Стерва
Шрифт:
— Это восхитительно! — воскликнула Мария. — Я о таком всю жизнь мечтала! О несгибаемом мужике, не идущем ни на какие компромиссы с подлецами. Только таких почти не бывает… Да и трудно таким… Гибнут они первыми… Но тебе я погибнуть не дам! Не позволю, слышишь?!
— Машенька… — растрогался Алексей. — Солнышко… Жена ты моя…
— И не фиктивная!
Киллеры прибыли ранним утром. Их было одиннадцать человек — лучшие бойцы Голована. Парни имели при себе подробную карту местности и расположение нужного им объекта знали.
— Ишь, выстроил терем-теремок! — усмехнулся Кабан, старший группы. — За каким… ему такая роскошь в этой глуши? Здесь и людей-то нет, даже повые…ваться не перед кем!
— Может, хозяин сюда девочек возит, — хихикнул боец по прозвищу Шило.
— Как действовать будем? — чуть насмешливо спросил Сека, самый опытный боец группы, несколько обиженный, что старшим назначили не его.
— А чего голову ломать? — пожал плечами Кабан. — Они там все еще спят. Врываемся в дом, обоих мужиков валим, девку забираем. Какие проблемы?
— Ты когда-нибудь работал с Разором? — усмехнулся Сека.
— Нет, — ответил Кабан.
— А я работал. И знаю, какие проблемы. Ты хоть слышал, что Разор — снайпер?
— Ну?..
— Гну! Слышал или нет?
— Ответить за базар! — возмутился Кабан.
— Сам не базарь. Разор бьет пулю в пулю даже из дерьмового «макарки». А уж из своего револьвера… Причем он бьет пулю в пулю с обеих рук, по-македонски. И чутье у Лешки действительно волчье. И реакция… Если мы поступим, как ты предлагаешь, он сразу положит нас почти всех. Или вообще всех. Торопишься на тот свет?
— Что предлагаешь ты?
— Ждать. Окружить дом, затаиться и ждать. Рано или поздно Разор выползет на улицу. Тут мы его и грохнем.
На том и порешили…
Солнце уже ярко светило в окна сказочного дома. Хотя Лешка и был с похмелья, голова у него не болела. Бурная, счастливая ночь, чистая старшовская самогонка и солнечное утро, встреченное в одной постели с любимой… Как хорошо! Какое блаженство!
Он встал с кровати, потянулся. Маша еще спала. Не желая ее будить и не зная, чем заняться, он вышел из дома — попрощаться с верным «ЗИЛом», который, наверно, сегодня перейдет к кому-то другому. Машина стояла метрах в двух от крыльца.
— Чего ты ждешь? — прошипел Сека Кабану. — Почему не стреляешь?
— Позиция неудобная! — огрызнулся тот. — Справа крыло крыльца, слева — тачка! Сейчас…
Бандиты сидели в кустах за забором, окружавшим дом Игната.
— Бей очередью! — опять прошипел Сека. — Зацепи его, ребята доделают! Стреляй же!
Кабан поднял автомат.
Сделав пару шагов, Разор вдруг почуял опасность — как всегда неожиданно и без всяких видимых причин. Опасность исходила отовсюду, со всех сторон, словно каждый куст за оградой палисадника готов был вот-вот взорваться или стрелять. Лешка ощущал себя живой мишенью, волком, выгнанным на открытое место, плотно огороженное флажками. Каждый следующий шаг грозил гибелью. Но и стоять столбом было нельзя…
Он просчитывал ситуацию.
Одного прыжка мало, далеко, а второго сделать не дадут, скосят очередью. «ЗИЛ»! Верный «ЗИЛ»! Между ним и здоровенным штабелем аккуратно сложенных кирпичей есть узкое, но достаточное для укрытия пространство! Добраться бы туда!
Кабан потянул спусковой крючок.
В тот же миг Разор, пригнувшись, нырнул под машину. Струя свинца, хлестнув по бронированному боку автомобиля, рикошетом брызнула во все стороны. Он перекатился с живота на спину, затем на бок, приподнялся и спрятался между колесом «ЗИЛа» и кирпичами.
— Маша! — заорал Алексей. — Маша, револьвер! Маша, скорее! Брось сюда револьвер!
— Он безоружен! — ухмыльнулся Сека и встал в полный рост. — Он безоружен! Мочи его, братва!
Сам Сека не мог попасть в Алексея — тот был скрыт от него бронированным автомобилем. Но бандит все же полоснул машину из автомата — от злости и от тщательно маскируемого, неотступного, грызущего, почти мистического своего страха перед Разором.
Эти выстрелы были неопасны. Но с другой стороны палисадника, по левую руку от Секи и прямо напротив Алексея, уже поднимался из-за ограды хищно ухмыляющийся боец, вскидывая к плечу автомат. Разор замер.
И тут на пороге дома появилась Мария. Не успевшая одеться, совершенно голая, она сжимала одной рукой револьвер, а второй — подсумок, полный патронов. Мария походила на современную амазонку. Глаза ее сверкали яростью.
Мгновенно оценив ситуацию, Маша схватила оружие обеими руками и выстрелила навскидку, почти не целясь. Бандит, целивший в Алексея и на мгновение остолбеневший при виде обнаженной красавицы, дико заорал: пуля разворотила ему плечо, почти оторвав конечность. Парень повалился на землю.
— Лешка, держи! — крикнула Мария, швыряя Разору револьвер и подсумок. Теперь Разор чувствовал себя уверенно.
— Маша, в дом! — приказал он.
Мария быстро скрылась за дверью.
Однако положение Алексея было незавидным. Только страх удерживал бандитов от попытки накрыть парня шквальным огнем. Он понимал: долго так продолжаться не может, с минуты на минуту блатняки решатся, начнут атаковать. Никому неохота подставляться первым. Но старший отдаст приказ, и, хочешь не хочешь, бойцы подчинятся. Что же делать? Ситуация казалась безвыходной. Алексей лихорадочно соображал. И вдруг в дверном проеме опять показалась Маша.
— Алексей, лови! — крикнула она, кинув ему…
Поймав, он чуть не заорал от радости. Это были ключи от «ЗИЛа». Ну конечно! Он же бронированный, пуленепробиваемый! Теперь остается только попасть внутрь автомобиля — и ты недосягаем! Ай да Машка!
— Огонь! — вдруг заорал Кабан. Сам он, чувствуя относительную безопасность, поскольку был прикрыт от Лешки «ЗИЛом», встал из кустов и принялся бешено палить по неуязвимым стеклам машины.
— Дурак! — прошептал про себя Сека. И оказался прав, ибо знал, каков их противник. На миг высунувшись из-за багажника, Разор точным выстрелом разнес Кабану голову.