Стоянка
Шрифт:
Насколько сейчас он далек от Туалетного Ли (сейчас превратившегося в Ли-Мордой-о-Бетон, вот лежит он, и тень сортира по диагонали пересекает его спину)? Похоже, не очень. Ну и что? Это был утомительный вопрос, их тех, что задают "на засыпку" экзаменаторы. Тут же к нему пришел еще один вопрос, гораздо более интересный. Как сильно он сможет ударить Ли в левое ухо, не убив его? Прямо в ухо, ба-бах. Ему было интересно услышать звук, который вылетит из-под ботинка. Звук,
— Лучше бы тебе заткнуться, мой друг, — сказал Хардин. — для тебя сейчас это будет лучшей линией поведения. Просто заткнись. Расскажешь это полицейским. Что ты хотел выбить и из кого.
— Почему вы не уходите? Почему бы вам просто не уйти и не оставить меня в покое? Вы раздавили мои очки, неужели этого недостаточно?
— Нет, — доверительно сказал Хардин. Он подумал пару секунд. — А знаешь что?
Ли не рискнул заговорить.
— Я пойду к своей машине медленно. Ты можешь подняться, если хочешь. Мы можем встретиться лицом к лицу.
— Точно, — горько усмехнулся Ли. — Я много чего увижу без очков.
Хардин поправил свои очки. Ему совершенно не хотелось в туалет — что за странная штука.
— Посмотри на себя, — сказал он. — Ты только посмотри на себя!
Ли задрожал — должно быть услышал в его голосе что-то эдакое, но ничего не сказал, что было мудро с его стороны, учитывая обстоятельства. И человек, который стоял сейчас над ним, человек, который за всю свою жизнь ни разу не дрался — ни в школе, ни в колледже, понял, что все кончено. Если бы у Ли был пистолет, он бы попытался выстрелить ему в спину. Но у него не было пистолета. Похоже, Ли… как бы это сказать…
Обломали.
Старину Ли-Ли обломали.
Хардину в голову пришла мысль.
— У меня есть номер твоего водительского удостоверения. Я знаю имена — имена вас обоих. Я буду следить за газетами, ослиная твоя задница.
Ли молчал. Он лежал на животе, рядом блестели разбитые стекла очков.
— Счастливо, говнюк, — сказал Хардин.
Потом он подошел к своему «Ягуару», завел мотор и уехал прочь.
Его желудок выдержал 10, может, 15 минут. Достаточно для того, чтобы пробежаться по радиодиапазону, плюнуть на все и включить диск Люсинды Уильямс. А потом цыпленок с картошкой, съеденные в Пот О'Голд, внезапно запросились наружу. Он свернул к обочине, переключил рычаг коробки передач в нейтральное положение, попытался выбраться и осознал, что у него нет на это времени.
Впереди показались огни автомобиля. Сначала Дикстра решил, что это полицейские, они всегда тут как тут, когда нахрен не нужны. Потом, на секунду — леденящую секунду — ему показалось, что это старомодная машина, ну вы знаете, в таких ездили гангстеры в 30-х годах — Эллен за рулем, Ли-Ли с монтировкой на пассажирском сиденье.
Но это был всего лишь старый «Додж», полный детей. Один из них, с лицом слабоумного, высунул свою рыжеволосую голову в окошко и проорал: "А себе на ботинки слабоооо?". Этот крик был встречен громким хохотом, и машина проехала мимо.
Дикстра закрыл дверь, запрокинул голову, закрыл глаза и стал ждать, пока толчки в животе не прекратятся. Через какое-то время желудок успокоился. Дикстра снова захотел сходить по-маленькому. В данной ситуации он решил, что это хороший знак.
Он вспомнил о своем желании дать Ли-Ли по уху — насколько сильно? с каким звуком? — и постарался выкинуть это из головы. Одна мысль об этом снова заставляла желудок вибрировать. Он постарался направить свои мысли (во всяком случае те, которые были ему послушны) к тому командующему центром управления, где-нибудь в Лоунсам Кроу, штат Северная Дакота (или, может в Дэдвульф, штат Монтана). О человеке, который тихо сходит с ума. Которому под каждым кустом мерещатся террористы. Он копит у себя в шкафчике плохо написанные рекламные брошюры и проводит ночи за монитором компьютера, изучая в интернете сайты параноиков.
А Пес, скорее всего, мчится в Калифорнию, у него там дело… в этот раз на машине, потому что в шинах его «Доджа» спрятано секретное оружие…и тут его «Додж» ломается…
Точно, это здорово. Конечно, тут надо еще подумать…
Дрожь прошла. Дикстра включил зажигание и свернул с обочины на дорогу. В Лэйк Сити он наткнулся на круглосуточную автозаправку и удобный магазин. Там он опорожнил свой мочевой пузырь и заправил машину (предварительно оглядев все четыре колонки — нет ли поблизости драндулета, похожего на гангстерские тачки тридцатых годов). Занятый мыслями Рика Хардина, он подъехал к своему дому у канала. Он всегда перед выездом ставил дом на сигнализацию (весьма предусмотрительно с его стороны), так что он выключил ее, чтобы потом снова включить на ночь.
КОНЕЦ