Станция-2
Шрифт:
— Если ты про выключенный свет, то я помню. Будем экономит электричество?
— Ценю твой юмор, Джо, и всё же, присядем на дорожку.
— Ладно, Серж, сделаем это по вашему русскому обычаю, хотя в невесомости это будет трудновато — усмехнулся астронавт.
— Скоро увидимся снаружи, кстати. Буду рад пожать тебе руку, жаль только, что не смогу снять при этом перчатку.
— Ах ты, невоспитанный лис!
Два человека подбадривали друг друга, иногда к их голосам примешивались реплики работников ЦУПа. Пока всё шло штатно.
Запищал сигнал на панели приборной доски.
— Есть сигнал подлёта — доложил Ерохин —
— Аналогично. Мне тоже осталось только шляпу надеть. Готовность девяносто процентов — подтвердил Стэндфорд.
В последний раз, окинув взглядом стены жилого отсека, служившего ему домом, Сергей глубоко вздохнул, поднял шлем и водрузил его на голову. Сработали автоматические зажимы, включилась подача воздуха.
Вот и всё, теперь он был полностью автономен. Пора открывать шлюз.
Выход в открытый космос прошёл штатно и без трудностей. Отплыв от станции на пару десятков метров, Сергей дал команду микродвигателям своего ховера на разворот, после чего сдал чуть назад и окинул взглядом выходное отверстие шлюза. Не было смысла его закрывать за собой, но почему-то напоследок он не стал открывать внутреннюю герметичную заслонку — пусть в жилом отсеке останется воздух.
Не спеша, космонавт сделал маленький вираж, обогнув по дуге корпуса нескольких жилых отсеков. Затем затормозил, привыкая к неудобному скафандру, воспарил чуть в стороне, пытаясь увидеть фигуру Стэндфорда. Тот уже должен был выйти в космос и плыть в его сторону.
Ага, вот, кажется и он: где-то в дальнем конце гигантских конструкций отделилось светлое пятно и стало постепенно увеличиваться в размерах.
— Стэндфорд, вижу тебя.
— Я тебя тоже, Серж — пришёл спокойный ответ астронавта.
— Земля, как слышите нас, приём?
— Слышим вас прекрасно, 'Сапсан-2'. Держим канал открытым.
Ерохин вновь развернулся, проделав манёвр теперь более ловко, чем в первый раз. Далее предстоял перелёт в сторону челнока, который парил на расстоянии, словно птица со сложенными в воздухе крыльями. Корабль хорошо был виден на фоне звёздного неба. Оставалось лишь подождать американца.
— Джозеф! Ну, наконец-то!
Вот они и встретились. Поравнявшись друг напротив друга, Ерохин освободил ладонь, чтобы ухватиться за протянутую руку, промахнулся, снова сманеврировал ховером и чуть не стукнулся об Джозефа лобовым стеклом.
Издали встреча на орбите выглядела так, будто две неповоротливые личинки майских жуков сцепились между собой, неуклюже обхватив друг друга конечностями.
— Сергей, рад видеть тебя! — Стэндфорд похлопал Сергея по плечу. Даже сквозь толстое тёмное стекло шлема был видно, как два человека обрадовались тому, что, наконец, встретились лицом к лицу.
— Я тоже рад. У тебя всё в норме?
— Да, пора двигать в сторону челнока. Земля, какие будут дополнительные инструкции?
В наушниках зашипело, затем голос проинструктировал:
— Задача вам известна. В грузовом отсеке вы найдёте два заряда. Вам нужно разместить их в противоположных концах станции. Мы рассчитали, что оптимально для эффективного подрыва необходимо будет закрепить эти хлопушки возле отсеков М5 и В11. Следите за показаниями счётчиков Гейгера, встроенных в скафандры. Защита у
— Вас поняли, Земля. Сделаем всё в лучшем виде.
До корпуса челнока оказалось лететь дальше, чем показалось вначале. Две фигуры двигались ровно, следуя друг за другом, иногда маневрируя в полёте. Сергей летел первым. Уже когда он находился на значительном расстоянии от 'Станции-2', его внезапно одолел приступ беспричинного страха.
Повсюду вокруг, куда не кинь взгляд, простирался один лишь бескрайний космос. Звёзды сверкали россыпью разноцветной крупы, хоть и казались тусклыми сквозь тёмный фильтр стекла. Вся картина выглядела так, словно чья-то гигантская рука небрежно бросила во все стороны горсть риса, который хаотично разлетелся во все стороны холодного пространства и вдруг замер в невесомости.
На миг Ерохину даже показалось, что он совсем один в огромной Вселенной, потерянный и заблудившийся крошечный человечек, летящий сквозь бесконечность в хрупкой скорлупе защитного костюма.
В наушниках постоянно что-то шуршало и щёлкало, и этот звук не позволял космонавту надолго отвлекаться от реального положения дел. К тому же Стэндфорд оставался на связи, он негромко сопел и его ровное дыхание успокаивало.
С Земли периодически приходили разные короткие запросы, на которые приходилось отвечать или комментировать свои действия. Они докладывали поодиночке или сразу вдвоём, полёт до челнока прошёл относительно быстро.
— Хватило бы топлива в наших с тобой ховерах. Во время транспортировки расход увеличится — произнёс Стэндфорд, не прекращая тяжело дышать в микрофон.
— Не переживай, Джо, ты ведь прекрасно знаешь, что запаса там предостаточно. В крайнем случае, двери на станцию открыты. Надеюсь, ты оставил герметичным свой отсек? Всегда можно пополнить запасы.
— Да, это я просто становлюсь старым и ворчливым — ответил астронавт, — переживаю по каждому поводу.
— Да брось, Джо! Неужели, когда я достигну твоего возраста неполных сорока лет, то стану таким же брюзгой?
— Не промахнись мимо челнока, Серж. Смотри, мы уже подплываем. Включаем торможение — сопение Стэндфорда сделалось более интенсивным, а затем американец неожиданно добавил — Вся эта затея с бомбами… неужели нельзя было просто эвакуировать нас, а подорвать станцию, запустив по ней ракетами?
Ответ с Земли не заставил себя долго ждать.
— Всё дело в координатах, Джо. Ты прав, можно было запустить зарядами издалека, но тогда, ввиду возможного неточного попадания по узловым отсекам не было бы гарантии, что станция разрушится полностью. В этом случае мощность заряда пришлось бы значительно увеличить, а слишком крупный радиоактивный выброс нанёс бы больший ущерб Земле. Угроза риска заражения от этих неизвестных и опасных существ необычайно велика, чтобы пренебрегать малейшей возможностью падения на землю их остатков. Мы точно рассчитали — если вы идеально справитесь с задачей, тогда на сто процентов аннигилирует вся станция целиком.