Сторож
Шрифт:
— Простите, — сказал Баркли.
Пайк, на взгляд которого Баркли выглядел попросту жалко, ощутил сочувствие к нему.
— Ванич через Кингов вложил в эту сделку сто двадцать миллионов долларов — шестьдесят принадлежали эквадорскому картелю наркоторговцев, шестьдесят он получил из своих источников. То есть от террористов. Похоже на то, что брокерами были Кинги и они обратились к вам за недостающими деньгами.
— Ко мне никто не обращался. Я ничего об этом не знаю.
— Они
— Чтобы совершить сделку, им требовалось двести миллионов долларов, — сказал Коул. — Вероятно, Клайн решил, что может просто украсть у вас эти деньги или использовать авторитет вашей компании, чтобы собрать их, но быть всего лишь инвестором Кингов он не желал. Он задумал купить недвижимость от вашего имени и скрыть от вас эту покупку. Кинги отдали ему сто двадцать миллионов, однако собрать недостающие восемьдесят он не смог. Возможно, Ваничу не понравилось, что все так затягивается, и он потребовал вернуть ему деньги. А Клайн, скорее всего, свалил вину за все на вас…
Баркли слушал его с видом ожидающей побоев собаки.
— Мои юристы, — сказал наконец Баркли, — порекомендовали мне обратиться в полицию и в банковскую комиссию. Нам придется провести здесь аудит с помощью судебных экспертов по бухгалтерскому делу.
— У вас есть проблема посерьезнее, чем украденные Клайном деньги, — сказал Пайк. — Ванич все еще хочет вернуть свою долю.
Поняв, что это значит, Баркли снова побагровел:
— С Ларкин все хорошо?
— Все.
— Она знает… — он замялся, но все же спросил: — Знает, что я солгал ей?
— Да.
— Мне нужно увидеться с ней. Немедленно.
Пайк ехал с Бадом и отцом Ларкин, Коул следовал за ними — один. Машину вел Бад, Пайк сидел на месте пассажира, а Коннер Баркли сзади. Большую часть пути Баркли проговорил по телефону, сообщая своим менеджерам и юристам последние новости. Пайк же пересказывал Баду все, что он узнал от Чена относительно людей из Эквадора и их возможных связей с уличной бандой МС-13. Потом Бад позвонил знакомому, работавшему в Отделе бандитизма УПЛА, и попросил его выяснить, имеется ли в списке гангстеров, состоящих в МС-13, человек по имени Карлос.
Пайк объяснил Баду, как проехать по извилистым улочкам к их дому. Напротив дома мыли свой БМВ двое самых молодых из армянских братьев. Увидев «хаммер», остановившийся бок о бок с «лексусом», братья уставились на него.
Коннер Баркли наконец захлопнул крышку своего сотового:
— Так вы в этом доме живете? Ларкин, должно быть, его ненавидит.
Пайк, не ответив, вылез из машины, подождал, пока к нему приблизится Коул, и, пройдя с ним к дому, с силой постучал
— Это я.
Он толкнул дверь:
— Ларкин!
Дом снова был тих и снова пуст.
Коул, Бад и Баркли поднялись на крыльцо.
— Ларкин, ты здесь? — позвал Баркли.
Пайк оглянулся на Коула, они вошли в дом. Коул направился на кухню, Пайк заглянул в спальню девушки, в ванную комнату. Все оставалось на прежних местах, следы борьбы отсутствовали — как будто опять случилось то же, что два дня назад. Ларкин исчезла.
Пайк направился к двери, и тут его позвал снаружи голос:
— Эй, брат! Брат!
На лужайке перед домом стоял один из молодых армян. Он ладонью прикрывал от солнца глаза, однако Бад сразу понял — юноша что-то видел и ничего хорошего это «что-то» не сулит.
— У вас все в порядке? Как Мона?
— Ее нет. Ты не видел, как она уходила?
Коул, Бад и Баркли уже столпились за спиной у Пайка.
Юноша сказал:
— Она уехала с какими-то мужиками. Может, это был тот тип, который ее преследует?
— Ее увезли силой? — спросил Пайк.
— Да нет, она вроде спокойно шла, так? Не то мы бы их окликнули.
Коул постарался успокоить юношу:
— Вы не сделали ничего дурного. Расскажите, как все произошло.
— Мона выглядела так, точно у нее все путем. Они все просто сели в машину и уехали.
— Давно?
— С полчаса назад, около этого. Мы как раз начали нашу машину намыливать.
Бад сделал шаг вперед. Пайк увидел, что он здорово напряжен.
— Вы хорошо разглядели этих людей? Вы или ваш друг.
— Это мой брат, Гаро. Да, мы их разглядели. Пара латиносов и с ними белый мужик. У них такая толстозадая американская тачка с низкой посадкой, и сиденья тоже очень низкие. Клевая.
— Номер ты не запомнил? — спросил Пайк.
— Извини, брат.
Пайк развернул интерполовскую фотографию Хали Ванича.
Юноша кивнул:
— Точно, он. Значит, это все тот же тип?
Коул негромко выругался:
— Черт побери. Как же мы ее теперь найдем?
Пайк чувствовал себя провалившим все дело.
Баркли спросил с крыльца:
— Он знает, где она, или не знает?
Пайк закрыл глаза. Он оберегал ее пять дней, а теперь потерял.
Кто-то тронул его за руку. Открыв глаза, он увидел, что это Коул.
— Мы найдем ее.
Именно в этот миг зазвонил сотовый Пайка. Он взглянул на номер — незнакомый, однако ответил. Судя по точному выбору момента, звонить ему мог только один человек.
— Мне нужны деньги.
Этот мягкий акцент Пайк уже слышал. Звонил Хали Ванич.