Стать сильнейшим
Шрифт:
– И это все?– ухмылка сползла с лица Зараки. Тут стальные пальцы сомкнулись на его запястье, не давая вытащить клинок. Кеншин взметнулся в последнем ударе и, вложив всю силу в клинок, изо всех сил рубанул Зараки, не давая ему вытащить клинок из тела и парировать, не давая ему уйти назад, уклониться.
На лице громилы отразилось удивление. Клинок сверкнул в лучах заходящего солнца и разрубил ребра, легкое, прошел совсем близко с сердцем, рассек живот и левое бедро. Зараки отступил назад, вытащив клинок из живота изрубленного и исколотого Кеншина, получившего
«Хорошо!– отозвался в голове занпакто.– Теперь тебе нужна помощь… какого хрена?»
Зараки закашлялся кровью, после чего, не обращая внимания на многочисленные раны, одна из которых гарантированно смертельна, запрокинул голову и расхохотался. Он хохотал и хохотал, кровь пузырилась на его губах, стекала по животу и груди, но казалось, что для Зараки эти раны, смертельные для нормального синигами– ничто.
– Славно, как же славно!– хохотал Зараки.– Ты не раз ранил меня и заставил сражаться в полную силу, я сражался долго и даже устал. Подставиться под удар, чтобы ударить насмерть… ты отличаешься от этих сопливых недосинигами, ссущих за целостность своей шкурки.
– Ты… монстр…– прохрипел Кеншин, едва устояв на подгибающихся коленях. Левая ладонь зажимала дыру в животе, сквозь пальцы обильно текла алая кровь, кровь текла из других, многочисленных и менее опасных ран. Правая рука опиралась на катану, чтобы хоть как-то устоять, в глазах двоилось и их заливали кровь и пот, в ушах звенело, все тело наполнилось чудовищной свинцовой тяжестью, горячка боя исчезла, оставляя после себя эйфорию и страшную боль в ранах.
– Монстр?– Зараки вздернул бровь и искривил угол рта.– Да ты себя-то видел? Э, ты чего?
– Какой… славный… бой…– прохрипел парень и свалился в отключку.
– Эге, ты что, помер?– Зараки подошел к Кеншину.– Не, живой вроде. Ячиру! Иди сюда!
– Кен-тян!– розоволосая девочка в белой юкате с узором из красных цветков спрыгнула неизвестно откуда.– Ой, тебя всего поранили! Я тебя вылечу, не бойся!
– Вылечи сначала его, а мне не впервой,– Зараки кивнул на парня и сел, опираясь спиной на полуразрушенный колодец и тяжело дыша, устало прикрывая глаза. Ячиру тут же подскочила к Кеншину и начала исцелять его многочисленные раны, особое внимание уделяя колотой ране в животе.
Уставший Зараки не сразу обратил внимание на приближающуюся реацу. А когда обратил, некто приблизился слишком близко. Открыв глаза, Кенпачи увидел бегущую к ним взволнованную Юки, взволнованную настолько, что девушка забыла о сюмпо и теперь несется по усеянной рытвинами и обломками земле с риском сломать не только ноги, но и шею. Стоило ей увидеть распростертого на земле брата, усталого израненного громилу и девчонку, колдующую над братом, как Юки сперва на секунду замерла, а потом с криком бросилась вперед.
– Стой!– остановил ее окрик Зараки.– Ячиру сейчас лечит его. А ты, если уж так не терпится кому-то помочь, можешь подлечить меня. Не люблю, когда из меня зазря вытекает кровь.
– Но братик… он…
– Жив твой братик,– скривился Зараки.– Ячиру
– Но… х-хорошо…
====== Глава 4 ======
Утро встретило парня жуткой болью во всем теле, страшной усталостью и не менее страшной слабостью. Казалось, что даже просто поднять веки непреодолимая задача. Собрав волю в кулак, Кеншин медленно открыл глаза, с трудом различая какие-то четкие очертания. Вот рядом что-то встрепетнулось, а затем у него на шее с криком повисла знакомая тяжесть, и принялась его душить с бессвязными руганью, причитаниями и всхлипываниями.
– Все хорошо,– хрипло прошептал парень.– Все в порядке…
– Идиот… я так волновалась… придурок… дебил… вечно лезешь в пекло…– всхлипывала Юки.– Ты обо мне хоть думаешь? Плохой брат… а если бы ты погиб? Что было бы со мной?
Кеншин улыбнулся и с трудом поднял руку, обнимая сестренку за талию. Юки всхлипнула с новой силой, не чувствуя в руке брата былой силы и уверенности, но тепло и уют, окутавшие девушку, быстро прогнали печаль и слезы.
– Дурак,– буркнула Юки и шмыгнула носиком.– Я чуть с ума не сошла, пока вы там сражались…
– Чего уж там…– вздохнул парень и попытался встать.
– Лежи!– всполошилась Юки и от души врезала брату по лбу, заставляя того откинуться на подушку, хватаясь за горящий лоб.– Ты еще слаб!
«И не поспоришь,– подумал брат.– Пришибет ведь».
«Между прочим, твоя сестра права,– отозвался в голове недовольный занпакто.– Вечно в пекло лезешь, придурок. Я же предупреждала тебя, что он силен? Предупреждала… ой!»
«Предупреждала?– ухватился за это слово Кеншин.– Скажи-ка, милая, ты у нас женщина? Во блин угораздило, даже дух занпакто– и тот баба».
«Чего?– мгновенно вскипела собеседница– теперь в ее голосе отчетливо прослушивается женский тембр.– Я– баба? А ну спускайся ко мне, я тебе покажу «баба»! Я тебе такое устрою…»
Ответом занпакто стал смех Кеншина, оскорбивший ее до глубины души. Юки тут же схватила его ладонь в свои.
– Что такое?
– Да так… с духом занпакто треплюсь,– хихикнул Кеншин.– Не беспокойся ты так, я с ума не сойду. Я давно свихнулся, хе-хе-хе.
– Да уж, заметила,– зло буркнула Юки и двинула братику в челюсть. Кеншин чуть не отправился в новую длительную отключку и выпученными глазами уставился на сестру.
– За что?
– Для профилактики,– Юки вздернула носик и двинулась прочь из комнаты, у двери украдкой оглядываясь на брата. Брат лежал на кровати, уперев отсутствующий взгляд в потолок– сосредоточился на разговоре с занпакто. Пусть лежит.
Девушка вышла из комнаты, и ее тут же настиг грубый голос:
– Как он там?
– Кья-а-а-а! Зараки-сан!– возмутилась Юки.– Не пугайте так, у меня чуть сердце не выскочило!
Ответом ей стал короткий, далекий от обожания взгляд. Сидящий у стены, сгорбившийся мечник усмехнулся. Даже в таком положении его лицо и лицо Юки на одном уровне. Юки справилась с невольной дрожью в коленках, и ответила: