Стая
Шрифт:
— Не надо особенных церемоний.
Робертс взглянул на него с благодарностью.
— Начну с того, что «Королева барьеров» новое судно. Только что прошло все проверки и испытания, образцовое во всех отношениях, сертифицированное. Грузовое судно водоизмещением 60 000 тонн, на котором мы перевозили тяжёлые грузы, преимущественно в Японию и назад. Мы вложили большие деньги в безопасность — даже больше, чем полагается. «Королева» была на обратом пути, полностью гружёная.
Эневек молча кивал.
— Шесть дней назад судно достигло границы 200-мильной зоны перед Ванкувером.
— Он в кого-то врезался?
— Нет. Другой корабль впереди был на большом расстоянии. Но вроде бы заклинило руль. Сейчас он снова в заклиненном состоянии — уже повёрнутый до отказа. Назад его не повернуть. Руль на упоре при скорости в 20 узлов… Корабль такой массы и водоизмещения не так легко остановить! «Королева» на высокой скорости попала в резкую циркуляцию. Она легла на бок, вместе с грузом. 10 градусов крена, вы представляете, что это такое?
— Могу вообразить.
— При таком крене и открытых трюмах корабль может затопить в мгновение ока. Слава Богу, море оставалось спокойным, но положение всё-таки было критическое. Руль не поворачивался.
— И какова же причина?
Робертс ответил не сразу.
— Причину мы не знаем. Но беда миновала лишь сейчас. «Королева» остановила машины, передала по рации сигнал и стала ждать, оставаясь абсолютно неспособной к маневрированию. Другие корабли вокруг на всякий случай изменяли курс, а из Ванкувера вышли два буксира. Они прибыли через два дня, утром. 60-метровый океанский буксир и второй поменьше, 25-метровый. Обычно самое трудное — бросить канаты с буксира, чтобы они попали на борт. В шторм это вообще может длиться часами — сперва бросают тонкие верёвки-проводники, потом тяжёлые тросы. Но в этом случае… Вроде бы никаких препятствий, погода была хорошая, море спокойное. Но буксирам не удавалось подойти.
— Что же мешало?
— Ну… — Робертс скривил лицо, как будто ему было стыдно говорить об этом вслух. — Вроде бы… Вам когда-нибудь приходилось слышать о нападении китов?
Эневек насторожился.
— На корабли?
— Да. На большие корабли.
— Это большая редкость.
— Редкость? — Робертс навострил уши. — Но такое бывало?
— Есть один описанный случай. Это случилось в девятнадцатом веке. Мелвилл написал об этом роман.
— А, «Моби Дик»? Я думал, это просто книга.
Эневек отрицательно помотал головой.
— «Моби Дик» — это история китобоя «Эссекс». Его действительно потопил кит. Сорокадвухметровый корабль, но из дерева и уже обветшавший. Кит протаранил судно, и оно затонуло за несколько минут. Команду ещё недели носило по морю в спасательных шлюпках… Ах да, ещё было два случая в прошлом году у австралийского
— Как это произошло?
— Разнесли хвостами. В хвосте кита таится громадная сила. — Эневек подумал. — Один человек при этом лишился жизни. Но он умер, я думаю, от слабости сердца. Когда упал в воду.
— И что это были за киты?
— Никто не знает. Они исчезли очень быстро. Кроме того, когда происходят такие случаи, показания очевидцев сильно расходятся. — Эневек посмотрел на могучий сухогруз. «Королева барьеров» была вроде бы целой и невредимой. — Но нападения китов на такое судно я не представляю.
Робертс проследил направление его взгляда.
— Они напали на буксиры, — сказал он. — Не на сухогруз. Они таранили их сбоку. Наверняка старались перевернуть, но не удалось. Потом — чтобы не дать им забросить канаты, потом…
— Напали?
— Да.
— Забудьте об этом, — Эневек отмахнулся. — Кит может что-нибудь опрокинуть, но не тяжелее самого себя. На большее он не нападёт, если не будет принуждён.
— Команда клянётся и божится, что всё было именно так. Киты…
— Какие киты?
— Господи, ну откуда я знаю, какие? Каждый видит своё.
Эневек наморщил лоб.
— Хорошо, давайте прокрутим всю сцену. Представим себе максимум. Что на буксиры напали голубые киты. Balaenopteramusculus бывают до тридцати трёх метров длиной и весом сто двадцать тонн. Самое крупное животное на земле. Допустим, голубой кит попытается потопить корабль такой же длины, как он сам. Тогда он должен как минимум держать такую же скорость, а лучше большую. На коротком отрезке он может развить пятьдесят-шестъдесят километров в час. У него хорошее гидродинамическое строение, он почти не испытывает сопротивления воды. Но какой импульс он способен развить? И какой встречный импульс разовьёт корабль? Проще говоря, кто кого столкнёт, если люди на борту направят корабль против него?
— Сто двадцать тонн — большой вес.
Эневек кивнул в сторону автофургона.
— Смогли бы вы его поднять?
— Что? Машину? Конечно, нет.
— А ведь вы при этом могли бы опереться о землю. Плавающему телу не на что опереться. Вы не поднимете ничего, что тяжелее вас, будь вы хоть кит, хоть человек. Уравнения массы вам не обойти. Но прежде всего из веса кита надо вычесть вес вытесненной им воды. Остается немного. Только сила хвоста. В лучшем случае он сможет отклонить судно с прежнего курса. Но и сам оттолкнётся от судна на такой же угол удара. Это как в бильярде, понимаете?
Робертс потёр подбородок.
— Некоторые считают, что это были горбачи. Другие говорят о финвалах, а люди на борту «Королевы барьеров» считают, что видели кашалотов…
— Три вида, различие между которыми огромно.
Робертс помедлил.
— Мистер Эневек, я трезвомыслящий человек. Так и напрашивается идея, что буксиры просто попали в стадо китов. Может, не киты таранили судна, а наоборот. Может быть, команда повела себя неправильно. Однако ясно, что киты потопили один из двух буксиров.