Стингер
Шрифт:
— Ты прав, я ничего о тебе не знаю. Но моя интуиция мне подсказывает, что ты обманщик.
Он изучал меня еще несколько минут, сощурив глаза и стиснув челюсть, а потом, вытянув ноги, продолжил:
— Думаю, ты на меня запала. И сейчас пытаешься сделать из меня хорошего и чувственного парня, которым я на самом деле не являюсь, чтобы потом, когда ты устроишься на моих коленях, ты могла использовать это в качестве оправдания.
— Ты высокомерный мудак! — задыхаясь от смеха, начала я. — Единственное, что может заставить меня приблизиться к тебе, это если от
— Уверены, доктор Фил4? А что касается тебя, мисс Идеальная принцесса? Что скрываешь ты за своей маской высокомерия?
— Высокомерия? — усмехнулась я. — Меня вряд ли можно назвать высокомерной или идеальной.
— Вот уж не думаю. Ты однозначно идеальная. Но почему? Почему ты стараешься быть такой чертовски идеальной? Ты такая взвинченная, что стоило тебе лишь на мгновение потерять контроль, как ты едва не задохнулась. Что скрывается под твоей маской?
Он был смешон.
— Моей маской? Я тебя умоляю. Ты снова пытаешься меня заговорить. Карсон, я такая, какая есть. Я не ношу маску. А вот ты…
— Хорошо, Лютик, — вдумчиво и настороженно ответил он. — У меня к тебе предложение. Давай сыграем в игру «Расскажи секрет». Нам всё равно нечем заняться, особенно учитывая, что вариант с тобой на моих коленях больше не рассматривается.
— И никогда не рассматривался. В чем суть этой игры?
— У тебя в сумке есть чашка, миска или что-то вроде?
Я рассмеялась, приподняв брови.
— Нет, обычно я не ношу подобное с собой, — открыв сумку, продолжила. – Подожди, а колпачок от лака для волос не подойдет?
Это был небольшой пластиковый стаканчик. Я сняла его с баллончика и передала Карсону.
— То, что нужно, — с этими словами он забрал у меня колпачок.
После он достал из заднего кармана монетку, поставил колпачок в угол, а сам встал напротив.
— Правила таковы: если один из нас забрасывает монетку в цель, то другой должен рассказать о себе какой-то секрет. Никакой лжи. Ничего не придумывая. Только правда, только то, что еще никому и никогда не рассказывал.
Скрестив руки на груди, я начала покусывать губу. Снова посмотрела на колпачок в углу, а потом на Карсона.
— В него нереально попасть. Учитывая расстояние до колпачка и его размер, это невозможно.
— Так ты играешь или нет?
— Хорошо, — вздохнула я, — давай сыграем.
— Подожди, — остановился он, — ты точно согласна с правилами игры?
— Да, я в игре.
Я знала, что попасть было нереально, но почему бы нет? Почему бы не сыграть в его игру?
Он взял монетку, прицелился, подвинулся немного вправо и бросил ее. Она попала в колпачок, даже не отскочив. Точное попадание.
Какого черта?
— Ты жульничал, — ахнула я, — этого просто не может быть!
— Жульничал? — рассмеялся Карсон. — И каким это образом я сжульничал? Даже не начинай. С тебя секрет, Лютик. Давай послушаем.
Он прислонился
— Я имею в виду, всё не так-то просто. У меня нет секретов, — опустив руки, ответила я.
Не говоря ни слова, он продолжал смотреть на меня.
— Скажи, почему ты такая идеальная, Лютик?
С отвращением на лице я снова скрестила руки на груди и отвернулась от него. Я думала о том, что он спросил.
Я действительно создавала такое впечатление? Выглядела идеальной? То, что я чувствовала, было далеко от идеала. Я всегда старалась не рисковать… старалась, чтобы меня было достаточно… старалась соответствовать.
— В жизни моего отца было слишком много разочарований, и я просто стараюсь не огорчать его лишний раз, — выпалила я.
Карсон склонил голову, а в его взгляде что-то изменилось. Я отвернулась.
— В любом случае, это всё. У моего отца был трудный период в жизни, и я просто хочу, чтобы он мной гордился. Что в этом такого?
— Что за разочарования? — тихо спросил он.
Я молча смотрела на стену, а потом неожиданно для себя продолжила:
— Когда мне было одиннадцать, мой младший брат умер от неходжкинской лимфомы5. Он был единственным сыном. Кроме него у меня еще две сестры. Мой отец полицейский… он никогда не показывает своих эмоций. И мы с сестрами всегда чувствовали, что будто… что словно…
— Словно один из вас не так уж и важен, потому что есть, кому его заменить? — осторожно заговорил он.
Я смотрела на Карсона какое-то время. А ведь я никогда не думала об этом в таком ключе.
— Может быть, да.
Он посмотрел на меня, а затем подошел к колпачку, вытащил монетку и передал ее мне.
— Теперь твоя очередь.
***
Карсон
У меня пересохло во рту, и под кожей я почувствовал странный зуд, пока Грейс рассказывала об отце и брате. Я продолжал думать об этом чувстве, ведь по правде говоря, я ни с кем еще не обсуждал эмоции и чувства, исключением была моя бабушка. Но ее не стало, когда мне было семнадцать, и с тех пор я ни разу не поднимал эту тему. Изначально я надеялся, что эта игра выведет Грейс из равновесия. Ведь я мог попасть монеткой в стакан не только из противоположного угла лифта, у меня были часы практики в этом деле. Именно так я развлекался, пока мама была на съемках.
Но неожиданно Грейс открылась мне, и это вывело меня из равновесия.
Я протянул ей монетку и отошел, а она заняла место в углу кабины и стала прицеливаться.
У меня появилась отличная возможность изучить ее. Черт, она действительно была красивой и сексуальной, но с классическими чертами, которыми я готов был любоваться снова и снова. Она была стройной, но с изгибами в нужных местах, именно то, что мне нравится. Готов поспорить, что даже утром, выходя из душа, абсолютно без косметики она будет также красива. От этих мыслей я почувствовал напряжение в штанах.