Станция «Эдем»
Шрифт:
В подъезде было прохладно. Он лёгким бегом преодолел три лестничных пролёта, ведущие на первый этаж и вышел из подъезда под тёплые лучи весеннего солнца.
Несмотря на приятный ясный день, настроение у него было откровенно неважное. Гнетущее чувство безысходности разливалось от макушки и тяжким грузом повисало в области груди.
Подъезд дома выходил на широкий проспект. Дом представлял собой серую панельную пятиэтажку с тремя подъездами. Перед каждым из подъездов стояли аккуратные скамейки. Метра через два от лицевой стены дома были высажены деревья
На часах было без пяти десять.
Серёжа прошёл по дорожке, обогнул газон, раскинувшийся возле крайнего угла дома, и подошёл к коричневой двустворчатой двери, расположенной в середине соседнего здания.
Звякнувший колокольчик возвестил о его прибытии. Сергей находился в помещении просторного кафе, стены которого были покрыты бурой тканью, под потолком висели зеркальные шары. Зал был уставлен круглыми столиками цвета венге, а вдоль стены-витрины, выходившей на проспект, были расставлены узкие столики с небольшими диванчиками по обеим сторонам.
Этим утром в кафе было немноголюдно. Пара случайных прохожих сидела за круглым столиком и обсуждала новости, транслировавшиеся по телевизору, висевшему над стойкой. Из колонок, висевших по углам, звучала энергичная песня с жёсткими гитарами и экспрессивным вокалом. Серёжа узнал “Gone Away" The Offspring. Вокалист агрессивно пел о любви и разлуке.
– Серёжа, привет, – раздался справа от него мелодичный женский голосок. Он оглянулся и увидел Марусю – миловидную маленькую шатенку, сидящую на диванчике возле столика, стоявщего у окна-витрины. Она была одета в минималистичное белое платьице, подол которого открывал её точёные ножки со скульптурными икрами и маленькими коленками. Рядом с ней на диванчике лежали маленькая красная дамская сумочка и фотоаппарат на ремне.
– Здравствуй, – улыбнулся Сергей и, подойдя к ней, наклонился. Маруся искоса бросила на него взгляд своих больших зелёных глаз с тёмно-синей каймой вокруг радужки, улыбнулась и чмокнула его в щёку своими маленькими пухлыми губками.
– Как твои дела? – спросила Маруся, когда Серёжа уселся на диванчик напротив неё.
– Хорошо, – натянуто улыбнулся Сергей, и махнул официантке за стойкой, – готовлюсь к экзаменам, тренируюсь. Занятно в этот раз совпали сессия в институте и экзамен в секции волейбола. Интервал составит всего один день.
– Ты сегодня напряжён, – сказала Маруся, глядя на него в упор. В её глазах он всегда тонул. Внешность Маруси напоминала персонажа из мультфильмов. Порой Сергею казалось, что её кто-то придумал. Маленький вздёрнутый носик придавал ей сходство с оленёнком, а длинные роскошные светло-русые волосы делали её похожей на Гайку из мультфильма про Чипа и Дейла, – это из-за Анюты?
– Отчасти, – ответил Сергей, снова ощутив как к горлу подкатывает ком.
– Как она себя чувствует? – аккуратно поинтересовалась Маруся.
– Так же, как и раньше, – вымолвил Сергей. Его глаза начали становиться предательски влажными.
– Добрый день! Чего желаете? – возникшая рядом
– Мне, пожалуйста, кофе со сливками и круассан с апельсиновым джемом, – поднял руку Серёжа и вопросительно уставился на Марусю. Та несколько секунд раздумывала и ответила:
– Двойной эспрессо и мороженое “мохито”.
– Не желаете тирамису или чизкейк? – спросила официантка.
– Нет, спасибо, – ответила Маруся. Сергей жестом дал официантке понять, что заказ окончен.
– Пожалуйста, ожидайте, – улыбнулась официантка и элегантно развернувшись направилась к стойке бара.
– Как обстоят твои творческие дела? – спросил Серёжа у Маруси, и взяв в руки салфетку из стоявшей на столике подставки, принялся не глядя складывать различные фигурки оригами.
– Вчера мы ездили с ребятами в заброшенный госпиталь. Он строился для нового микрорайона, но компания-застройшик обанкротилась Теперь работа над возведением больницы остановилась. Сделали большое количество фотографий и отбираем те, которые используем в качестве фонов для своего проекта.
– Ты, как и прежде, всё снимаешь на плёнку? – Сергей взглянул на Марусин носик. Его вздёрнутый кончик был усеян еле заметными веснушками. Когда она начинала волноваться, то он краснел и веснушки начинали ярко проступать.
– Я люблю плёнку, но в этот раз нас поджимают сроки. Пришлось взяться за цифровой фотоаппарат. Мы уже забронировали тираж в типографии, и помимо печати нам придётся заниматься ещё и монтажом. Это будет крупная декорация для театрального представления. Поэтому проявку плёнки, печать снимков и сканирование мне пришлось пропустить, – смущенно сказала Маруся, откинув со лба длинную русую прядь, – иначе мы не успеем сдать проект в срок и будем вынуждены платить неустойку.
– Заказчик в этот раз попался серьёзный, – подметил Сергей. В этот момент официантка принесла заказ. Серёжа поблагодарил её, взял свою чашку с кофе и, насыпав в него сахар из пакетика, принялся размешивать. Маруся предпочла начать с мороженого. Судя по всему, сочетание горячего и холодного её совершенно не смущало. Впрочем, её зубы были так здоровы и белы, что казалось будто никакие вредные продукты не могут им навредить.
Некоторое время они ели молча.
Круассан оказался лёгким и освежающим. Пласты слоёного теста таяли во рту, оставляя после себя апельсиновое послевкусие. Джем содержал кусочки свежей цедры, аппетитно хрустевшей на зубах.
– Куда ты планируешь сегодня меня отвести? – спросила у Серёжи Маруся, после того как расправилась с мороженым. Элегантно облизав ложечку, она положила её на тарелочку под углом в сорок пять градусов.
Сергей отпил немного кофе и, подержав во рту, насладился вкусом. Потом проглотил и ответил: