Стая
Шрифт:
Лаборатория
— Ах ты, свинья, — сказала Оливейра. — Ты посмел ударить Сигура!
В глазах Рубина стоял страх. Взгляд его обыскивал потолок.
— Это не так, я…
— Не пялься в камеру, Мик, — тихо сказала Уивер. — Ты сдохнешь раньше, чем они прибегут.
Рубин начал дрожать.
— Ещё раз, Мик, чем вы там занимаетесь?
— Мы разработали яд, —
— Яд? — эхом повторила Оливейра.
— Для этого мы использовали твои результаты, Сью. Твои и Сигура. После того, как вы нашли формулу феромона, было уже нетрудно самим произвести его в достаточном количестве и… Мы подвязали к нему радиоактивный изотоп.
— Что-что подвязали?
— Заразили феромон радиоактивностью, но клетки её не замечают. Мы уже испытали…
— Как, у вас есть танк высокого давления?
— Уменьшенная модель… Карен, прошу тебя, убери скальпель, у тебя нет шансов! Они же видят и слышат всё, что здесь происходит…
— Не болтай, — сказала Уивер. — Дальше, что вы там проделали?
— Мы ещё раньше наблюдали, как феромон убивает дефективных Ирр, у которых не было специального рецептора. Ну, Сью объясняла. После того, как стало ясно, что запрограммированное убийство клеток является частью их биохимии, мы должны были найти путь убийства здоровых Ирр.
— Через феромон?
— Это единственный путь. В геном мы не можем вмешаться, пока он не расшифрован полностью, а это длилось бы годы. Тогда мы подвязали к аромату радиоактивный изотоп.
— И что делает этот изотоп?
— Он лишает силы защитное действие специального рецептора. Феромон уничтожает все клетки Ирр. И здоровые тоже.
— Почему вы нам об этом не сказали? — Оливейра непонимающе трясла головой. — Никто из нас не любит этих бестий. Мы бы нашли решение сообща.
— У Ли свои планы, — вырвалось у Рубина.
— Это не сработает!
— Это уже сработало. Мы провели тест. Запускается цепная реакция. Запрограммированная смерть клеток. Как только они сольются, они сами себя уничтожат. Как только феромон подключится к ним, будет уже поздно. Стоит процессу начаться, его уже не остановишь. Мы перекодируем Ирр, это как смертельный вирус, который они передадут друг другу.
— Это безумие, Мик! Вы не понимаете, что затеваете. Ирр владеют семьюдесятью процентами нашей планеты, они располагают древнейшей, высокоразвитой биотехнологией. Они живут в других организмах, возможно, присутствуют во всей морской жизни, они разлагают вещества — может быть, метан или двуокись углерода. Мы не имеем представления о том, что будет с этой планетой, если мы их уничтожим.
Оливейра схватила Рубина за шиворот:
— Вы должны остановить этот эксперимент, — внушительно сказала она. — Ни в коем случае нельзя идти по этому пути. Ведь эти существа господствуют на Земле. Они и есть Земля! Суперорганизм. Мыслящий океан.
— А если мы этого не сделаем? — Рубин издал
— Мы здесь всего неделю, а уже установили с ними контакт, — сказала Уивер. — Почему не попытаться достигнуть понимания?
— Слишком поздно, — прошипел Рубин.
Взгляд Уивер бегал по стенам и потолку. Она не знала, сколько времени ещё осталось до того, как сюда явятся Ли или Пик. Может, Вандербильт. Но ждать недолго.
— Что значит поздно?
— Поздно, дура! — крикнул Рубин. — Через полтора часа мы приведём яд в действие.
— Вы сошли с ума, — прошептала Оливейра.
— Мик, — сказала Уивер. — Я хочу точно знать, как вы это сделаете. Иначе у меня рука соскользнёт.
— Я не могу тебе это…
— Я серьёзно.
Рубин задрожал ещё сильнее.
— В «Дипфлайте-3» две торпедные гильзы зарядим ядом. Мы их уже заполнили…
— Они уже на борту?
— Нет, я должен сейчас…
— Кто выйдет на ней?
— Я и Ли.
— Ли — сама — вниз?
— Это была её идея. Она не хочет случайностей. — Рубин заставил себя улыбнуться. — Вы же не пойдёте против неё, Карен. Вы не сможете этому воспрепятствовать. Мир спасём мы. Это наши имена останутся потомкам…
— Заткнись, Мик. — Уивер стала подталкивать его в сторону двери. — Сейчас пойдём в эту лабораторию. Лодка не будет заправлена. Сценарий изменился.
Нижняя палуба
— У тебя что-то с Карен? — спросил Грейвольф, складывая оборудование в контейнеры. Эневек запнулся.
— Нет. Собственно, нет.
— Собственно?
— Мы хорошо понимаем друг друга. Но я боюсь, что это всё.
Грейвольф посмотрел на него:
— Может, хотя бы ты начнёшь что-то делать правильно.
— Не знаю, интересует ли её это. — Эневек вдруг осознал, что только сейчас впервые признался в этом и Грейвольфу, и себе. — Я правда не знаю, Джек. Я в таких делах профан.
— Да уж знаю, — язвительно сказал Грейвольф. — Надо было умереть твоему отцу, чтобы ты хоть одной ногой ступил в мир живых.
— Но-но…
— Да ладно. Сам знаешь, что я прав. Почему бы тебе не пойти за ней? Она только того и ждёт.
— Я пришёл сюда к тебе, а не к Карен.
— Я это оценил. А теперь ступай.
— Чёрт, Джек! Прекрати зарывать себя живьём. Идём наверх, пока у тебя плавники не выросли.
— Я бы предпочёл плавники.
Эневек неуверенно поглядел в сторону туннеля. Конечно, он бы с радостью побежал за Уивер, и не только ради себя. Его беспокоило её состояние. Она была немного не в себе. Он вспомнил, что она рассказывала ему про Йохансона.