Стракен
Шрифт:
Что же с ней произошло?
Перед ней стоял Века Дарт, его иссушенное лицо светилось безудержным ликованием, отражавшимся и в диком взгляде. Держа факел в своеобразном приветствии, он склонил свою голову с грубой покорностью.
— Стракен-Королева, — прошептал он с благоговением в голосе. — У тебя самая мощная сила. У тебя самая высшая магия. Я преклоняюсь пред тобой. Я приветствую тебя. Тебе нет равных.
Она закрыла глаза от обуревавших ее чувств и ничего не ответила. Она не притворялась, что знает, насколько велика была реальная сила ее магии. Однако она нисколько не сомневалась, что этой силы оказалось достаточно, чтобы раскрыть их местоположение
Глава 11
Когда весь покрытый рунами темный жезл начал светиться, Пен почти сразу же почувствовал некий сдвиг в пространстве и времени. Это было странное чувство, некое ощущение движения, похожее на слабую дрожь в земле в сочетании с едва заметным переходом света в темноту. Он моментально понял, что начала действовать магия и темный жезл откликнулся на его молчаливую мольбу о помощи. Никакого землетрясения не было, не было ничего поразительного и откровенно драматического, просто какой-то намек на то, что все меняется.
Он успел еще один раз взглянуть на Хайбер, которая стояла перед проемом, где раньше, до того, как она их сокрушила, находились двери в спальные покои Ард Рис; ее тело было напряжено, руки подняты с растопыренными пальцами, она была готова встретить все, что могло появиться в поле ее зрения. Он раскаивался, что оставлял ее среди стольких врагов — ненавидел себя за это, после всего, что она ради него сделала, — но не было ни времени, ни возможности как-то на это повлиять. Она приняла последствия своей участи, согласившись доставить его сюда, понимая, что должно произойти. Самое лучшее, что он мог сделать для нее, было самым лучшим для них обоих: пробраться в Запрет, найти Ард Рис и вернуть ее обратно в Четыре Земли.
Потом все произошло очень быстро. Под его пальцами загорелись руны, а сам посох засветился еще ярче от их сияния. Затем это сияние окружило его, обволакивая собой, скрывая его от окружающего мира. Комната и Хайбер исчезли. Он закрыл глаза, еще крепче сжимая посох, молясь, чтобы оказаться достаточно сильным для выполнения всего необходимого.
Гигантская рука сжала его тело так, что из его легких вылетел весь воздух. В ответ он вздохнул, стараясь дышать, борясь, чтобы удержаться от удушья.
Затем он оказался на сумрачной поляне с будто покрытой инеем травой и пустынной землей, окруженной редкими деревьями под небом с нависшими густыми тучами. Паранор исчез. Мир Четырех Земель исчез. Ничего, на что бы он ни смотрел, не напоминало ему о доме. За исключением, наверное, более мрачных мест, в которых он побывал, таких как Шлаки или Клу. С минуту он безучастно смотрел вокруг, сравнивая, отмечая различия в своей голове, медленно переводя взгляд.
Первое, что пришло ему в голову, касалось того, как же здесь темно. Сейчас явно была не ночь, однако солнца нигде не было видно, пасмурное небо походило на океан мутной воды. Деревья и трава имели размытую окраску, их зелень была какой-то тусклой, сероватой. Он посмотрел вдаль. Многого он не увидел, лес исчезал в меняющейся завесе тумана, а небо и земля через несколько миль превращались в какую-то сероватую дымку; горы выглядели суровыми и безжизненными, деревья в лесу больше напоминали какие-то скелеты. Он не мог представить, что могло тут жить. У него было такое чувство, будто большую часть времени он провел тут, сидя на корточках и настороженно озираясь.
Он почувствовал, что здесь все были или преследователем, или преследуемым, охотником иди добычей.
Я уже ненавижу этот мир, подумал он.
Он
Однако, чтобы выжить здесь, в этом мрачном месте, потребуются все силы, что у него есть, а потом еще немного.
Он закончил осмотр окружающей обстановки, не найдя ничего полезного, еще немного постоял, потом присел, чтобы собраться с мыслями. Ненадолго он вспомнил о своих родителях. У них не будет возможности узнать, что с ним случилось, если Хайбер не сможет до них добраться. По крайней мере, они сбежали из Паранора и от друидов. Больше их уже не обманут ни Шейди а'Ру, ни ее приспешники. Его по-прежнему тревожил тот факт, что Королю Серебряной Реки не удалось их предупредить, как он обещал ему. Если только, конечно же, они не стали внимать этому предостережению и решили помочь ему, несмотря на риск. Его мать именно так и поступила бы. Ради него она будет бесстрашной.
Как и любой из его друзей и спутников в этом путешествии, подумал он. Как все они. Он обнаружил, что сильно скучает по ним — по спокойному Тагвену, храброму Кермадеку, находчивой Хайбер и даже свирепому Аталану. Но больше всего он скучал по Синнаминсон. Одна лишь мысль о ней пробудила в нем такую боль, какую он никогда не испытывал. Он попытался представить ее такой, какой лучше всего ее запомнил — свободной и жизнерадостной, улыбающейся ему с палубы «Скользящего» и протягивающей к нему свои руки. Он постарался не думать о том, где она оказалась и что с ней стало. Но полностью с этим справиться ему не удалось.
Он сжал свои губы в тонкую линию и заставил себя думать о совершенно других вещах. В данный момент он остался один, по крайней мере до тех пор, пока не отыщет свою тетю, и ничего не мог сделать, чтобы это изменить. Он надеялся, что с остальными все в порядке, что они сумели справиться со своими затруднениями, однако, как ему показалось, не были ли эти мысли о них еще одним отвлечением от главного.
Ибо он должен думать о том, чтобы найти свою тетю, Ард Рис, и вернуть ее обратно невредимой.
Он вздрогнул, когда его ладони ощутили внезапное тепло. Это засветились руны темного жезла, наполняя посох теплом. Он быстро вскочил на ноги и огляделся, считая, что посох предупреждал его о скрытой опасности. Но ничего не почувствовал. Он еще раз посмотрел на посох, но руны погасли и древесина снова остыла.
В замешательстве он нахмурил брови. Что-то вызвало эту реакцию, но что именно? Он снова огляделся. Ничего.
Он опять посмотрел на посох. Что-то было внутри его самого? Посох реагировал на него? Он уже знал, что они связаны, настолько, что он смог найти посох, когда его отобрал Траунт Роуэн, и инстинктивно понял, как призвать его магию, когда переходил из своего мира в этот.