Стив
Шрифт:
Так, дальнейшую дискуссию о мужских умственных способностях будем считать бесполезной и попробуем зайти с другой стороны.
— Хорошо, но у меня уже есть цель. Мне надо защитить Юйшу. А я не смогу ее защитить, если не буду знать, что задумал Мойшэ. Согласна?
— С чего ты решил, что тебе надо ее защищать? Она приказала тебе? Мойшэ женщинам не угрожал, — девочка пристально сверлила меня взглядом, пытаясь выяснить для себя какой-то важный момент. Тикусйо! Какой…?! — а пытался убить тебя и Зэйха. Поэтому тебе приказано вести себя тихо и не лезть без разрешения куда не просят! — только ножкой не топнула на последней фразе и рукой в сторону дома Юйши не указала, чтобы я туда убирался.
— А воровство
— Конечно преступление! Воровать нехорошо, — девчонка нахмурилась, пытаясь понять, зачем я это спросил, а ее воинственный пыл быстро угасал.
— Ну вот. А Мойшэ украл у Юйши очень ценную вещь, и я должен узнать, куда он ее спрятал, понимаешь?
— Ну так скажи Старшей. Когда Мойшэ поймают, она его расспросит и все тебе потом расскажет. Если, конечно, посчитает нужным. Ну или дождется Юйши и все расскажет ей, — рыжая никак не могла взять в толк, зачем я лезу поперек батьки в пекло. Но я полез, даже если бы действительно всей облавой руководил батька, мужчина, а уж с учетом того что облавой будут заниматься местные женщины…
Тикусйо! Мой бедный мозг! До чего я вообще докатился? Сижу и спорю с детьми… Дети… В голове зародилась странная, немного дикая в своей рискованности мысль.
— Понимаете, Мойшэ украл статуэтку очень древнего бога, покровителя преступников, — мысленно я извинился перед Эбису, жизнерадостным и добродушным божком удачи и успеха, который на самом деле был покровитель торговцев, — и тем самым разбудил его, — глаза у ребят восторженно заблестели, — и бог теперь управляет Мойшэ, медленно сводя его с ума. Он ведь раньше был нормальный мужик, верно? — дети быстро закивали, переглядываясь. — А теперь он с каждым днем становится все опаснее и опаснее. Сначала он просто оглушил меня, чтобы украсть статуэтку, потом уже по настоящему пытался убить Зэйха, утопив его в болоте… А зачем ему убивать Зэйха, если статуэтка уже у него? — снова переглядывание и синхронное пожимание плечами. — А потом… Потом Мойшэ напал на меня на кухне, когда я спокойно собирался поесть, — об этом они не знали, судя по изумлению в их глазах. — Да-да! Поэтому он и сбежал в лес, чтобы обезопасить от себя остальных. Представляете, он ведь уже начал нападать на людей в собственном доме! Хорошо это был я, а не кто-то из сестер Юйши, например…
Яйнник даже рот приоткрыл, так внимательно слушал. Но меня больше интересовала реакция девчонок. Убедившись, что все молча внимают, я продолжил нести сказочный бред:
— И сейчас он прячется в лесу, чтобы в одиночку бороться с влиянием этого божка. Но бог сильнее человека, вы же это знаете? — дети само собой покивали, ведь их же тут воспитывают очень религиозными. — И в любой момент Мойшэ снова сорвется и продолжит убивать… Убивать всех без разбора. Не только мужчин, но и женщин. Детей. Его надо остановить, чем раньше, тем лучше. Ведь бог не только сводит Мойшэ с ума, он делает его все более и более неуязвимым. Скоро в нем совсем исчезнет все человеческое, и он станет подобен дикому зверю… Надо спасти его, как можно скорее, поговорить с ним, узнать, где он хранит эту статуэтку… Очистить его специальным ритуалом… — я замолчал, оценивая результат своих трудов. Дети сидели и смотрели на меня, застыв, сами похожие на зачарованные фигурки. — Вы же понимаете, что если я расскажу это кому-нибудь, кроме вас, мне не поверят? — дети синхронно закивали. — А я на Земле занимался изучением антиквариата, различных древностей, сокровищ. Так что разбираюсь в этом всем очень хорошо.
Выдохнув и мысленно поаплодировав самому себе, я быстро придумывал подходящую концовку.
— А теперь представьте, как будет действовать Мойшэ, когда с ним будут действительно обращаться
— Кидаются на всех, как полоумные. — Потом попыталась себя успокоить: — Но ведь у женщин будут винтовки!
— Да! И они убьют Мойшэ, ни в чем не повинного живого человека, между прочим, — абсолютно безразличным голосом напомнил я. — Любимого мужа и заботливого отца, насколько мне известно.
Рыжей явно стало стыдно, и она виновато замолчала. А я забил в наш диалог последний гвоздь:
— Вы ведь понимаете, как важно, чтобы эта статуэтка случайно не попала к кому-нибудь еще в руки? Юйша, когда узнала, насколько заключенная в фигурке сила опасна, поручила нам с Зэйхом найти надежного человека, умеющего обращаться с такими древними злобными артефактами, и надеялась вывезти ее с планеты как можно скорее. И, может быть, Мойшэ не сам решился на кражу, а божок испугался и воззвал к нему, соблазнив его на воровство, потом на убийства… Но вы же понимаете, что Мойшэ всего лишь жертва? Настоящий виновник всего происходящего заключен в статуэтку. И он наверняка использует свой шанс сменить хозяина, когда почувствует, что Мойшэ обречен. Значит, любая из женщин, участвующих в облаве, сильно рискует попасть под влияние этого бога.
Я состроил самую печальную физиономию, на которую был способен, и грустно завершил:
— На хуторе станет твориться невообразимое. Все будут убивать друг друга… А в правду никто никогда не поверит.
Все. Теперь надо заткнуться и дать детским мозгам переварить всю ту лапшу, которую я развесил им на уши. Как там рыжая сказала? «…тебе приказано вести себя тихо и не лезть без разрешения куда не просят!»
— То есть ты не будешь убивать Мойшэ и знаешь, как обращаться со статуэткой? — на меня выжидающе уставились три пары глаз.
— Да, я постараюсь не убивать Мойшэ, но, конечно, если придется выбирать между его и моей жизнью… — я демонстративно вздохнул. — И со статуэткой я умею обращаться. Правда, мне потом надо будет ее где-то надежно спрятать, до возвращения Юйши, и потом помочь ей ее вывезти с планеты. — Тикусйо! Я, похоже, даже легенду под эту сказку подходящую придумал, почему смоюсь с Венги как подлец.
Я снова замолчал, ничего не прося и ничего не предлагая. Просить должны меня. Это будет не мое решение, а ее, наивной маленькой рыжей девчонки. Здесь настоящий мужчина не должен заботиться о своей женщине… Гребаная планета!
— Хорошо, мы тихо порыщем по лесу и вечером расскажем тебе, где прячется Мойшэ. — девочка нахмурилась, закусила губу, что-то обдумывая, и потом добавила: — И мы никому не расскажем про статуэтку. А ты сделай так, чтобы она перестала быть опасной. Две моих старших сестры будут участвовать в облаве, и я хочу быть уверена, что с ними ничего не случится!
Я кивнул: «Договорились. Жду вас вечером». И направился наконец-то в мастерскую, чтобы поболтать с ребятами и, может быть, даже чем-то им помочь.
После обеда я прилег поспать и проснулся только от стука в дверь. Это пришел Ийка звать меня на ужин. Я быстро поел и вежливо смылся обратно в нашу с Юйшей комнату. Упав в кресло, я прикрыл глаза и попытался успокоиться. От меня ничего не зависит. Такие ситуации порой случаются и это нормально. Я не бог, и даже не Матерь Всего Сущего, я обычный человек, мужчина на фемдомной планете. Реально полезного я сделал все что мог, и если сейчас начну пытаться сделать еще что-то — это будет ошибкой. Я могу только сидеть спокойно и ждать. Бродить ночью по лесу и звать Мойшэ — глупо, к тому же есть все шансы снова получить камнем по голове или самому заблудиться и утонуть в болоте. Я сделал все что мог… Тикусйо! Чтобы я еще хоть раз связался с девчонкой?!