Стеллар. Трибут
Шрифт:
Но… внутри ощущался едва тлеющий огонек жизни. Искорка света, которую можно заметить, только предельно сконцентрировавшись. Неужели Алиса все еще жива?
Мико: Анима еще здесь... Но она сильно повреждена.
Я попытался коснуться, разбудить, раздуть этот уголек, но выходило скверно. Энио, энерго-информационный обмен анимы и носителя, так называл этот процесс Айсберг, был нарушен, азур-шок порвал связь души и тела. Я не знал, что нужно сделать, чтобы вернуть ее обратно!
Мико: Грэй, подожди. Возможно,
Серебристый обруч Львиноморда защелкнулся на лбу. Он сразу подарил яркость и остроту сверхчувствительного восприятия. Последняя азур-батарейка, три-минуты…
Мико: Попробуй восстановить связь…
Нейросеть создала схему, где из Источника исходили тончайшие нити, пронизывающие все нервные центры. С ее помощью я осторожно, будто вдевая шелковую паутинку в игольное ушко, провел по ним невесомую ниточку, выдернутую из трепещущего огонька ее души. Одну, вторую, третью… Неожиданно я осознал, что на правильном пути – как только Источник и основные нервные центры оказались соединены, анима-сознание вспыхнуло более ярко, отчетливо, разгораясь с новой силой.
Удар «Бича Пустоты» едва не стал смертельным, Алису спасло, что ее сознанием в тот момент владел Зверь – и именно он принял основной удар. Азур-тварь внутри нее погибла, став невольным щитом для моей напарницы – сейчас я не находил в ее разуме ни малейших следов посторонней сущности.
Алиса вздохнула и открыла глаза. Увидев мое лицо, она слабо улыбнулась, обхватила рукой мою шею и прошептала:
— Заклинатель…
Я подхватил ее на руки и зашагал к вершине сопки, туда, где чернела громада Монолита.
Эпилог
От статуи Ангела сохранилась только основа. Крылья были отбиты, тело и лицо выщерблены попаданиями. Но он не рухнул, по-прежнему возвышался на пьедестале, как будто продолжая защищать свой город.
А вот синих горных маков вокруг было множество, гораздо больше, чем я видел в первый раз. Каждый десятый житель Энджело погиб. Я погладил лепестки только что посаженных в рыхлую черную землю цветов, со светлой грустью вспоминая лица людей, ставших моими друзьями.
— Нокс погиб, подрывая нулевой уровень, а Рико умер от нехватки кислорода, — говорила Айка. — Мы верили, что Ангел придет опять. И дрались… как могли.
Она оказалась единственным знакомым лицом в Энджело. За исключением Умника, но тот с тяжелым ранением отлеживался в медкоме. Мы сидели на парапете расколотого бассейна, и она, шмыгая носом, рассказывала о судьбе поселения.
Первый, надземный уровень был превращен в жуткие почерневшие развалины, иссеченные пулями и осколками. Бродяги после долгой осады все же прорвались внутрь, но тут их не ждало ничего, кроме жестоких уличных боев. Затем, по словам Айки, бои переместились в глубину подземных ярусов, где за каждый шаг приходилось платить кровавую цену. Ангелы упорно сопротивлялись, и в конце концов Бродяги просто замуровали все выходы и воздуховоды
— Потом пришли легионеры?
— Да, — сморщилась девушка, неприязненно взглянув на приближающийся патруль. — Они раскупорили выходы и выпустили нас. Правда, не все выдержали… воздух почти закончился…
— И что теперь будет?
— Не знаю, — пожала плечами девушка. — Мы не хотим быть рабами Города, это точно. Меган ведет переговоры… Говорят, что Конвой разбежался до появления легионеров…
Я усмехнулся. Это было правдой. После схватки у Монолита, потеряв вожаков, Бродяги почти сразу прекратили осаду и увели Конвой куда-то на север. Легион вроде бы преследовал их, но не слишком активно – после ликвидации Синей Тревоги экспедиционный отряд Города больше волновала судьба форта Энджело.
На улицах, перекрестках, у входа в поселение я видел легионеров. Много. Бойцы в серо-зеленых камуфляжных плащах, закрытых шлемах и броне, неуловимо напоминающей рыцарские латы. Они сменили местные силы самообороны и вроде бы вели себя мирно, оказывая помощь жителям Энджело. Еда, вода, медикаменты. Но все же в глаза бросалось настороженность и оружие, которое воины Города держали наготове.
Легионеры были здесь чужими, их не любили.
— А ты что будешь делать теперь, Грэй? — робко спросила Айка. — Останешься тут или вернешься к своим, в Город?
— Не знаю, — ответил я медленно. — Пока не знаю…
— Ты изменился. Взгляд стал другим… и волосы как будто потемнели, — тихо сказала она. — Я тебя еле узнала…
Один из патрулей Легиона, обходивших площадь, вдруг остановился напротив нас. На шлеме старшего, отмеченного наплечной нашивкой гард-аларха, было закреплено небольшое сканирующее устройство. Пучок почти незримых лучей с головы до ног сканировал каждого встречного, и когда он пробежался по мне, неприятно кольнуло полузабытую татуировку над правой бровью.
Ту самую метку Города, замеченную Тарой в первые минуты нашего знакомства.
Легионеры остановились возле нас. Непроницаемые забрала глухих шлемов, шеврон со звездой Стеллара. Двое были обычными людьми, а вот в третьем я неожиданно ощутил нечто особенное. У него был Источник. Не такой мощный, как у Инков, но передо мной, несомненно, стоял одаренный азур-способностями человек. Вероятно, один из тех подобий Воинов, Заклинателей и Техномантов, которых Тимус готовил для Легиона из потомков Инкарнаторов.
Сканирующая сетка еще раз задержалась на мне, на наруче гранд-аларха замигал отчетливый алый огонек.
Я услышал измененный фильтрами шлема глухой голос:
— Свен Грэйхольм! Бета-страта Города, трибут Тимуса, второй круг обучения. Список КИА! Как ты здесь оказался? Что ты здесь делаешь?
Прежде чем я успел ответить, двое легионеров встали с боков, взяв наизготовку импульсные винтовки, а офицер добавил:
— Ты задержан. Следуй за нами.
КОНЕЦ