Стажёр
Шрифт:
— Так это вы давали ему наводки? — спрашиваю. — На игорный дом, на денежную карету?
— Нет, — говорит красавица. — Зачем мне такие мелочи? Этим занимался мой друг Рыбак.
— Филинов?
Она усмехнулась, будто я дурачок малолетний.
— Нет, Филинов не при чём. Нам нужно было устранить его от дел. Чтобы забыл о покупке леса. Чтобы перестал губить деревья. Рыбак подставил его по моей просьбе.
—
— Я не должна выдавать своих друзей, — говорит эльвийка. Гордо так. — Если сможешь, догадайся сам…
— Сестра, время на исходе, — говорит Элефор ан Альбикус. — Заверши дело. Выжги ему душу и пойдём. Меня ждут в столице.
Прекрасная эльвийка вздохнула:
— Да, брат. Пора.
— Погодите, — говорю. — Вы что, меня убьёте?
— Нет. Тело твоё будет жить, — резко ответил Альбикус. Видно, торопится на поезд. А тут какой-то червяк мешает. — Но тебя не станет.
— А вот хрен вам, — говорю. — Вы арестованы! За убийство и шантаж. За причинение вреда имуществу и клевету. Всё, что вы скажете, может быть использовано против вас!
Что несу — сам не знаю. Испугался до судорог. Но пропадать — так с музыкой.
— Сестра, успокой его, — говорит эльв.
Прекрасная эльвийка подняла руку, ладонью ко мне. Взгляд ласковый, будто собачку усыпляет.
— Не бойся, мальчик. Больно не будет.
А я гасило из кармана выхватил, и в неё гирькой — хрясь!
Гирька её в ладонь ударила — и прилипла. Эльвийка взвизгнула, как девчонка. Тиски, что меня уже сжимать начали, разжались.
Главный эльв губы скривил в досаде, щёлкнул пальцами. Мне голову сдавило, в глазах темно. Упал я на коленки, чувствую — сердце останавливается. Не бьётся уже. И будто кожу с меня снимают — как чулок.
В ушах шум, но слышу — эльвийка снова взвизгнула, ещё громче. Глава общины тоже кричит рядом, что-то вроде: "Нет, нет!"
Тут кожу с меня содрали — и обратно напялили. В замороженном виде.
Поднял я взгляд, в глазах туман, но вижу: эльвийка стоит столбом, глаза таращит. Глава общины вообще лицо потерял — упал на коленки, руками машет, как от стаи комаров отбивается.
А старший эльв брат Альбикус очень удивился. Смотрит на меня, губами шевелит, а сказать ничего не может.
Тут и я увидел, на что они уставились.
У моих ног выгнула спину
— Вот она! — визжит глава общины, калечный эльв. — Душа ребёнка! Дайте её мне! Вы обещали!
Тут кошка ко мне голову повернула, в глаза мне глянула. Круглые глаза, горят как фары. Кошка такая: Мурр-р! Тут я его узнал.
— Талисман? — шепчу. — Это ты? Талисман, котя!
Старший эльв Альбикус скривился весь, говорит:
— Брат Левикус, встань. Душа выбрала не тебя.
— Ты велел убить мальчика, брат Альбикус, — сказала эльвийка. — Что делать?
— Ничего. Старший брат Домикус примет решение. Сейчас мы оставим мальчика его судьбе. Пора!
Щёлкнул пальцами. По вокзалу гул прошёл, ветер рванулся, и люди оживать стали.
Альбикус говорит мне, вроде тихо, но голос так и гудит в голове:
— Ты никому не скажешь, что здесь было. До встречи, мальчик.
Тут время ожило окончательно. Эльвы встали, как будто и не было ничего. И правда, секунда всего прошла — для всех.
Губернатор покашлял, сказал:
— Господин полицмейстер, разберитесь со своими людьми. Неловко, право.
— Ничего, — говорит старший эльв Альбикус. Спокойно так. — Община эльвов не имеет претензий к полиции. Мальчик-стажёр проявил служебное рвение. Всего доброго, господа.
Повернулся и на выход двинул — к поезду. Граф Бобруйский страшные глаза сделал, на полицмейстера головой покачал — стыдно, батенька! — и за эльвом поспешил. Тут вся толпа на перрон повалила, а мы с Викентием Васильевичем и его людьми в зале остались.
Шеф покашлял, усы подёргал, головой покачал, как только что граф Бобруйский.
— Ну что же, — говорит, — стажёр. Постарался ты, нечего сказать! И что мне теперь с тобой делать?
А я стою, слова сказать не могу. У моих ног устроился призрачный котёнок Талисман, на перроне отбывает в столицу с докладом старший эльв Альбикус. Где-то среди благородных гостей затесался загадочный Рыбак…
— Как скажете, — отвечаю, — ваше высокородие. Стажёр Дмитрий Найдёнов явился по вашему приказанию!