Страна Мудрецов
Шрифт:
– Кирпичей у меня маловато, – сообщил Митька. – Не играю, ни на что лишнее не трачу, а все равно медленно накопляются.
Я утешил папуаса:
– Не беда. После того как закончим клуб, получишь из общественного фонда.
Вокруг собирались жители, прислушивались к нашему разговору.
– А почему мы сперва строим клуб? – спросил Грызушка. – Ведь он будет ничей. Лучше сперва жителям дома построить. Когда у каждого будет хороший дом, тоща можно и клуб сложить на досуге. Я так понимаю этот вопрос.
– Неверно понимаешь, –
– Это уж как захочу! – надулся Грызушка.
– А в клуб каждый житель может прийти и провести там время с пользой и удовольствием.
– Крепко сказано: с пользой и удовольствием! – поддержал друга Кикимор. После того как Лидка его постригла, Кикимор стал совсем не страшным.
Бывший зампотех Федя разогнулся, потер поясницу и пробубнил:
– Еще неизвестно, что мы в том клубе будем делать.
Может, спать даже интереснее. Когда спишь, приятные сны видишь!
Я начал говорить:
– В клубе мы будем делать все что захотим! В первом этаже мы устроим спортивную базу…
– Крепко сказано: спортивную базу! – обрадовался Кикимор.
– Мы сделаем лыжи, санки, а когда научимся ковать железо, то и коньки! Будем устраивать прогулки, соревнования и кроссы. Будем строить снежные крепости и играть в войну. На Новый год украсим елку и навешаем на нее подарков для всех жителей!
– Здорово! – закричали жители. – А что такое «Новый год»?
– Это самый веселый праздник, – сказал я. – В этот день открывается чистая страница твоей жизни и ты думаешь о том, какие интересные события будут на ней записаны. Когда наступит весна и вы расскажете проснувшимся жителям, как провели время, они взвоют от обиды, что проспали зиму и все прошло мимо!
– Крепко сказано: прошло мимо! – повторил Кикимор.
– Они сейчас спят, а вы трудитесь не разгибая спины и очень устаете. Казалось бы, что им легко, а вам трудно. Но они ничем не отличаются от мертвецов, а вы – живые люди! Бездельничать, удовлетворяться маленькими радостями и ограничивать свои потребности – это недостойно человека. Давайте станем людьми, а глупое слово «жители» навсегда выбросим из нашего языка!
– Ура! – закричали бывшие жители.
Они подхватили меня на руки и стали подбрасывать. Взлетая в воздух, я заметил, что из-за трубы соседнего дома подглядывает доктор Клизман…
Я опять встревожился и пошел домой в плохом настроении. Там за столом сидела королева Дылда. Она была в прежнем платье и прежней прическе. Все, чему научила ее Лидка, бесследно исчезло. Королева кормила разомлевшего от сытости Петьку пирогом. С Петькиных губ текло на стол черничное варенье.
– У нас гости, – сказала довольная Лидка. – Тетя Дылда пришла со своим угощением. Садись к столу, если у тебя мытые руки.
Пришлось мыть руки… Королева подала мне кусок пирога и сказала задумчиво:
– Хорошо, что
– Это всякий любит, – сказал я. – Но иногда приходится сердиться. Никак без этого не обойдешься.
Я взглянул на Петьку. Он старательно жевал и не слушал нас.
– Избегайте, – посоветовала королева. – Это же очень просто! Делай знакомым только хорошее. А если захочешь сделать плохое, так остановись и ничего не делай.
Если узнаешь, что твоему знакомому грозит беда, предупреди его… Понимаешь? Ну, я пойду. Разговорилась, старуха, а во дворце куча дел.
Королева встала из-за стола и свернула тряпочку, в которой принесла угощение. Из вежливости я проводил ее до дворца, потом остался поиграть с королем в шахматы.
В комнате было холодно. Мур Семнадцатый зябко кутался в прадедушкину мантию с меховым воротником. Сторож Кирюха покинул свой пост и удалился спать неизвестно куда. Королю было скучно и холодно, но спать он не ложился.
– Что вы маетесь, ваше величество? – посочувствовал я королю. – Или соглашайтесь на печку, или валитесь в сено.
– На днях, на днях, любезный, – сказал король Мур и сделал неверный ход. От холода он забыл, что конь ходит углом. – Есть у меня одно неотложное дельце.
– Что за дельце, если не секрет?
– Узнаешь, узнаешь, любезный… – Король нахально взглянул на меня и взял моего белого слона своим черным.
Я не стал возражать. Тогда он, перепрыгнув ладьей через пешку, взял моего ферзя. Мне пришлось сдаться.
Я пошел домой. Там все было по-старому. Лидка наворачивала на голове какую-то немыслимую прическу, а чисто умытый Петька вгонял в свою кровать последние гвозди. Я все ждал, что придет тайный человек Шнырь пить компот и рассказывать новости. Мне очень хотелось узнать новости – какое-то мрачное предчувствие угнетало душу.
Но время близилось к ночи. Петька уже закончил свою кровать. Шнырь все не появлялся. Может быть, занимался подноготными делами, а может быть, не хотел показываться Петьке. Он очень берег свою тайну. Даже король Мур Семнадцатый не знал, что в стране проживает тайный человек Шнырь.
Лидка завершила прическу замысловатой финтифлюхой на макушке, обернула голову платочком и ушла на свою половину. Я велел Петьке разровнять угли в печи, погасил лучину и лег спать.
ТЕТРАДЬ 17
Я проснулся среди ночи от треска, грохота и воя. Сердце мое оборвалось и рухнуло куда-то вниз, когда я подбежал к окну и увидел, что творится в городе Мудросельске. Странное, никогда еще не испытанное равнодушие опустошило меня. Жизнь моя потеряла смысл, потому что случившееся было непоправимо. Без всякого страха я подумал, что теперь не стоит жить, и лучше бы я вообще никогда не рождался в мир, ничего бы не начинал делать.