Стать сильнейшим
Шрифт:
– Хотела врезать по яйцам Урахаре?– заломил бровь Карасу.– Что за детский сад, лейтенант Хиери. Больно от потери любимого человека? Так повзрослей и перестань вести себя, как капризная девчонка. Ты выглядишь просто жалко. О, да я смотрю, капитан нагрузил вас работой… только почему дорожки еще не подметены, а? Почему окна не вымыты? Почему, в конце концов, дверь не смазана?– кивок на скрипящую входную дверь.– Киске, вправь ты им уже мозги! Для этого могу тебе предоставить свой полигон на пару часов, а то полигоны двенадцатого отряда давно заросли бурьяном.
– Да ладно тебе, Кеншин!– замахал рукой Урахара, обворожительно улыбаясь.– Я уверен, что мы все хорошо поладим, так? Однако я разочарован тем, как вы относитесь к своим обязанностям, господа синигами.
– Что-то не так?– услышал Кеншин знакомый крайне неприятный голос.– Что здесь творится? Что ты делаешь на территории чужого отряда, Карасу?
– Так ты его вытащил,– капитан десятого отряда окинул Маюри пренебрежительным взглядом, заставляя ученого скрипнуть зубами.– Но ты подумай над моим предложением, и если согласишься, отправь весточку.
– Что ты, у меня так много дел!– замахал рукой Урахара.– Нужно перестроить пару лабораторий, полностью переделать весь главный корпус. Я хочу объединить все подразделения в один исследовательский институт, ты же знаешь.
– Ладно, не буду мешать. Я пришлю к тебе пятый взвод, если ты не против. Они помогут.
– Спасибо,– искренне поблагодарил Урахара.
Кеншин чуть усмехнулся и исчез. Киске только вздохнул: привычка друга постоянно исчезать в сюмпо утомляет.
*Крик Огненного Демона– одна из огненных способностей занпакто ГГ. Взмах меча порождает огромную волну пламени, движущегося со скоростью звука и испепеляющего все, чего коснется.
**Огненная Тюрьма– тоже огненная способность занпакто ГГ. Потоки пламени переплетаются вокруг жертвы, формируя нечто вроде клетки из огня, потом все это пламя мгновенно сжимается вокруг своей жертвы, тем самым порождая взрыв. В эпицентре взрыва температура достигает температуры Солнца – примерно 6000 градусов Цельсия. Для сравнения температура огня газовой плиты составляет примерно 900 градусов Цельсия, а температура центральной части пламени газовой сварки – 3200 градусов Цельсия.
====== Глава 40 ======
Десять лет спустя, Руконгай
Капитан девятого отряда Мугурума Кенсей окинул взглядом форму в руках Маширо.
– Они все тут,– трещала без умолку его лейтенант.– Вон там, в кустах. Десять комплектов…
– Десять?– Кенсей ринулся в кусты и насчитал там еще девять полных форм синигами.– Тодо! Живо в Сейрейтей, доложи о том, что у нас первые жертвы среди синигами. И обратись в десятый отряд, лет сорок назад капитан Карасу уже сталкивался с подобным.
Синигами слегка поклонился и исчез в сюмпо. Кенсей велел прочесать окрестности в поисках следов, но не было найдено ни малейшей зацепки. Тогда капитан девятого отряда решил остаться здесь на ночь, полагая, что злоумышленники могут напасть на них. Использовав своих людей, как наживку, Мугурума обезвредит неизвестных
Пятый офицер вернулся только через три часа.
– Где тебя носило, Тодо?– поинтересовался седьмой офицер Тоусен.
– Капитан Карасу-доно искал старые отчеты, но они уже в архиве,– развел руками Тодо.– Сам он уже не помнит всех подробностей, но считает, что зря мы здесь остались.
То же время, Сейрейтей, кабинет капитана десятого отряда
– Похоже, что мы все влипли,– тихо произнесла лейтенант десятого отряда Юки Карасу. Ее брат мрачно кивнул, думая над тем, по какому же сценарию все пойдет.
– Простые души и даже синигами среднего уровня не выдерживают пустификации,– бормотал Карасу, перебирая в ладонях свои наработки.– Это значит, что данный процесс может сработать только на старших офицерах, лейтенантах и капитанах. Точно так же процесс принудительной арранкаризации способны выдержать только Меносы Гранде.
«Что же там произойдет?– размышлял капитан Карасу.– Вряд ли Айзен ограничится двумя-тремя подопытными. Возможно, что он устроит ЧП, чтобы туда выдвинулись еще несколько капитанов и лейтенантов. И тогда получит более чем достаточно подопытных. Но если я сейчас предприму хоть что-то…»
Третий офицер десятого отряда все это время мирно дремал в удобном кресле, до этого изображая бурную деятельность– на столике рядом с Ичимару врассыпную валялось несколько отчетов, а три бумажных самолетика в разных углах кабинета капитана десятого отряда и один, наполовину сложенный, в левой руке Гина, не оставляли никаких сомнений о характере деятельности третьего офицера Ичимару.
– Гин,– услышал третий офицер и встрепенулся, поднимая на капитана свои голубые глаза.– Сегодня ночью не спи.
– Понял,– неожиданно серьезно отозвался Ичимару.– Тогда посплю сейчас.
Гин устроился в кресле поудобнее и почти сразу уснул. Юки хихикнула, Кеншин только покачал головой и вернул наработки обратно в пространственный карман. Четыре часа дня, пора гонять отряд по Лабиринту, чтоб жизнь медом не казалась.
В час ночи по Сейрейтею прогремел сигнал тревоги и оповещение об экстренном собрании капитанов. «Началось»,– подумал капитан десятого отряда, слегка кивнув подобравшемуся Гину и протирающей глаза Юки, и отправился к кабинету главнокомандующего.
– Я созвал вас всех в связи с чрезвычайным происшествием,– громыхнул голос Ямамото Генрюсая.– В связи с отчетом из лагеря девятого отряда, полностью исчезла реацу капитана девятого отряда Кенсея Мугурумы и его лейтенанта Маширо Куны, которые находились на месте происшествия. Причины неизвестны. Это один из худших вариантов развития событий, с которым мы могли столкнуться. То, что еще вчера было простым расследованием в Руконгае, обернулось ситуацией, которую мы никак не можем игнорировать! На кону стоит наша гордость! Поэтому прямо сейчас мы изберем пятерых капитанов, которые немедленно отправятся на место происшествия! Ты опоздал, Урахара Киске.