Стилист
Шрифт:
– Сколько?! – ужаснулась Настя.
– Восемьсот пятьдесят. Каждый штат имеет свои киностудии и производит кинопродукцию. Вопрос в том, где брать сюжеты. Так они с большим удовольствием используют в качестве первоисточников не только книги, но и зарубежные фильмы. Пару лет назад у нас по телевизору даже показывали один такой шедевр. Полностью передрали «Возвращение в Эдем», слово в слово, только перенесли действие в Индию, и герои соответственно превратились из австралийцев в индусов. А в остальном полная идентичность. Так вот, это я к тому рассказываю, что Отори Митио там очень популярен.
– Почему же у нас в России его не издают? – удивилась Настя. – Ведь у нас сейчас большой спрос на такую литературу.
– Вероятно, не по карману, – пояснил мидовец. – Такого класса автор требует огромных гонораров, которых наши российские издатели пока еще не могут платить.
– Но ведь у нас выходят книги Шелдона, Коллинз, Ладлэма. Это тоже авторы с мировым именем, и гонорары у них, надо думать, не маленькие. Неужели у этого японца запросы выше?
– Вполне возможно. А может быть, он просто не хочет иметь дело с российскими издателями. Например, не доверяет качеству перевода или полиграфическое исполнение его не устраивает. Вы меня простите, но я как-то утратил нить нашей беседы, а время между тем идет. Вы что, собственно, узнать хотели? Почему нашими культурными связями с Японией не охвачен известный писатель? Или что-то другое?
– Спасибо, Денис Владимирович, я уже все узнала, – ответила Настя. – Извините, что отняла у вас время.
Прямо из МИДа она помчалась к матери. Надежда Ростиславовна несколько лет работала за границей и имела знакомых по всей Европе. Именно это и было Насте сейчас нужно.
– Мама, мне нужна твоя помощь, – заявила она прямо с порога.
– Разумеется, – улыбнулась мать, – ни в каком другом случае ты к нам не приезжаешь. Родители для того и нужны, чтобы помогать.
– Ну мам…
– Да я не в упрек, Настенька, бог с тобой. Я же знаю, сколько ты работаешь. Так что опять случилось?
– Ты могла бы позвонить своим друзьям за границу и попросить срочно прислать пару книг?
– Каких именно?
– Автор – Отори Митио. Две-три любые его книги. Только на том языке, на каком я сама читаю.
– Это для работы или так, баловство?
– Для работы. Еще мне сказали, что по всем его книгам сняты фильмы, и было бы очень желательно получить видеокассету, хотя бы одну. Мне важно посмотреть, стоит ли в титрах его имя и в каком виде. Является ли он сам автором сценария или упоминается только как автор романа, по которому снят фильм.
– Деточка, ты занялась авторским правом? – изумилась Надежда Ростиславовна. – С каких это пор?
– С тех, мамуля, с каких за это начали убивать. Так ты сделаешь то, о чем я прошу?
– Хорошо. Сейчас я начну дозваниваться, а свою просьбу ты объясняй, пожалуйста, сама.
Мать уселась за телефон, а Настя
– Как живешь, ребенок Настя? – спросил Леонид Петрович.
– Умеренно. Больной скорее жив, чем мертв, – пошутила она.
– Почему одна, без Лешки?
– Незапланированный визит. Еще час назад я не знала, что поеду к вам.
– Что-нибудь случилось?
– Угу. Страшное подозрение на страшное преступление. Пап, дай поесть чего-нибудь голодному ребенку, а?
– На сковородке отбивные, возьми хлеб. Или, может, суп хочешь?
– Нет, суп не хочу. Пап, ты у меня все знаешь, скажи, у криминалистов есть методики установления различий в полиграфической продукции?
– Очень ограниченные. Ты можешь конкретизировать вопрос?
– Меня интересует, можно ли установить различия между книгами, которые были отпечатаны с одних и тех же пленок в одной и той же типографии, но в разное время.
– Практически нет. Если, конечно, использовался разный клей и прочие материалы, то тебе могут сказать, что книги из разных партий. Но ведь разным клеем могут пользоваться и в рамках одного тиража. Один клей закончился, пустили другой. Что тебе нужно-то?
– Мне нужно установить, что одни книги были напечатаны раньше, а другие – позже. Причем значительно позже. Разница во времени доходит до года, а то и больше.
– Должен тебя разочаровать, ребенок. Таких методик у нас пока нет. Думаешь, почему сейчас такая морока с поддельными ценными бумагами? Как раз поэтому. А недавно на концерт одной известной певицы продали ровно в два раза больше билетов, чем мест в зале. То есть на каждое место – по два билета. И отличить настоящий от поддельного, а уж тем более определить, где их печатали, так и не смогли. Если твои книжки делали в одной и той же типографии, то разница только в степени высыхания краски. А этого мы достоверно определять не умеем.
– Жалко, – огорчилась Настя. – А я так надеялась…
– Настя! – послышался из комнаты голос матери.
– Бегу!
Она положила на стол надкушенный бутерброд с отбивной и помчалась в комнату. Через пять минут ей было дано твердое обещание найти книги известного японского автора и снятый по его роману фильм и переслать в Москву с первой же оказией. Голос собеседника, говорившего по-французски с заметным акцентом, показался ей знакомым. Даже не сам голос, а именно акцент, манера произносить слова.
– Кто это был? – спросила она у матери, положив трубку.
– Фернандо. Ты его в прошлом году встречала и по Москве возила, помнишь?
– Конечно. Черт, неудобно как получилось. Я его не узнала и разговаривала как с незнакомым.
– Ничего страшного. А ты ему в тот раз очень понравилась, и он мне сказал, что для тебя готов скупить все книжные магазины Мадрида. Как вы договорились?
– Он записал мой телефон и обещал позвонить, как только будет ясно, с кем и когда он отправит посылку. Какой-то его знакомый как раз послезавтра летит в Москву, и если он успеет купить книги, то с ним и передаст.