Сталтех
Шрифт:
Прошло несколько минут после панического бегства Максима, прежде чем тварь, получившая удар по затылку, пошевелилась, мучительно приходя в сознание.
На металлизированном черепе сталтеха запеклась кровь — явление нехарактерное для человекоподобных исчадий техноса, в строении которых скорги не оставляли биологических компонентов.
Осмотревшись, он проигнорировал множество прелюбопытнейших приборов и артефактов, казалось, низкорослого сталтеха вообще не интересует убежище мнемотехника.
— Макс? — Скрипучий голос царапнул тишину.
Сталкер исчез. Его экипировка тоже.
Следы еще не высохшей крови вели наружу.
Сталтех повернул голову, отыскал взглядом груду сваленного в углу помещения оружия, демонтированного Антрацитом с различных механоидов.
Подойдя ближе, он вытащил из груды неисправных вооружений несколько «ИПК», быстро и сноровисто разобрал их, выкидывая негодные детали, заменяя поврежденные узлы запасными частями, найденными тут же.
«Сердце зверя», необходимое для питания сконструированного оружия, он добыл простым и бесхитростным способом: разбил ударом кулака терминал компьютерной системы, забрал необходимый компонент, нисколько не побеспокоившись о последствиях своих варварских действий, даже не обратив внимания на вылетевший из креплений, упавший на пол и разбившийся контейнер, в котором Антрацит выращивал дикую колонию скоргов.
Зарядив оружие, низкорослый сталтех перешагнул серебристую лужу, растекшуюся на полу, двумя точными выстрелами разнес подвешенные под потолком блоки охранных систем и направился к безобразной дыре, образовавшейся на месте входа в убежище.
Он шел по следам Макса, намереваясь во что бы то ни стало догнать сталкера.
Что ему нужно от Максима, зачем он помогал ему, выхаживал после ранения, оставалось загадкой.
Глава 5
Новосибирская зона отчужденных пространств.
Через двенадцать часов после бегства Максима…
Раннее утро занималось полоской зари.
Еще скользили среди руин сумеречные тени, морозный воздух курился паром, на стенах полуразрушенных зданий искрился иней, под ногами похрустывал ледок, кое-где виднелись небольшие сугробы, наметенные под огрызками стен ночной поземкой.
Путь через выстывший, замерзший город вдвойне опасен. В зимнее время трудно отличить, где искрится замерзшая влага, а где поблескивают тусклые пятна диких колоний скоргов.
Трое сталкеров двигались уверенно. Их импланты работали в режиме непрерывного сканирования, помогая отличить заиндевелую ртутную пленку от наледи, избежать изобилующих в округе ловушек.
По меркам Пятизонья, их экипировка выглядела не самой продвинутой. Обычная броня, без сервоусилителей, кое-где потертая, покрытая выщербинами, рубцами лазерных попаданий. Композитные элементы защиты весили немного, но хорошо защищали от пуль, лазерных разрядов, случайных соприкосновений с металлической проказой, а вот от крупных механоидов, вооруженных
Однако сталкеры чувствовали себя достаточно уверенно. Один из них — мнемотехник, двигавшийся во главе группы, — оружия не носил, видимо, привык обходиться боевыми имплантами. Двое сопровождавших его бойцов выглядели совсем юными. Общедоступная дешевая экипировка и довольно слабое вооружение выдавали в них одиночек, не так давно занимающихся опасным промыслом в границах отчужденных пространств.
Тот, что повыше, вооруженный легким «ИПК», постоянно озирался по сторонам. Его напарник, невысокий, коренастый, скуластый, держал палец на спусковом крючке раритетного «калашникова» — оружия для отчужденных пространств слишком слабого, морально и технически устаревшего.
— Долго еще? — Славка-Сухостой остановился, напряженно вглядываясь в сумрак улицы.
Тени, периодически пересекавшие открытое пространство метрах в пятидесяти по ходу движения, ему определенно не нравились. Слишком шустрые. На механоидов с колесным либо гусеничным шасси не похожи, а значит, во много раз опаснее.
— Справа, через проулок — энергополе, — произнес мнемотехник.
— То-то и смотрю — механоидов многовато. — Сухостой продолжал пытливо всматриваться в разлом обрамленной руинами улицы. — Шустрые, только тени мелькают. Идентифицировать не успеваю.
Монгол прищурился, словно смотрел через прицел древнего автомата.
— Слева обойдем, — предложил он. — Через проломы в стенах.
— Ловушек там много, — подумав, ответил Глеб. — Идти осталось метров триста. Не хотелось бы сейчас в бой ввязываться.
— А придется. — Сухостой нервно глянул на уже пройденный участок пути. Боевые группы Ковчега, преследовавшие их после короткого боя в зоне тамбура [12] , не отставали.
Глеб даже не обернулся. Боевики, дышавшие в спину, на его взгляд, сейчас меньшая из проблем, хотя их упорство выглядело странным. Обычно егеря не рискуют углубляться в руины мегаполиса, а тут на проекционном забрале боевого шлема буквально рябит от засечек. Явно ищут кого-то, но не нас, мысленно рассудил Приор.
12
Зона тамбура — условная территория, около километра в диаметре, непосредственно прилегающая к основанию вихря, уплотнению воздуха, образованного аномалией пространства. При наличии маркера из границ зоны тамбура возможен переход в то пространство, на которое настроен навигационный чип.
— Сворачиваем к энергополю. — Он указал направление.
Монгол отреагировал спокойно, Славка же мгновенно напрягся — лезть в границы пятна аномальной энергии, где густо разрослись металлорастения, а в руинах шныряют десятки исчадий техноса, ему определенно не хотелось. Лучше бы устроить засаду, перебить преследователей, а уже затем продолжать путь.
— Нам шум поднимать нельзя, — словно прочитав его мысли, спокойно пояснил Приор. — В Пустоши не навоевался?
Сухостой молча сглотнул. Глаза юного сталкера вспыхнули недобрым огоньком.