Шрифт:
Игорь Северянин
– Nocturne ("Месяц гладит камыши...") - Быть может, и любит, да только не скажет...
– Голубой цветок ("Всех женщин все равно не перелюбишь...") - Григ ("Тяжелой поступью подходят гномы...") - Грустный опыт ("Я сделал опыт. Он печален...") - Маленькая элегия ("Она на пальчиках привстала...") - Поэза оттенков ("Есть в белых ночах лиловость...") - Поющие глаза ("Над калиткой арка из рябины...") - Стансы ("Счастье
NOCTURNE
Месяц гладит камыши Сквозь сирени шалаши... Все - душа, и ни души.
Всё - мечта, всё - божество, Вечной тайны божество, Вечной жизни волшебство.
Лес - как сказочный камыш, А камыш - как лес-малыш. Тишь - как жизнь, и жизнь - как тишь.
Колыхается туман Как мечты моей обман, Как минувшего роман...
Как душиста, хороша Белых яблонь пороша... Ни души, и всё - душа!
Декабрь 1908
* * *
Быть может, и любит, да только не скажет... Да только не скажет и чувств не покажет. А раз не покажет - так что в этом толку. Да, что в этом толку - любить втихомолку. Надеждой терзает, надеждой тревожит... А может быть вовсе не любит? Быть может!
ГОЛУБОЙ ЦВЕТОК
Всех женщин все равно не перелюбишь. Всего вина не выпьешь все равно... Неосторожностью любовь погубишь: Раз жизнь одна и счастье лишь одно.
Не разницу характеров, а сходство В подруге обретенной отмечай. Побольше верности и благородства, А там и счастлив будешь невзначай...
Не крылья грез - нужней земному ноги. С полетами, бескрылый, не спеши. Не лучше ли, чем понемногу многим, Немногой много уделить души?
В желаньи счастья - счастье. Повстречались. Сошлись. Живут. Не в этом ли судьба? На Голубой цветок обрек Новалис, Ну, что ж: и незабудка голуба...
26 июня 1931
ГРИГ
Тяжелой поступью подходят гномы. Всё ближе. Здесь. Вот затихает топ В причудливых узорах дальних троп Лесов в горах, куда мечты влекомы.
Студеные в фиордах водоемы. Глядят цветы глазами антилоп. Чьи слезы капают ко мне на лоб? Не знаю чьи, но как они знакомы!
Прозрачно капли отбивают дробь. В них серебристо-радостная скорбь. А капли прядают и замерзают.
Сверкает в ледяных сосульках звук. Сосулька сверху падает на луг. Меж пальцев пастуха певуче тает.
1927
ГРУСТНЫЙ ОПЫТ
Я сделал опыт. Он печален. Чужой останется чужим. Пора домой; залив зеркален, Идет весна к дверям моим.
Еще
Имея свой, не строй другого. Всегда довольствуйся одним. Чужих освоить бестолково: Чужой останется чужим.
2 апреля 1936
МАЛЕНЬКАЯ ЭЛЕГИЯ
Она на пальчиках привстала И подарила губы мне. Я целовал ее устало В сырой осенней тишине.
И слезы капали беззвучно В сырой осенней тишине. Гас скучный день - и было скучно, Как всё, что только не во сне.
1909
ПОЭЗА ОТТЕНКОВ
Есть в белых ночах лиловость, Лиловость в белых ночах. В нежных очах - суровость, Суровость в твоих очах...
В фиалке бывает бледность, Бледность в лиловом цветке. В златоприческе - медность, Медь в золотом волоске.
Есть что-то в весне старушье, Как вешнее есть в былом. В душе у тебя - бездушье, Душа - в бездушье твоем!
Май 1915
ПОЮЩИЕ ГЛАЗА
Над калиткой арка из рябины Барбарис разросся по бокам. За оградой домик голубиный. Дым из труб, подобный облакам.
Домик весь из комнаты и кухни. Чистота, опрятность и уют. Подойди к окну и тихо стукни: За стеклом два глаза запоют.
Женщина с певучими глазами Спросит, кто любимый твой поэт, И, с улыбкой прислонившись к раме, Терпеливо будет ждать ответ.
Назови какое хочешь имя: Будь то Надсон или Малларме, В дом, где облака таятся в дыме, Будешь вхож, назвать себя сумев.
Если же ты скажешь: "Что мне в этом! Знать стихов я вовсе не хочу", Женщина, рожденная поэтом, Вдруг погасит взоры, как свечу.
И хотя бы кудри поседели Пред стеклом, скрывающим уют, О твоем тебя не спросят деле Те глаза, которые поют...
1927
СТАНСЫ
Счастье жизни - в искрах алых, В просветленьях мимолетных, В грезах ярких, но бесплотных, И в твоих очах усталых.
Горе - в вечности пороков, В постоянном с ними споре, В осмеянии пророков И в исканьях счастья - горе.
1907
Я НЕ ЛГАЛ
Я не лгал никогда никому, Оттого я страдать обречен, Оттого я людьми заклеймен, И не нужен я им потому.
Никому никогда я не лгал. Оттого жизнь печально течет. Мне чужды и любовь, и почет Тех, чья мысль - это лживый закал.
И не знаю дороги туда, Где смеется продажная лесть. Но душе утешение есть: Я не лгал никому никогда.
1909