Степень вины
Шрифт:
– Утро, мне кажется. Позднее утро.
– И в тот день вы работали с семи до пяти, верно?
– Я всегда в эту смену работаю.
– На нее приходятся завтрак, ленч и ранний обед, правильно?
– Да.
Пэйджит пытливо посмотрел на него:
– А у вас есть представление о том, сколько комнат вы в тот день посетили?
– Нет.
– Много?
Агилар наморщил лоб:
– Порядочно.
– Если я скажу, что мы просмотрели все счета с вашим именем и насчитали их сорок три, покажется вам это невероятным?
– Нет.
– Вы можете описать постояльцев других номеров, кроме номера мистера Ренсома, которых вы обслуживали в тот день?
– Нет. – Агилар помедлил. – Потом было много других. Я, знаете ли, об этом сразу сказал полиции.
– Но вы разговаривали и с моим помощником, Джонни Муром, два дня спустя. Так ведь?
– Я помню мистера Мура. Да.
– И вы, видимо, помните, что он задавал вам вопрос, который я только что задал: можете ли вы назвать еще кого-нибудь из тех, кого вы обслуживали в тот день?
– Помню. Да, задавал.
– И ответ был тот же самый – больше вы никого не напомнили.
Агилар скрестил руки на груди.
– Да, не запомнил. Эти были знаменитостями.
Пэйджит подошел к нему ближе, игнорируя последнее замечание.
– А вы не помните, – мягко спросил он, – у кого были опущены или подняты шторы?
У Агилара был уже несчастный вид.
– Нет, – пробормотал он. – Я помню только комнату мистера Ренсома.
Пэйджит сказал, как будто его внезапно озарило:
– Потому что вы вспомнили, как смотрели оттуда на Беркли.
Агилар подался вперед, как бы в стремлении ухватиться за подсказку Пэйджита.
– Верно!
– А у вас такая привычка – смотреть на Беркли? Вы всегда смотрите, когда есть возможность?
– Когда я вспоминаю о нем. – Агилар улыбнулся. – Из того дома, где я живу, вид не такой клевый.
Пэйджит улыбнулся в ответ.
– А вы случайно не вспомните, – любезно спросил он, – сколько комнат на десятом этаже и выше с видом на Беркли вы посетили в тот день?
Агилар уставился на него:
– Нет.
– Двенадцать комнат, – равнодушным голосом непререкаемого авторитета произнес Пэйджит. – И три номера люкс. Все с видом на Беркли. Реальные цифры, на ваш взгляд?
Агилар помолчал, уставившись на него обиженным, подозрительным взглядом.
– Может быть.
– У вас был ностальгический день, – заметил Пэйджит.
– Ваша Честь, – выкрикнула Шарп. – Вопрос неправомерен, не по существу.
– Неправомерен, – согласилась судья Мастерс. – Не по существу. Продолжайте, мистер Пэйджит.
Пэйджит отметил про себя, что вид у судьи не рассерженный.
– А вы твердо уверены, – спросил он Агилара, – что окна у мистера Ренсома не были зашторены?
– Да.
– Из-за того, что это одна из пятнадцати комнат с живописным видом на Беркли, в которых вы побывали?
– Нет, – возразил Агилар упрямым голосом. – Из-за мисс Карелли.
– Мисс Карелли, – протянул Пэйджит. – Похоже,
Последние три слова были сказаны крайне язвительно. Он заметил, что это не ускользнуло от внимания Кэролайн Мастерс: на ее лице появилась и тут же исчезла легкая улыбка. Но Агилар не уловил издевки.
– Да, – согласился он, – мне она запомнилась.
– А долго вы были в той комнате, мистер Агилар?
– Не могу вспомнить.
– Но вы же привыкли – войти и тут же выйти из комнаты?
– Да. Люди не любят, когда нарушают их уединение.
– И все, что вам нужно было сделать тогда, это поставить ведерко со льдом и два бокала, верно ведь?
– И чтобы мистер Ренсом подписал счет.
– Несложная работа, правильно?
– Можно так сказать.
– И то, что вы говорили мистеру Муру, что пробыли в номере примерно полторы минуты, сейчас у вас протеста не вызывает?
Агилар помолчал.
– Думаю, что так, – буркнул он наконец.
– Значит, ваши сегодняшние показания основаны на каких-то девяноста секундах пребывания в одном из сорока трех номеров, которые вы посетили в тот день. Тан?
Агилар упрямо поджал губы.
– Я помню все, что видел.
– И вы уверены, что заметили спокойный и непринужденный вид мисс Карелли?
– Да. Было заметно, что ей хорошо с мистером Ренсомом.
Пэйджит внимательно рассматривал его.
– Они говорили что-нибудь друг другу?
– Нет, насколько я помню.
– Или вам говорили что-либо друг о друге?
– Нет. Не говорили.
– Касались друг друга?
– Нет.
– И даже не улыбались друг другу?
– Нет.
– Иными словами, каждый из них говорил только с вами, улыбался только вам, и тем не менее вы сделали заключение, что им было приятно друг с другом.
– Мистер Ренсом заказал шампанское, сэр. – Агилар сделал паузу. – А потом подмигнул мне.
Пэйджит улыбнулся:
– А вам не кажется, мистер Агилар, что вы просто понравились ему?
Смех прокатился по залу. Агилар был взбешен.
– Конечно, нет.
– Правда? Но ведь вас-то он приласкал?
– Он похлопал меня по спине.
Пэйджит покачал головой:
– Меня там не было, мистер Агилар, но ваш рассказ произвел на меня впечатление. Похоже, что за эти девяносто секунд вы немало обрели и свершили.
Зал взорвался смехом. Шарп мгновенно вскочила:
– Протестую, Ваша Честь. Мистер Пэйджит издевается над свидетелем.
– В самом деле? – спросила ее судья Мастерс. – Но ведь на основании его показаний вы установили, что в течение каких-то двух минут мистер Агилар обслужил клиентов, составил определенное мнение о состоянии мисс Карелли, успел заметить, в каком положении находятся шторы, оживил воспоминания детства, высказал свой взгляд на литературу, установил приятельские отношения с мистером Ренсомом. Я с удовольствием узнала бы, что произошло и в других сорока двух комнатах.