Сторож
Шрифт:
В прошлом году Николай со своим другом Максом прошел парашютное обучение по программе AFF 2 в Лисьем носе. Макс купил себе «крыло»: семисекционный парашют «OSP», производства Atair Canopies. Николай же не мог себе позволить такую дорогую покупку, так как одно только обучение обошлось ему в семьдесят тысяч рублей.
После обучения Макс перед начальником отдела вел себя как параноик, часто говоря: «А вдруг пожар, как на Останкинской телебашне в 2000 году? Или вообще теракт какой?!»
2
Прыжки
Начальник отмахнулся от грамотного специалиста в их области и разрешил держать в офисе его парашют. Но на самом деле, Макс мечтал совершить прыжок из окна офиса. Он был еще более «больным на голову», чем сам Николай.
И вот сейчас, благодаря другу, появился шанс спастись. Метнувшись к рабочему месту Макса, Николай оттолкнул его стул и рывком выдернул ранец парашюта из-под стола, быстро засовывая ноги в ножные обхваты. Следом, продев руки в лямки, затянул грудную перемычку. После подготовки парашюта, Николай растолкал столы и стулья, освободив место для разбега.
С Максом они уже давно рассчитали, какой нужен разбег, чтобы при прыжке из окна, хватило отойти от здания. А вот как будет на самом деле, он не знал. Сейчас главная его задача – добраться до метро!
Николай не думал, что он один хочет спастись, почти десяток из всех лифтов «Лахта центра», спускали вниз испуганных людей, а охрана «Иглы», как они с Максом называли остроконечный небоскреб, уже бежала к станции метро Лахта.
Резко выдохнув, набираясь смелости, Николай рванул от внутренней стены офиса и выскочил в широченное окно.
Семьдесят килограмм его веса моментально лишили тело горизонтального полета и устремились вниз. Перед глазами замелькали зеркальные окна, неизбежно приближаясь, но новоявленный бейсджампер удержал стабильное падение, вытягиваясь стрелой.
«Ну давай же!» – мысленно прокричал Николай, выгибая голову в горизонт, откидывая руки назад, пытаясь спланировать и отойти от здания.
Его тело почти ощутило холод стекла, сблизившись с выпуклой основой башни, когда поток подхватил и резко отдернул падающего человека от небоскреба. Рука выхватила «медузу», и вытяжной парашют дернул основной купол.
Парашют «OSP» был оптимизирован для низковысотных прыжков, и Николаю хватило высоты шестьдесят третьего этажа. Планируя, он отошел от уреза воды, утянув левую стропу управления и скользнув над двумя шоссе с железной дорогой, оставил под собой лесопосадку.
Просвистев стропами вдоль гребневидного перехода от комплекса небоскреба до станции, обратил внимание, что стеклянное куполообразное здание входа в метро пустовало, но на подлете Николай видел, что из частного сектора еще бегут люди. Он мягко приземлился на площадке и, отстегнув основной парашют, вбежал внутрь.
По регламенту ночной отдых начинался в два тридцать и заканчивался в три тридцать, после чего обход внутренних помещений станции и верхнего вестибюля, который после этого охраняется от желающих пролезть внутрь станции. Вот только никто из сотрудников службы транспортной безопасности не доводил дело до такой абсурдной ответственности.
Володя
После ужина, обойдя вестибюль, Володя вернулся в комнату сто восемнадцать – комнату отдыха и приема пищи – и улегся на небольшой диван. Вытянув ноги, он с наслаждением улыбнулся.
Работа в службе транспортной безопасности была специфической: одиннадцать часов на ногах с постоянным визуальным контролем за входящими пассажирами сказывались даже на молодом парне двадцати четырех лет.
Володя устроился сюда всего полгода назад и, как оказалось, ему очень повезло с коллективом и начальством: его смена была дружной, а работа с графиком «два через два» Володю вполне устраивала. Тем более в Петербурге не так-то и легко найти работу с постоянной заработной платой да еще на таком уровне. Метро – это стратегический объект, и платили здесь не так как раньше, а достойно, понимая, насколько нелегка работа сотрудников СТБ 3 .
3
СТБ, – служба транспортной безопасности
Организм требовал отдыха, тело Володи расслабилось, мутный взгляд скользнул по стене, где на календаре пестрел защитным цветом нынешний две тысячи сорок седьмой год. Веки потяжелели, и полумрак комнаты погрузился в чуткий сон.
Что происходило, Володя не сразу понял, рация кричала наперебой испуганными голосами. Из приоткрытого окна, вместо шороха колес ночных гонщиков, орала сирена воздушной тревоги. В сознание ворвался металлический голос:
– Внимание! Это не учебная тревога! Всем спуститься в бомбоубежище! – ревели рупоры системы оповещения, висевшие на домах всех перекрестков.
Володя выскочил из помещения, на ходу вынимая БСК 4 . Часы показывали середину ночи: три часа тринадцать минут.
– Вован, выход открывай! – кричал постовой от входных дверей, за которыми уже буйствовала в паническом ужасе обезумевшая толпа.
Только что проснувшийся сотрудник службы транспортной безопасности достал Г-образный ключ, пробегая через правый отключенный турникет, и на мгновение опешил от увиденных лиц за стеклом: люди долбились в двери, орали, называя его всевозможными словами.
4
БСК, – бесконтактная смарт карта с помощью которой открываются служебные помещения
– Че замерз, сопляк?! – рявкнул здоровенный полицейский, потрясывая укороченным автоматом Калашникова. – Дверь открыл, быстро!
Владимир закивал и отработанным движением начал отпирать проход. С постоянным на этой станции сквозняком, через двери выхода ворвался поток испуганных людей, который сбил его с ног, после чего кто-то больно на него наступил. Володя, прижимаясь к банкомату, все же поднялся и двинулся вдоль лестницы, уходившей на второй этаж станции, пытаясь добраться до турникетов.