Стилет
Шрифт:
— Думаю, что мог, — ответил Чезаре. — Мне не следовало доверять ей руль. Эта машина оказалась ей не по силам.
Бейкер понял, что получил ответ на множество вопросов. Ему хотелось, чтобы Чезаре сам подвел его к непосредственному расследованию, и, к удовольствию Бейкера, это ему удалось.
— Я рад, что вы оправились от удара, — спокойно сказал Бейкер. — Может быть, теперь перейдем непосредственно к делу?
— Конечно, пожалуйста, — кивнул Чезаре.
— Как следствие этой аварии, — сказал Бейкер, — мы из газет узнали, что в течение
— Да, это верно, — подтвердил Чезаре.
— А также, что в понедельник на прошлой неделе вы были в Федеральном суде на Фоули-сквер здесь, в Нью-Йорке?
— Ваши люди весьма дотошны, — сказал Чезаре. — Все это правда.
— Вы не улавливаете, почему я называю эти места? — спросил Бейкер. Чезаре улыбнулся.
— Я был бы дураком, если бы притворился, что не понимаю, о чем идет речь, не так ли? — спросил он. — Я ведь читаю газеты.
— Тогда вы знаете об убийствах свидетелей по делу о преступном Синдикате?
Чезаре кивнул.
— Знаю. Но не вижу, каким образом могу быть полезен вам в связи с этим.
— Что вы делали в тот день в суде? Чезаре спокойно выдержал его взгляд.
— Вы не знаете? — Он рассмеялся. — Я там был, чтобы получить документы о гражданстве.
— Служба иммиграции находится на первом этаже, — сказал Бейкер. — А вас видели в коридоре четвертого этажа у зала судебного заседания.
Чезаре снова засмеялся.
— Это довольно просто. Видите ли, туалет на первом этаже оказался занят. Мне сказали, что есть еще на четвертом этаже, и я поднялся туда по лестнице. Когда я увидел толпу, то спустился обратно.
— Будучи на четвертом этаже, вы не заметили ничего необычного? — спросил Бейкер.
— Все было для меня необычным, — ответил Чезаре. — Если же вы имеете в виду что-нибудь конкретное, какой-то инцидент, то нет. Там была просто толпа, люди выходили из лифта, а я старался пробираться через них, чтобы попасть обратно на лестницу.
— Была ли у вас особая причина, чтобы останавливаться именно в названных мною отелях? Почему вы не выбрали другие отели в Лас-Вегасе и Майами-Бич?
Чезаре посмотрел на него.
— Отели, мистер Бейкер, это вопрос жизненного стиля. И в своей предпринимательской деятельности я должен учитывать подобные вещи. — Он взял сигарету из коробки, лежащей рядом с ним на столике. — Мне кажется более уместным задать такой же вопрос тому, кто несет ответственность за то, что позволил свидетелям остановиться в этих отелях.
— Вам не приходилось встречать кого-либо из них? — спросил Бейкер.
Чезаре прикурил сигарету и покачал головой.
— Насколько мне известно, нет. Кроме того, если бы я и видел их, то не смог бы узнать. Я даже не знаю, как они выглядят. — Он поколебался какое-то мгновение. — Возможно, в Лас-Вегасе я видел одного из них. Не знаю. Но, когда мы с мисс Ланг покидали казино, мимо нас пронесли человека.
— Это был один из свидетелей, —
— Правда? — вежливо спросил Чезаре. — Жаль, я тогда этого не знал, а то посмотрел бы более внимательно.
— Не можете ли вы что-нибудь припомнить, что могло бы нам помочь? Других людей, которых вы могли заметить?
Чезаре покачал головой.
— Простите, мистер Бейкер, — сказал он с сожалением. — Мне нечего вспомнить. Понимаете, я отдыхал с очень красивой женщиной и, боюсь, мало кем интересовался в то время.
Бейкер понял, что зашел в тупик. Беседа закончилась, а он ничего не узнал. И было бы напрасно пытаться выжать из него что-либо — не тот человек.
Бейкер встал. Поднимаясь, он обратил внимание на пару перекрещенных кинжалов на стене за спиной Чезаре.
— Что это? — спросил он. Чезаре даже не повернулся.
— Это стилеты, — ответил он. Бейкер подошел к стене и внимательно осмотрел их. Они были покрыты патиной.
— Стилеты, — произнес он. — Свидетели были убиты именно этим видом оружия.
— Да, я читал об этом, — невозмутимо заметил Чезаре.
— Они у вас давно? — спросил Бейкер.
— Это фамильное наследство, — ответил Чезаре. — У меня их целая коллекция здесь в Нью-Йорке и дома в Италии. Стилет — любимое оружие Борджиа, которые входят в число моих предков.
— Понимаю, — сказал Бейкер. — По-видимому, вы специалист по их использованию.
Чезаре с улыбкой поднялся.
— Думаю, что да, — ответил он. — Но в нашем обществе не так уж много возможностей, чтобы профессионально использовать их. Оружие, как и многие другие вещи, также подвержено капризам моды.
Он обошел Бейкера и снял один из стилетов со стены. Посмотрел на него, а затем протянул Бейкеру.
— Эти игрушки для взрослых, которые мы продаем внизу в выставочном зале, убивают за один месяц больше людей, чем все стилеты с тех пор, как они впервые появились у флорентийцев.
Бейкер посмотрел на тонкое лезвие в своей руке, а затем на Чезаре. И в его памяти что-то вспыхнуло.
— Нет тот ли вы Кардинале, который однажды был чемпионом Италии по фехтованию?
Чезаре кивнул.
— Еще один старый вид спорта, который я люблю. А вы фехтуете?
— Когда-то фехтовал, — ответил Бейкер. — Даже входил в команду колледжа.
— О, — улыбнулся Чезаре. Бейкер осторожно положил стилет на телефонный столик.
— Мне пора, — сказал он. — Благодарю вас за содействие, мистер Кардинале.
— Сожалею, что не смог вам ни в чем помочь, — вежливо ответил Чезаре.
Когда после ухода Бейкера в кабинет вошла мисс Мартин, стилет все еще лежал на телефонном столике. Она посмотрела на него, а затем на Чезаре.
— Чего он хотел? — спросила она с фамильярностью, которая часто возникает после длительного сотрудничества.
Чезаре взял стилет, вернул его на место и, повернувшись к ней, сказал с улыбкой:
— Кажется, я проявил известное безрассудство, выбирая маршрут для своего отдыха.