Стажер
Шрифт:
– Перси, ну что там у тебя.
– Джимми, я же только что начал!
– Это пустяковая задачка, смотри, развертываем пространство, решаем уравнение Россмана, применяем двойную переменную Гаусса, приводим все к формуле теории общего поля и решаем его. Видишь?
– Йол некоторое время изучал лицо Перси, потом махнул рукой: - ладно, решай по-своему. Но у тебя больше времени уйдет. Так и уснуть недолго.
– А я вообще не понимаю, зачем нам эти задачки решать? Чертов тридцатый век на дворе, компьютеры и калькуляторы вообще отменили?
–
– Да по той же причине, по какой нас рукопашному бою учат. Пилот должен все уметь сам. А если компьютер из строя выйдет?
– ответил Йол.
– Да их на любом корабле штук сто, все друг друга дублируют!
– возмутился Перси: - быть такого не может чтобы все одновременно из строя вышли...
– Ну... скажем саботаж? Прокрался диверсант и запустил вирус в сеть корабля.
– нахмурился Йол, придумывая вводную на ходу.
– Да если уж диверсант пробрался в сеть, то ему проще команду на самоуничтожение реактора ввести и все дела. И потом - если даже все компьютеры врут, то как ты увидишь ошибку? В уме посчитаешь?!
– парировал Перси.
– Отстать от меня, толстый. Я откуда знаю, зачем пилотам задачи решать. Может хотят чтобы такие как ты хоть немного мозги напрягли. Заткнись и решай молча.
– Йол постучал линейкой по краю стола: - а то у нас зачет на носу, а ты тут философствуешь...
– Эй, Джимми, Перси, тут Надин подала идею.
– сказали с того края стола.
– Ну? Перси, ты не отвлекайся. Решай-решай.
– Она говорит, что можно устроить праздник после выпускного.
– Ты шутишь? Да выпускной сам по себе уже праздник!
– Нет, она имеет в виду нашей маленькой компанией.
– Нет, я не против конечно, но что мы будем делать? Я и города-то толком не знаю. Потом, думаю мы все разбежимся кто куда. Правда.
– Джимми, ты пессимист.
– Я скептик.
– Ты козел. Ты не веришь в наше братство.
– Да пошли вы все. Я верю в реальность. Как только у нас на руках появятся дипломы, а на петлицах вырастут крылышки, так сразу же появится куча неотложных дел. Приедут родственники, появятся старые знакомые и все такое. Не хочу никого обидеть, ребята, но мы все здесь чужие друг другу. Я изучал психологию. Это у нас вынужденное, ну, типа для выживания в незнакомой обстановке. Держимся вместе и все такое.
– Что?
– на том краю стола оживились.
– Джимми-бой, ты что и вправду так думаешь?
– спросила Надин.
– Ммм... Надин, мне тяжело это тебе говорить, но Платон мне друг, а истина дороже.
– Слушай, Йол, но ведь есть же исключения из этого твоего дурацкого правила?
– спросил Итан.
– Ну... конечно есть. Психология не точная наука.
– Вот, давай договоримся, что ты будешь считать, что и есть исключение из этих правил, ладно?
– Ну... ладно. А вы?
– Что мы?
– Ну, вы-то будете считать, что это исключение из правил?
–
– сказала Надин: - Правда.
– А вот я читал...
– оторвался от задачи Перси: - что дружбу укрепляют совместные сильные переживания. Неважно, положительные или отрицательные.
– Вот и закрепим дружбу. Испытаем переживания. Сбросим нашего директора в фонтан перед академией. Это будут сильные положительные переживания.
– предложил Итан.
– А потом, когда нас выгонят это будут сильные отрицательные переживания.
– заметила Надин, скривив рот.
– Неважно. Это в любом случае укрепит нашу дружбу, если верить Перси.
– Вот вам ваши сильные переживания.
– сказала Надин и, распахнув халатик продемонстрировала свои выпуклые, словно скульптурные формы. Запахнув халат она некоторое время любовалась на их изумленные лица, потом покатилась со смеху.
– Ой, я не могу! Держи пять подруга, они купились!
– они с Эллой с размаха хлопнули ладонями и продолжали смеяться.
– Купились?
– повторил Итан.
– Дда, что значит - ккупились?
– Йол от избытка чувств начал заикаться.
– А вот что!
– Надин запустила руку под халат и извлекла оттуда что-то больше похожее на розовую кожу, но смятое. Она расправила это у себя на груди и весело прыснула.
– Черт! Да это муляж!
– первым сообразил Итан.
– Искусственные сиськи! Обалдеть! Могла бы хоть предупредить!
– сказал Йол.
– Честно говоря я чуть со стула не упал.
– сказал Перси: - хотя от тебя, Надин можно ожидать чего угодно.
– А твои настоящие... они тоже такие эээ... большие?
– поинтересовался Йол.
– Ах ты!
– Ну, я имею в виду, что такие крупные соски и... Ой!
– Надин бросила в Йола своим муляжом. Тот ловко поймал его в воздухе и примерил.
– Слушай, Перси, как ты думаешь, мне идет?
– Ты вылитый трансвестит. Правда.
– Перси, не зли меня. Ты задачу решил?
– Решишь тут. Одна сиськами трясет, другой их на себя цепляет.
– Это была идея Эллы.
– Да это я их купила. Но мне бы вы не поверили.
– Нет, ну почему же. Поверили бы. Ты в последнее время такая эээ... неадекватная. Ну, съехала с катушек, подумаешь...
– сказал Итан.
– Итан...
– Элла предупреждающе посмотрела на него.
– И потом, у таких девушек как ты всегда есть какие-то странности... признайся, наш Бертран тебе нравиться?
– Ну, все, ты напросился!
– Элла взяла со стола стакан с водой и аккуратно вылила все прямо ему на голову.
– Ай! Ты что творишь!
– Ты все равно почти голый. Тебе только трусы сменить.
– Вот, я же говорил, что она становиться неуправляемой. Вот вы однажды проснетесь, бац! А голова в тумбочке!
– сказал Итан, вскочив на ноги и держась подальше от стола. Элла сделала вид, что бросает в него стаканом.