Стезя чародея
Шрифт:
Одним из фактов, возможно, подтверждающих это предположение, было то, что поднятый Олегом в виде примитивнейшего зомби один из шемских воинов (на что-либо более сложное у Олега элементарно не хватало энергии) смог не только совершенно безбоязненно прикоснуться к артефакту, но даже более того – с каждой секундой, что его руки соприкасались с гладкой поверхностью артефакта, он словно набирался все новых и новых сил.
– Осторожно! – почувствовав, как истончается и исчезает управляющий тяж силы, вскричал Олег. Но было поздно. Не подчиняющийся более ничьим приказам зомби выпрямился. Глаза его вспыхнули
Судорожно брошенное Олегом простенькое заклинание упокоения – все, на что хватило остатков сил некроманта – он даже не заметил. Увернувшись от брошенного Лиссой фаербола, Чашей отбил в сторону «воздушный молот» Верона Исского и быстро прыгнул к опешившему от неожиданности воздушнику.
Растерянность мага могла стоить ему жизни, если бы не Семецкий, заглянувший в это самое время в палатку магов по какому-то делу. Увидев прыжок шемца, бывший комендант Берста не колебался ни мгновения. Удар облаченного в рыцарскую перчатку кулака сбил летящее тело, а через мгновение мертвецы сплелись в бою. Упавшая Чаша Гнева немного прокатилась по матерчатому полу и сиротливо замерла в стороне от основной схватки.
Умертвия быстры и сильны, глядя на мельтешащий клубок, из которого то и дело вылетали то обрывки шемской одежды, то клочки кольчуги двойного плетения, в которую был облачен Семецкий, а то и куски серой, иссохшей плоти умертвий, припомнил вдруг Олег. Менее быстры, чем Высшие вампиры, но куда быстрее и сильнее обычных людей. Глядя на мечущиеся по полу, с невообразимой скоростью рвущие друг друга или, точнее, враг врага тела, он в полной мере оценил эти строки из учебника. Ни он, да, по-видимому, и никто другой из присутствующих в палатке магов просто не успевал прицелиться, наложить заклятие, которое бы могло уничтожить шемца, не повредив их доблестному защитнику.
Олег хотел было даже, наплевав на конспирацию, принять демонический облик и кинуться в рукопашную на помощь Семецкому, которому, судя по активно вылетавшим стальным клочьям, явно приходилось нелегко, но жуткий голод, мгновенно проявившийся, стоило только начать преобразование, остановил его. И впрямь, обещание демона сожрать любого, кто под руку попадется, если его разбудят раньше чем он восстановится, похоже, было дано на полном серьезе. А если даже и нет, то все равно, риск в таком деле был крайне нежелателен.
Впрочем, драка уже заканчивалась. Вот Триан с трудом уклонился от пролетевшей ноги, оторванной у колена и обутой в шемский сапог с характерной формы круто загнутым носком. Вот мимо уха молодого мага Огня, чье имя Олег не запомнил, поскольку представился тот крайне неразборчиво, просвистела кисть руки в тяжелой латной перчатке. Затем раздался жуткий вой, а за ним треск, и из сплетенного клубка тел выкатилась изрядно ободранная, лишенная нижней челюсти, волос и одного уха, голова шемца, закатившись точно в раскрытый зев валявшейся на боку Чаши Гнева.
Битва замерла, и маги во все глаза уставились на открывшуюся картину. Гордый Семецкий, полыхая изумрудным огнем из одной глазницы (во второй у него торчал неровно оторванный палец шемца) и придерживая
Несмотря на всю трагичность происходящего, Олег не смог удержать мелькнувшую где-то на задворках сознания мысль: «Какой футболист пропадает! Его бы в сборную России! Все кубки нашими бы были!»
– Я победил! – довольно возвестил Семецкий. – Хороший доспех – он завсегда в драке полезен. Только вот попортил он мне его, вражина клятый… – печально добавил Юрайя, критическим взором оглядывая металлические обрывки на своем теле. На отсутствующую руку и другие, менее крупные повреждения он как будто и вовсе не обращал внимания. – Это что ж творится? – вдруг прервав свои сетования по погибшему доспеху, вскричал комендант.
Чаша, в которую угодила оторванная голова шемца, снова засветилась. С головой стали происходить странные и пугающие метаморфозы. Начала сползать плоть, обнажая гладкие, желтоватые кости черепа, в глазницах вновь стали сгущаться огни…
Маги подобрались, готовя свой арсенал, а Олег поспешно отошел за спины коллег. Все равно с полностью исчерпанным резервом и накопителем, уменьшившимся в размерах до макового зерна, в котором почти не осталось энергии, он ничего не сможет сделать.
Но тут опять вмешался Семецкий. Не мудрствуя лукаво, он просто сильно пнул лежавшую на боку Чашу с закатившейся в нее головой. Голова, точнее, уже череп, выкатилась, прекратив изменяться, но свечение не угасло. Более того, оно перекинулось на самого Юрайю, облив его яростно сверкающим алым ореолом.
– Что это? – тихо вымолвил изумленный Семецкий. – Мне больно! – Он поднял предплечье, из которого струей хлынула алая кровь… – А-а-а… – Золотая чаша начала мерцать, покрываясь змеистыми черными трещинами, а из горла Юрайи вырвался крик боли и ужаса. Глубоко внутри Олега взвыл демон, ощутивший мощный поток божественной силы. Свечение все сгущалось и сгущалось, так что глазам становилось больно смотреть на замершую фигуру, а затем вдруг пропало. Чаша Гнева, могущественный артефакт древней империи, раскололась с тихим мелодичным звоном.
Раздался шорох. Вначале медленно, а затем все быстрее и быстрее с замершего Семецкого посыпался тонкий, мельчайший песок. Миг – и могучая фигура бывалого воина буквально рассыпалась кучкой пыли, не оставив по себе каких-либо следов.
– Что это было? – изумленно вопросил в пространство Олег.
– Кхм… – Верон прокашлялся. – Если я не ошибаюсь, то это разгадка тайны артефактов Шамтриэля.
– Вы обратили внимание, коллеги? – Старым магом вдруг всецело завладел научный интерес. Он опустился на колени, внимательно рассматривая потускневшие осколки чаши и перебирая мелкий прах, оставшийся от Семецкого. Одновременно он продолжал говорить спокойным, мерным голосом, будто читая лекцию в Академии. – Что перед тем как рассыпаться в прах, многоуважаемый комендант Берста почувствовал боль? Своим отважным поступком он оказал неоценимую помощь магической науке, позволив раскрыть секрет так называемых артефактов Шамтриэля.