признавать, что ей хочется этого так же, как и мне.
Протягиваю ей руку.
— Начнем с того, что ты отдашь мне свое платье.
Она вцепляется в него пальцами.
— Нет...
— Давай. Сюда. Платье, — повторяю я. Не знаю, почему она держится за него, как за сокровище. Шлейка на плече уже разорвана, поэтому оно бесполезно. Можно было избавиться от него уже сейчас. Не хочу, чтобы оно мешало мне, пока я буду вколачиваться в нее членом.
Медленно ее пальцы теряют хватку, и платье отлипает от ее тела, падая на пол. Затем девушка подползает и протягивает мне платье. Скольжу взглядом по ее обнаженному телу, жадно любуясь ее формами. Ее стройная фигурка и шелковистая кожа блестят, как неограненный алмаз, привлекая все мое внимание. На мгновение мне становится тяжело напомнить себе, что она женщина, из-за которой меня арестовали и посадили в тюрьму. Она — та, кто разрушила мою жизнь. Каждый раз, когда я вижу ее красивое лицо и улыбку, то должен напоминать себе, что она — не сладкое яблоко, а гнилое.
Я не могу позволить себе снова повестись на ее чары. Черт, нет, она не заслуживает быть любимой. Ни мной. Ни кем-либо еще. Больше никогда. Не тогда, когда она стала злодейкой в своей собственной истории. Я буду тем, кто станет для нее возмездием, и я точно знаю, как это сделать.
Поднимаю свой ремень и иду к задней части клетки.
— Что ты делаешь?
— Шшш. — Обхватываю ремнем ее шею, и Ванесса тут же тянется к нему рукой, поэтому я ударяю по ней. — Не смей его трогать.
Девушка опускает руку, делая глоток воздуха, когда я затягиваю ремень на шее.
— Ты собираешься меня убить? — спрашивает она.
Я смеюсь.
— Конечно, нет. В чем тогда веселье? — Когда Ванесса выдыхает, словно расслабляясь, я говорю: — По крайней мере, не так скоро. — Ее поза становится напряженной. Хорошо. Ей лучше быть начеку. Не хочу, чтобы она расслаблялась, не рядом со мной.
Я тяну ремень назад, ее голова дергается вверх, и я слышу, как она хватает воздух.
Я создал идеальный поводок для идеальной принцессы.
— Ты так красиво смотришься с поводком. Кому-то уже давно стоило его надеть, — говорю я, удерживая ремень. — Вставай.