Стократ

Дяченко Марина и Сергей

Он поднялся – плавно, чтобы не напугать ее. Снял перчатку, сделал шаг вперед, потом другой, обогнул костер, протянул ей руку. Ее губы дрогнули – через миг она должна была всхлипнуть и опереться на его ладонь…

Он глянула на него снизу вверх, прыгнула упруго и сильно, как блоха, и бросилась вверх по склону. Затрещали кусты.

– Дан! – донеслось сверху. – Беги!

Забилась на привязи лошадь. Стократ рванулся за Мир – и остановился. Девушка продиралась сквозь чащу вверх: по острым камням, по крутому склону, где сучья

торчали, как деревянные копья. Стократ испугался, что, услышав погоню, она занервничает, оступится и сорвется…

В этот момент камень, на который наступила Мир, качнулся у нее под ногами. Девушка взмахнула руками, будто собираясь взлететь, и действительно полетела – вниз, спиной вперед.

От ее крика у Стократа волосы встали дыбом. Он ясно представил Мир, нанизанную на сучок, словно бабочка на иглу. Он кинулся по склону, второпях рубя кусты и ветки, проклиная эту дуру, только бы она осталась жива…

Она дышала. Рубашка на груди была целой и чистой.

– Не прикасайся ко мне! – она пыталась встать, но подвернула ногу.

– Что с тобой?

– Не трогай меня!

Она все-таки поднялась, кинулась прочь, захромала и снова грохнулась на четвереньки. Ее рубашка была разорвана сзади от плеча до пояса, и на окровавленной спине открывалась карта Обитаемого Мира.

Стократ видел карту много раз, год за годом проверял ее своими ногами. Карту рисовали на свитках и досках, но никогда – на девичьей коже, перепачканной кровью; линии и символы, очертания гор и рек проступали синим контуром, будто лопнувшие сосуды. Очертания земель и владений. Города и реки. Можно было различить даже буквы: «Земли… Гран…»

Ее дружок пробился сквозь заросли, потрясая кинжалом. Стократ сбил его с ног, отобрал оружие и оглушил точным ударом. Вернулся к Мир, перехватил ее руку с занесенным ножом, перевернул лицом вниз и промокнул кровь на спине остатками рубашки.

Столица Гран на карте была пробита древесным сучком. Мир напоролась на острейшую деревяшку, к счастью, уже на излете своего падения. Сучок поранил только кожу, зато глубоко поранил: земли Гран – их изображение на карте – утопали в крови.

– Это татуировка?

– Отпусти, я убью тебя! Я скажу властителю…

– Тихо, ты поранилась…

Ветер завертелся в кронах. Ноздри Стократа задрожали: пахнуло дымом. Не мирным. Дымом пожарища.

Искры из печки попали на соломенную подстилку?

Пьяница, засыпая, опрокинул в постель свечу?

Снова донесся ветер, и Стократу послышались крики и лязг. Девочка задергалась, пытаясь вырваться.

– Это было у тебя всегда?

– Отпусти, мерзавец!

– Просто скажи – что это?

Она зарычала, как бешеный кот, но Стократ не выпускал ее. На белой спине девушки сворачивалась кровь, и в новом пурпурном обличье проступали Выворот и Лесной Край, изгибы Светлой, устье Темной и Гремячий порт.

– Послушай, откуда у тебя на спине весь Обитаемый Мир?!

– Будь

ты проклят, проклятый колдун, я засуну твой проклятый язык глубоко тебе…

Заворочался, приходя в себя, парень.

– Так может… это и есть твоя болезнь?!

Она застонала, и Стократ понял: на этот раз угадал.

– Я тебя отпущу, только не беги никуда. А то ведь напорешься, как на вертел, и будет еще хуже…

Он осторожно освободил ее, попытался поднять – она яростно оттолкнула его руки. Мальчишка, покачиваясь, поднялся на ноги – он был ошарашен и не понимал, что такое с ним сделали.

Стократ подошел и взял его за шиворот:

– Ты знаешь, что с ней?

– Если ты тронешь ее хоть пальцем… – пробормотал парень заплетающимся языком. Стократ понял, что о карте на спине Мир мальчишка не имеет понятия – парень был настолько целомудрен, что не осмелился бы даже коленку девушке забинтовать.

Стократ выпустил его.

Сидя на земле, Мир заплакала, но не от боли. Она рыдала, закрыв лицо руками, к ужасу и удивлению мальчишки, который, похоже, не подозревал, что эта девочка умеет плакать. Стократ посмотрел на небо: дым сгущался. Что-то горело в городе, и пожар никто не тушил.

– Ну-ка, перестань, – жестко сказал он Мир. Укрыл ее своим плащом, взял на руки, не обращая внимания на слабые попытки вырваться, спустился вниз, к шалашу и прогоревшему костру.

Когда он усаживал ее на одеяло, мальчишка поднял с земли камень и попытался напасть со спины. Стократ завернул ему руку за спину, мальчишка не проронил ни звука, хотя захват был жестокий.

– Слушай, как тебя, Дан. Я не собираюсь причинять ей вред. Если ты не понял – сломаю руку. Понял?

– Да, – прохрипел мальчишка.

– Вот и славно.

Освобожденный, парень не удержался на ногах и сел на землю. На лбу у него выступил пот.

– Возьми лошадей. Напои. Позаботься.

– Я…

– Уйди отсюда и не приближайся, пока я не скажу.

– Да кто ты такой, чтобы…

Под внимательным взглядом Стократа мальчишка замолчал.

– Я не причиню ей вреда, – сказал Стократ после длинной паузы.

Мальчишка втянул воздух сквозь сжатые зубы.

– Мир, скажи ему, чтобы он ушел, – велел Стократ.

Девушка, не поднимая головы, махнула рукой, указывая вниз, к ручью. Дан медленно побрел прочь, оглядываясь, хромая, растирая правую руку левой…

– Когда это началось у тебя, Мир?

Она молчала.

– Вчера вечером ты была здорова.

– На рассвете, – сказала она с ненавистью. – Почему они не тушат пожар?!

– Почему у тебя на коже – карта Обитаемого Мира?

– Я не знаю! Если это заразная болезнь – я хочу, чтобы ты заразился и умер, колдун!

– Если бы ты не бежала от меня, – сказал он укоризненно, – ты бы не напоролась на сучок. А так – у тебя дырка в шкуре как раз в том месте, где на карте – столица Гран…