Стальная дева
Шрифт:
Эйн пробежал информацию взглядом и похолодел.
Она не врала, когда сказала, что знает все - там были имена агентов, адреса убежищ и мест встречи, пароли от закрытых профилей, коды, которые Сопротивление использовало, чтобы скрываться от герианских войск.
Эйн побоялся, что голос его выдаст и потому промолчал.
– Это информация с личного компьютера Рьярры Элеры, - сказала Мара.
– Часть ее закрытых файлов, которые мне удалось достать до отлета с Герии.
Рьярры? У Стальной была эта информация? Откуда? Почему она
– Вы ей не нужны. Рьярру никогда не интересовала Земля, ваши ресурсы не настолько ценны, чтобы ради них устраивать войну.
– словно прочитав его мысли, спокойно ответила Мара.
– Стальной нужен трон Герии. Она - пятая в линии наследования Империи, и чтобы продвинуться выше, ей нужно избавиться от своих сестер.
А Льенна Элера принадлежала к той же ветви. И скорее всего, была постарше.
– И при чем здесь мы?
– Вы удобный способ продвинуться в линии наследования. Рьярра завоевала вас собственными силами, чтобы заручиться милостью Императрицы, и подорвать авторитет Льенны при Дворе. Годами поддерживала ваше движение Сопротивления, чтобы можно было потом попросить у Льенны помощи в подавлении бунта.
– И сделать ее героиней?
– Убрать ее от Императрицы и убить, свалив вину на жителей Земли.
– Отличный план. Всячески его поддерживаю. Мне вообще нравится, когда умирают герианки. Чем меньше вас, тварей, разгуливает по Вселенной, тем лучше.
Мара спокойно погладила кнут - кажется, она не злилась. Может быть, ей это вообще было не свойственно. И убивала она так же спокойно и уравновешенно:
– Льенна - священная кровь, одна из Первой Династии. За ее убийство Империя сожжет несколько континентов.
От ее слов внутри поднималась глухая, черная волна ненависти. И бессилия.
– Лучше так, чем служить тебе, мразь.
Она снова с любопытством склонила голову на бок:
– Остальные миллиарды человек тоже так думают?
Кажется, она даже не издевалась. Просто пыталась понять, правда ли все люди настолько хотели свободы.
– Вы ничего не сможете сделать, - добавила она.
– Мы успели получить необходимую информацию. Если Льенна отдаст приказ, за несколько дней Сопротивление будет уничтожено.
– И ты ловила меня, чтобы рассказать об этом?
– он отполз к стене, тяжело привалился к ней спиной. Так было легче, строительный пластик холодил затылок.
– Нет. Я хочу предложить сделку, - ответила Мара.
– Льенне не стоит возвращаться на Герию сейчас, при Дворе у нее слишком много врагов. Здесь их меньше. Если Сопротивление поможет нам, мы дадим вам время, а после и Рьярру. Продолжайте свою войну, но выборочно. Убивайте тех, на кого мы укажем.
Это было так похоже на герианок - интриговать, воевать чужими руками, что Эйн рассмеялся. Ничего не мог с собой поделать:
– Убивать одних герианцев по приказу других?
Она кивнула:
– Да.
Конечно, она в это верила. И ей даже в голову не приходило, что можно сражаться за то, во что веришь, даже будучи слабее.
– И мне полагается тебе просто поверить?
– Эйн усмехнулся.
– Убивать твоих врагов, чтобы потом, когда я перестану быть тебе нужным, ты убила меня?
– Льенне Элере не нужна Земля. И Герии тоже, это бессмысленное вложение ресурсов. Если вы поможете нам избавиться от Рьярры, Льенна убедит Императрицу, что вы не стоите затрат на войну.
Она говорила правильные вещи, то, что Эйн хотел от нее услышать. И как-то оно было слишком хорошо, чтобы быть правдой.
– И что? За Рьярру никто не пойдет сжигать континенты?
– В ней нет священной крови и она не способна к продолжению рода, иначе ее позиция в наследовании была бы выше. Она...
– Мара замешкалась, видимо пытаясь подобрать термин, который понял бы имплант-переводчик.
– Мертвая ветвь. Герия не мстит за мертвые ветви.
– Слишком заманчиво.
– Я говорю правду. Решай сейчас, потом времени у тебя не будет.
Эйна мутило от одной мысли, что нужно было снова подчиняться герианке. Не важно с какой целью и по какой причине.
Но какой выбор оставался у него и у Сопротивления?
Экран с информацией все еще висел в воздухе. Напоминал, что смерть, оказывается, подобралась совсем близко. К Эйну и ко всем, кто еще был ему дорог.
– Откуда?
– спросил он.
– Как Рьярра узнала все это?
– он обвел рукой экран.
– Мы были осторожны. Как она вычислила всю сеть?
Она могла бы найти информатора, да что там - даже внедрить. Узнать несколько адресов. Найти пару человек. Но не так, остались бы следы.
То, что Эйн видел на экране, будто взяли напрямую у него из головы.
Мара молчала.
– Откуда?
– с нажимом повторил он.
– У нее есть меченый в Сопротивлении, - ответила она.
– Рьярра получала информацию непосредственно от него. Мы подозреваем, что это мог быть Меррик.
Эйн никогда не слышал ни о каких меченых, и лично знал Меррика.
– Он никогда бы не предал. Он был не такой, сука! И он до последнего ненавидел вас, тварей.
Он снова ожидал удара в ответ, но Мара проигнорировала и оскорбление, и его слова:
– Если он был помечен, Рьярра не оставила ему выбора, - она задумчиво погладила кнут и добавила.
– Мне стоит объяснить.
Эйн не хотел ее слушать, но всем плевать было и на него, и на его желания.
– Если сильная герианка выбирает мужчину, она ставит на нем метку. Метка связывает их - тела, сознания, души.
Она говорила, а у Эйна вдруг заныл шрам от укуса. Тот черный, который так и не прошел до конца.
– Чаще всего метка ставится добровольно. Это великая честь для мужчины. Ее принимают с радостью и берегут.