Старик
Шрифт:
С позиции скрытности место расположения базы было выбрано идеально, а вот с точки зрения поддержания скрытности ее положения – исполнение было просто отвратительным.
Место для захвата выбирал Бочкин. Он присмотрел пологий старый овраг на подъезде к секрету с азартными охранниками. Там автомобиль в любом случае должен был сбросить скорость. От самой фишки овраг отделяли сплошные заросли густого кустарника – получалось, что, прежде чем выехать к наблюдательном у пункту, машины делали значительную петлю, проезжая по дну оврага. Чуть ближе к
Сложность оставалась в том, что сами склоны оврага поросли совсем низеньким кустарником, который доставал от силы до середины бедра и дико трещал, когда по нему пытались идти. Бесшумно подойти по кустам к автомобилю не получится. Иваницкий всех заверил, что это не проблема.
Недолго думая адепты Долга стали готовить засаду. Попов подыскал подходящую тонкую осинку на самом краю оврага. Ее подрубили у самого корня, чтобы потом можно было свалить тремя-четырьмя ударами топора. А Бочкин вместе с тощим забрался на самую высокую точку, с которой открывалась дорога от базы бандитов к оврагу.
Они ждали почти час. Наконец Бочкин передал, что едет машина, но сразу сообщил, что это обычные боевики. Здоровенный джип был битком набит вооруженными людьми. Может, у них транспорта не хватало? Или так теплее ездить было? А может, в такой тесноте не так страшно?
Большой неповоротливый внедорожник неторопливо и валко прокатился по дну оврага, оставляя за собой легкую пелену сизого солярного выхлопа. Выехал он из оврага через сто метров, выбрасывая из-под колес щебень вперемешку с грязью.
Через некоторое время пришел второй сигнал. Ехала машина Пистона. Попов крякнул и с маху засадил топор на метровом топорище в заранее подготовленный выруб. Больше ударов не потребовалось. Основание молодого вытянутого дерева звонко треснуло, и, шумя кроной, осинка упала в овраг. Голая крона дерева спружинила тонкими ветками на отсыпанной щебнем дороге, комель ствола так и остался лежать на пологом склоне. Кирильцев укрылся за старым вывороченным дубовым пнем. Попов улегся на край оврага, установив перед собой на сошки ПКМ. Бочкин спускался с холма, таща за собой почти падающего тощего. Тянул он его сначала за руку, как ребенка, а потом схватил за шиворот, чтобы тот не падал и не задерживал самого Бочкина. Иваницкий просто присел на корточки в низкий кустарник вдоль дороги, укрывшись обычной серо-коричневой камуфляжной курткой из охотничьего магазина.
С дальней стороны оврага показалась грубая топорная морда американского «хамви». Тупомордая коробка джипа, рыча и отфыркиваясь, прокатилась мимо Иваницкого и замерла перед лежащей поперек дороги преградой, водитель заглушил двигатель. Окрылись обе передние двери. Вышли водитель и охранник. Они даже дверей захлопывать не стали! Жуткая беспечность.
Внешний вид бандитов производил впечатление. Оба были в синих штанах с лампасами, зеленых гимнастерках времен Великой Отечественной, а обуты в яловые сапоги, только
Иваницкий поднялся на ноги и обычным шагом направился к туповатой нарядной парочке. Он крутанул кистью обычную милицейскую РП-73 и опустил резиновую дубинку как раз на затылок охранника. Демократизатор со шлепающим звуком упруго отскочил от бритого, покрытого толстыми валиками складок затылка. Охранник повалился на ветви срубленного дерева. Шофер с удивлением уставился на Иваницкого. Резиновая палка описала вторую окружность и с глухим звуком опустилась на череп водилы. Тот охнул, ноги под ним подогнулись, и он воткнулся задницей прямо в грязь, после чего боком завалился в лужу.
Кирильцев уже успел распахнуть боковую заднюю дверь и сесть рядом с Пистоном. Из открытой двери «хаммера» вылетели импортный автомат, два пистолета и несколько ножей. Это Женя обшарил и разоружил Пистона. Иваницкий оставил оба тела на попечение подоспевшего Попова и направился к машине. Он также открыл дверь авто, но с другой стороны. Шагнув в открывшийся проем, Володя уселся, вытолкнув Пистона на широкий и высокий трансмиссионный тоннель, разрезающий салон на две половины. Обалдевший авторитет опущенных, оказавшись верхом на импровизированном подиуме, уперся головой в потолок.
– Ты – Пистон, – даже не спросил, а утвердительно произнес Иваницкий.
– Я, – икнув, ответил уголовник. – А вы кто такие?
– Мы – борцы за правое дело. Землю от таких, как ты, избавляем. – Иваницкий вытащил наручники.
Пистон опять икнул. Тем временем Бочкин вместе с Поповом распахнули двери багажника и забросили туда поочередно помощников главаря, скованных по рукам и ногам. Туда же Попов с едкой улыбкой усадил тощего верхом на бугая-охранника и немаленького водителя.
– Э, борцы, а может, вам с нашими старшими поговорить? Тут не все так просто. – Пистон все никак не мог очухаться от внезапного плена.
– Ну, сначала ты сам нам все расскажешь, а потом мы и с ними разговаривать будем. – Иваницкий деловито продел наручники под скобу ручки на верху трансмиссионного тоннеля и застегнул браслеты на запястьях Пистона. – Нельзя непристегнутым ездить. Правила дорожного движения учил?
Машина тронулась с места. Пистон задергался всем телом и начал орать:
– Вы че творите, волки позорные? Ты ваще, толстомордый, понимаешь, на кого ты хвост пружинишь?
Бочкин деловито развернулся с переднего пассажирского сиденья и ткнул Пистона ножом в живот. Рана была неопасной, но очень болезненной и кровавой. Пистону не проткнули брюшину, а прорезали кожу и мышцы. Тот понял, что в любом случае с ним церемониться не будут, а решат все кардинально и быстро. Авторитет натужно заскулил:
– Суки, что же вы творите? Я же кони двину теперь. Предъявить сначала нужно…