Старик
Шрифт:
На опушке домик ветхий
Притаился за оврагом.
И забор из веток редкий.
«Здесь остановлюсь на время,
Отдохну, коль это можно», –
Размышлял в седле Вакула,
Осмотревшись осторожно.
Нет решений постоянней
Тех, что приняты на время.
И Вакула облегчённо
Ногу вытащил из стремя.
Стал он в доме обживаться.
«Надо жить, коль так сложилось.
Быть
У меня не получилось».
В море не ходил он с сетью.
Плуга ненавидел с детства.
Начал в рост давать он деньги,
Выручив их за наследство.
И хибара, что нашёл он,
На дворец похожа стала.
Потому что очень быстро
От процентов прирастала.
Ну, а если дебитору
Денег не вернуть? – Не горе.
Отработает на поле,
Увеличив долг свой вдвое.
Или невод в море бросит,
Иль траву у речки скосит,
Или, чтобы долг закрылся,
Урожай в амбар приносит.
Словом, года не прошло,
Как хозяйство расцвело.
А Гаврила как живёт?
Что создал за целый год?
Наш Гаврила уж забыл,
Когда с неводом ходил.
Пьёт он, предков поминает
И друзей не забывает.
За судьбу и за отца,
За любовь и за Христа.
И за братьев не грешно,
Главное, что есть вино.
Утром голова болит?
А лекарство вот – стоит.
Выпьет зелье он с утра,
Голова опять светла.
Пьёт, пока не упадёт,
А с утра опять начнёт.
Так он жил да поживал
И наследство промотал.
Только лодка и осталась,
Да и та вся поломалась.
Починив гнилой баркас,
В море вышел как-то раз.
Невод бросил – сеть тугая,
Значит, с рыбой, не пустая.
Свой улов продав купцу,
Он опять прильнул к винцу.
Так и жил, пока беда
Коррективов не внесла.
Раз, баркасом управляя,
И волны не замечая,
Он уснул и сеть проспал.
Шторм баркас его сорвал,
По морю понёс, играя,
И волнами заливая.
Вёсла вырвал, парус сдул
И на берег зашвырнул.
Наш рыбак пришёл в себя,
Отряхнулся от песка,
Вспомнив тех, с кем долго пил,
Помощи просить решил:
– Не оставьте, ради Бога.
Мне от вас нужна подмога.
Скиньтесь, братцы, на баркас.
Я ж вам наливал не раз.
Разочтёмся, как друзья.
Без
Где теперь мне взять харчи?
Всё пропало, хоть кричи.
А друзья всё понимали,
Но ничем не помогали.
– Где нам взять? Мы босяки.
Ты у брата попроси.
Вот Гаврила, пыль глотая,
Босиком росу сбивая,
Шел к Вакуле на поклон.
Вот и дверь.
Заходит он,
Брата крепко обнимает,
На колени припадает,
Крестит лоб, судьбу клянёт,
Богу славу воздаёт.
– Брат, родной, я пропадаю!
Помоги, я заклинаю!
Дай мне денег!
Я верну!
Крест целую – не совру!
Буду век тебе рабом.
Пожалей, возьми в свой дом.
И Вакула пожалел,
Накормил и обогрел.
Не чужой ведь?
Кровь отцова.
Не оставишь же без крова?
И Гаврила вновь доволен.
Сыт, одет, силён, не болен.
То он баньку брату рубит,
То детей его голубит,
То по полю с плугом ходит,
То коней на луг выводит.
Хорошо живёт Гаврила,
Но беда опять скрутила.
Встретил в лавке он друзей.
Те опять ему:
– Налей!
Ты нам должен. Аль забыл?
Кто у нас совет просил?
Кто отправил тебя к брату?
Нет, дружок, давай расплату.
Слишком хорошо живёшь,
А друзей не признаёшь.
И Гаврила им налил.
Сам немного пригубил.
Как вкусил хмельного зелья,
Снова началось похмелье.
Снова месяц напролёт
Он с друзьями водку пьёт.
Где ж на это денег взять?
Ну не к брату же бежать?
Впрочем, стоит ли стесняться?
Если честно разобраться,
Брат ему недодавал.
Взять хоть баньку, что собрал.
Два червонца дал всего,
А весь дом теперь его?
А работа летом в поле?
А походы в сине море?
Он лежит лишь на печи,
Я же получал харчи?
А друзья ему каноном
Подпевают баритоном:
– Ну и брат! Ну и подлец!
Одно слово, что купец.
Всех обкрутит, всех обманет
И себе всё прикарманит.
Вот тебе родная кровь!
Вот вам братская любовь!
Ты, Гаврила, не стесняйся,
Смело к брату обращайся.
Вот Гаврила, протрезвев,
Набекрень картуз надев,
Вновь стоит перед Вакулой
И трясёт мускулатурой.
Он не тот, что в прошлый раз.