Стая
Шрифт:
— О’кей, о’кей! — Фрост поднял руки. — Я вижу, без тебя не обойтись.
Они стояли внутри понтона: один отсек был отведён для спуска под воду роботов и водолазов.
— На вид тяжёлые, — сказал Борман.
— Этот выходной костюмчик, — Фрост любовно погладил скафандр, — весит 90 килограммов, сплошной титан, но под водой незаметно. С кислородным поддувом, герметичный, так что кровь не закипит азотом. И не понадобятся эти дурацкие декомпрессионные паузы.
— Он с ластами.
— Правильно, не камнем будешь падать, а поплывёшь лягушкой. — Фрост указал на многочисленные
— Как долго мы сможем оставаться под водой?
— 48 часов, — сказал ван Маартен. Увидев испуганное лицо Бормана, он улыбнулся: — Не бойтесь, столько вам не понадобится. — Он указал на двух роботов в виде торпед на поводке, с винтом и застеклённым носом: — Это ваши «ездовые собаки». Они запрограммированы на световой остров. Даже не пытайтесь в темноте определять, где вы находитесь, просто положитесь на них. Они развивают скорость четыре узла, через три минуты будете у цели. Препятствие они обойдут. На поводке пульт с кнопками — «туда», «обратно» — и джойстик.
В костюме Борман походил на рыцаря в доспехах. Когда скафандр закрылся, все внешние шумы исчезли, но потом включилась радиосвязь. Он услышал громовой голос Фроста:
— Посмотри, как тебе управление цангами?
Борман подвигал пальцами внутри полушарий. Цанги проделали те же движения.
— Попробуй взять пульт «собаки».
Борман взял с первой попытки. Если всё так легко в управлении, то можно трижды перекреститься.
— И ещё. На уровне пояса есть такая прямоугольная кнопка. Это на всякий случай. Вряд ли пригодится, но если что, я тебе скажу, для чего она. Не загружай голову. Ты готов?
Ван Маартен открыл туннель шлюза. Голубая вода хлынула к их ногам.
— Просто вываливайтесь. «Собак» включайте, когда будете снаружи. Фрост первый.
Борман медленно погружался, угодив в стаю рыб. Сверкающие тела расступились и потом снова сомкнулись. Тяжесть костюма уже не ощущалась.
За ним следовал Фрост, окружённый пузырьками воздуха. Борман с удивлением заметил, что неизменная бейсболка так и осталась на нём под колпаком скафандра.
Включились винты их «собак», и водолазов потащило в глубину. Очень скоро они очутились в непроглядной тьме, и Борман признал правоту ван Маартена. Ориентироваться здесь было невозможно, и оставалось только положиться на «собак».
Он обнаружил, что темнота ему неприятна. Сотни раз он сидел перед экраном и следил за погружением роботов на большие глубины. Сам спускался на легендарном «Альвине» на глубину 4000 метров, но одно дело в батискафе и совсем другое — в костюме.
Фары осветили тучу планктона. Ниже проплывала глубоководная медуза, похожая на космический корабль. «Собака» подала электронным писком сигнал о приближении чего-то большого, и перед ним вдруг возникло сверкающее облако. Борман вздрогнул, но облако было не голубым, а белым, и источник этого облака слабо люминесцировал. Борман понял, что перед ним мастиготеутис — каракатица, которая
«Собака» продолжала тянуть его на глубину.
Борман всматривался в поисках светоострова, но чернота была непроницаемой, если не считать световой точки — Фроста, который летел в этом беззвёздном космосе впереди него.
— Стэнли?
— Что?
Мгновенный ответ успокоил Бормана.
— Скоро?
— Посмотри на дисплей, мы прошли только двести метров!
Вскоре забрезжил свет, и проступила размытая прямоугольная форма.
Борман вздохнул с облегчением. Умница «собачка».
Долгий полёт вверх ногами перепутал понятия верха и низа, и терраса показалась нависшей над головой. Но потом всё встало на место: терраса, зажатый хобот, обломки, привалившие его.
Кишащие черви.
— Отключи «собаку», — сказал Фрост. — Последние метры подплывём своим ходом.
Они опустились рядом с зажатым хоботом. Тотчас по их ластам поползли черви. Борман подавил брезгливость. Материалу костюма они ничего не могли сделать.
С другой стороны, что им известно об этих червях?
Борман поставил «собаку» на выступ и рассмотрел хобот. Обломок чёрной лавы в рост человека заблокировал винт мотора. С этим обломком они легко управятся. Главную проблему представлял больший кусок, прижавший хобот к скале. Он был высотой метра четыре. Борман сомневался, сдвинут ли они его вдвоём, хотя под водой всё легче, а лавовые глыбы пористые и лёгкие.
— Мерзость, — сказал Фрост. — Кругом сыны Люциферовы.
— Кто-кто?
— Да черви эти. Библейская казнь египетская. Давай начнём с меньших камней, а там посмотрим. Ван Маартен? — крикнул он.
— Тут я, — ответил искажённый расстоянием голос ван Маартена с борта «Иеремии».
— Мы тут немного приберёмся. Для начала выпростаем мотор. Может, одного этого хватит.
— Будьте осторожны.
Они навалились на первый камень, раскачали его, и он опрокинулся, освободив винт и заодно подавив немало червей.
— Йе-е! — удовлетворённо крикнул Фрост. Две другие глыбы удалось отвалить так же легко.
— Какие же мы силачи, в воде-то, — радовался Фрост. — Моторы свободны. Проверни-ка на пару оборотов. — Послышался шум, и винт завертелся. — Очень хорошо. Теперь попробуйте сбросить эту каменюку.
Они отошли на безопасное расстояние. Хобот дёрнулся, но дальше дело не пошло. Только воду замутили.
— Ну ладно. — Фрост извлёк из своего костюма два предмета размером с карандаш. — Я знаю, Гэрраад, тебе не понравится, но придётся этот камень слегка взорвать.
Борман глянул на террасу, которая — ещё недавно очищенная — снова кишела червями.
— Это рискованно, — сказал он, опустился на колени и внимательно осмотрел место, где камень воткнулся в осадок. Разгрёб червей. Некоторые угрожающе вытянули свои рыльца и попытались просверлить ему запястье. Борман стряхнул их и обследовал структуру осадка. Ткнул цангами в грязно-белые прожилки, и оттуда поднялись пузырьки воздуха. — Нет, это плохая идея.