Стервы
Шрифт:
Он ухмыльнулся и шагнул к ней, захлопнув за собой дверь.
— Знаете, Глория, я ведь на редкость добродушный человек. Если хотите знать, я очень горжусь тем, что прощаю людям многое. Но то, что вы тогда устроили, задало нам кучу хлопот. И влетело в копеечку.
— Я понимаю, это целиком моя вина…
Он приложил палец к ее губам, не дав закончить. Карлито стоял слишком близко, и это нервировало Глорию, которая чуяла исходивший от него запах табака и едва не ощущала на языке вкус шотландского виски,
— Этот ваш жених — больно уж влиятельный в городе человек, правда? Если б не он, вы бы сейчас оказались в очень неприятном положении.
— Я искренне сожалею о том, что произошло, — начала Глория, не желая, чтобы Карлито почувствовал ее испуг. — У меня и в мыслях не было затевать скандал. Единственное, чего я хотела — петь.
— Но вы же не певица, крошка, вы светская дама. — Он провел пальцем по ее губам. — Таким девушкам не следует играть с огнем.
Глория теперь оказалась придавлена спиной к стене. От гангстера ее отделяло только платье, которое она прижимала к груди.
— Я же принесла свои извинения…
— Одних извинений недостаточно, — проговорил Карлито, прожигая ее взглядом насквозь. — Даже из уст такой красотки, как вы. — Одной рукой он обхватил ее талию, вонзив в бедро большой палец. Другой рукой задрал платье. — Но есть способ возместить мне убытки.
— Прекратите! Пожалуйста! — закричала Глория, пытаясь оттолкнуть его. Силы, однако, были слишком неравны. Карлито впился поцелуем ей в губы.
— Перестаньте! — закричала Глория, как только ей удалось оторваться от этого поцелуя. Карлито набросился на нее с новой силой. — Да перестаньте же!
Язык у него был, казалось, из наждака. Она закрыла глаза, надеясь, что Карлито от нее отстанет. «Ну, пожалуйста, пусть он перестанет!»
И вдруг он на самом деле перестал.
Глория открыла глаза и увидела, как Карлито, отброшенный от нее мощным ударом, отлетел к противоположной стене. От нового удара его голова бессильно мотнулась вбок.
Как подрубленное дерево, он повалился к ногам Джерома Джонсона.
Глорию захлестнули облегчение и радость.
— Джером! — глухо вскрикнула она.
— Тсс-с, — ответил он. — Нет времени, надо убираться отсюда. Давай тихонечко за мной.
Они быстро и бесшумно покинули грим-уборную и двинулись в зал. В баре по-прежнему никого не было.
Впрочем, у самой входной двери стоял Тор, тот самый карлик, с которым Глория познакомилась за кулисами в ночь своего выступления. Одетый в костюм по своему росту и черную шляпу, он покачивался на носках, самодовольно поглядывая на Глорию с Джеромом. Руки при этом он скрестил на груди. Несмотря на всю миниатюрность, в его позе было что-то зловещее.
— Где Карлито? — спросил он.
— Этого мы не знаем, — ответила Глория, взглянув на Джерома. —
Карлик вытащил из кармана пистолет и выставил перед собой, держа его двумя руками.
— Никто никуда не выйдет, пока не разрешит Карлито. А теперь поднимите руки повыше, чтобы я видел.
Глория и Джером нехотя подняли руки. Вот-вот появится Карлито, и что тогда? Джерому несдобровать. Уголком глаза Глория заметила, что сбоку к Тору подкрадывается Лейф. Бармен ударил ногой — и выбитый у Тора пистолет полетел через весь зал.
— Какого…
Лейф ухватил Тора за шиворот и засунул себе подмышку.
— Никогда ты мне не нравился, коротышка, — прокомментировал он.
— Ты уже покойник, бармен! — завопил Тор, отчаянно брыкаясь и лягаясь.
— Ой, верно, — воскликнул Лейф, — я кое-что позабыл. — Он выудил из кармана грязный носовой платок и заткнул им Тору рот. — Ну вот, теперь ты заткнешься. У меня есть для тебя подходящее местечко — пустой шкаф за стойкой.
— Лейф! — крикнула Глория. — Что вы делаете? У вас же неприятности будут!
— Что делаю? Тебя спасаю. Мне показалось, что вы оба нуждаетесь в помощи, — ответил Лейф. Тор перестал брыкаться.
— Спасибо, Лейф, — сказал Джером. — Мы у тебя в долгу.
— Обо мне не беспокойтесь, — криво усмехнулся Лейф. — Я уже нашел себе другую работу. Удачи тебе, Рыженькая. — Он повернулся к Джерому. — Береги ее, смотри в оба!
— Уж присмотрю, — откликнулся Джером. Он открыл дверь, и Глория всей грудью вдохнула прохладный свежий воздух. — Идем, идем, — поторопил ее Джером, — мы еще не выбрались отсюда. Нам теперь надо брать ноги в руки.
И они, держась за руки, понеслись сломя голову по тротуару, мимо недоумевающих прохожих. Что могли подумать встречные, видя, как молодой негр несется вперед, держа за руку молоденькую белую девушку? Глория даже не стала обращать на них внимания. Она изо всех сил сжимала пальцы Джерома, мечтая никогда их не отпускать.
И, если бы в другой руке она не сжимала помятое платье, то могла бы вообще позабыть, что приходила в «Зеленую мельницу» попрощаться с другом.
***
Наконец, они добежали до входа на военный пирс. С той минуты, когда они выскочили из «Зеленой мельницы», Глория с Джеромом не сказали друг другу ни слова.
У пирса почти не было людей — из-за наступивших холодов толпы туристов сейчас не рвались сюда. Лишь несколько парочек бродили в молчании то там, то тут, мужчины обнимали своих спутниц, согревая их. Глория посмотрела на озеро, воды которого зимой стали свинцово-серыми.
— Тебе не нужно было этого делать, — вырвалось у нее. — Карлито теперь тебя убьет.