Стериум
Шрифт:
– Это почему еще? – удивилась она.
– А потому, что все предрекается сверху, ход событий даже наших с тобой отношений предполагается свыше, нам нужно идти сознательно в «кабалу» к богам, обратиться к ним за помощью.
– Ну уж Игорь! Ты что, сбрендил? Ты не в религию ли какую-нибудь залез?
– Какая же это религия, Таня? Наоборот, это не религия, а чистейшая действительность, а вот благодаря религии, как раз таки, устраивают недопонимание, мутят воду в жизни, вино хорее даже не купить, самопалом торгуют, заметь, сегодня все люди, которые нас окружают, питаются искусственной едой, а боги, между прочим, дают пищу неискусственную,
– Игорь, я политикой не интересуюсь.
– Да! Конечно Таня, за что и люблю, ты ведь сама романтика.
– Игорь, что толку с тобой говорить? Ты уже все решил, лети! Но знай, ты ни кому там не нужен, сядешь у отца на шее или те же друзья тебя втянут в какую-нибудь историю.
– Танечка, что ты мелешь? Там давно уже все идет к лучшему. Владимир Владимирович прилагает все усилия, только вот мало кто ему помогает, ведь государство поднять дело не легкое, и вообще о своем доме все должны заботиться.
– Ты бы Игорь в себе разобрался лучше.
– А я этим тоже занимаюсь, и между прочим, для меня Владимир Владимирович Путин 2 – Бог, ибо только он сегодня наш пример для подражания.
– Какая я дура! Все, иди куда хочешь, а я отравлюсь.
– Танюшка, ты что несешь?
– Что я несу!? Я говорю, что отравиться даже нечем, сижу тут как в клетке, вон Сократ, был какой крепкий и то нашел чем отравиться.
– Тань, причем тут великий философ?
2
Владимир Владимирович Путин – президент России, после реформации форм, перехода в другую цивилизацию развития, цивилизацию атлантов, стал первым императором, правителем контрольной системы атлантического государства Россия.
– Это так, к слову пришлось, он же любил словестику, а я не знаю даже что и сказать, была бы мама жива, я бы к ней ушла давно, но у меня ее нет, защитить меня некому, и детей моих защитить некому. А отец их только языком болтает, какая я дура! О-о, боги, помогите мне!
– Тань, не плачь, поверь мне все уладится, что-нибудь придумаю. Ну ладно, мне нужно идти, а то на самолет опоздаю. Дай Танюша, поцелую тебя.
– Можешь не целовать, я все равно не почувствую.
– Наша Таня громко плачет, уронила в речку мячик, тише Танечка, не плачь, не утонет в речке мяч.
– Ты еще смеешься!?
– Нет, тебя хочу успокоить.
На кухне в форточку шустрит сквозняк, успокаивает тишина, в пустоте мысли тянутся ко сну, где-то у соседей наверху упала кастрюля, голоса мужчины и женщины сменились детским криком. После чего хлопнула дверь,
– Подружка, ты что, спишь что ли? Ничего себе!? Дверь нараспашку, у вас что тут, скандал что ли был? Подруга, вы что, поссорились с Игорем? Ты что зареванная вся?
– Который сейчас час? – подняв голову с подушки, спросила Татьяна.
– Четыре! Вечера. Я тебе с утра звоню, а абонент недоступен. Я уже переживать начала, давай рассказывай, что стряслось?
– Ничего Свет, корабль тонет вот и все.
– Подожди, подожди-ка! Давай поподробней.
– Все подробности в черной полосе, – вставая с постели, проговорила Таня, – Скорей бы уж конец дней что ли. Света извини, угостить тебя нечем, ни одного кусочка хлеба, сидим на мели, как говорится, а Игорь к отцу улетел в Омск. Ой, Свет! Мне ж в садик бежать нужно, хорошо, что ты пришла, иначе я бы проспала. А что, дверь открыта была что ли?
– Ну да! О-о! Подруга, ты выглядишь, совсем ни к черту. Пойдем заберем детей и к нам поедем.
– Нет Светик, что твой-то скажет?
– Ты что, как только родилась, Юра же вам всегда рад. Да и мы, мы тоже проблемы всякие переживали, ты это сама знаешь, реально мучились, когда на одной лапше сидели, а у вас в это время все хорошо было, я даже завидовала тебе, что Игорь у тебя такой, из всякой ситуации выход найдет, ты что, забыла? Как вы деньгами нам помогали, а если он полетел, значит видно так нужно. Выкрутится мужик, отец поможет ему, и опять у вас будет все хорошо. И, кстати! Игорь твой мне больше нравился, чем Юра. В нем есть что-то такое, живое.
– Свет!? Он уже не тот как раньше, и вообще, я с ним хочу развестись.
– Ты что, сдурела!?
– Нет, я так решила.
– Таня, у вас же еще все впереди, ты что подруга? Помнишь, какая у нас дружба была крепкая?
– Ну!?
– Что ну? Не раскисай, не обращай внимания, если в голову лезет всякая дребедень. Мне, например, если лезет какая-нибудь чепуха, которая сначала кажется чем-то серьезным, я принимаю то, как вопрос, и решаю, и получаю ответы, копаюсь в пришедших мыслях.
– Мысли мыслями Свет, а тут в делах все наперекосяк пошло, мы совершенно на мели, Игоря давно с работы уволили, по сокращению, и ни куда не берут, и я деньги последние с книжки сняла, а он билет купил на них на самолет и улетел, и я совсем без копейки осталась. Какой тут на хрен в мыслях разбираться.
– Понимаю тебя, Таня, ну сейчас время такое, что думать нужно, прежде чем что-то делать.
– Ну что думать-то, Свет? У меня в голове ничего не укладывается, словно без головы хожу.
– Осторожней! Не споткнись, – указав на поребрик, предупредила Света, – Смотри проще на все. А деньги!? Деньгами мы тебя выручим.
– Легко сказать, проще, ты Света, говоришь как-то с философским настроем, даже не привычно, ты такой, через чур оптимистичной, не была.
– А это с кем поведешься… Я подруга… Постой! Пусть машина проедет, – удерживая Таню за руку, предупредила Света. – Я подруга, живя с Юрой, поначалу забивала себе голову мелочами, которые, я позже поняла, мне мешают жить. Я хотела себе удовольствий, ощущений от вещей, которые мне были не нужны. Я пыталась их приобретать, гоняясь за модой, думала вид ихней красоты что-то даст, а на самом деле только отнимал. Ты ведь помнишь, как я одевалась? А как мы мечтали ездить на крутых тачках? И свою мечту осуществили.