Страна туманов
Шрифт:
Все началось рано утром — раздался телефонный звонок, и на том конце провода прозвучал голос Алджернона Мейли.
— Вы свободны сегодня днем?
— Да, я к вашим услугам.
— Послушайте, Мелоун, вы крепкий малый. Вы ведь играли в раггер за Ирландию, так? Вас не шокирует, если вам придется ввязаться в драку? Мелоун широко ухмыльнулся:
— Можете на меня рассчитывать.
— Неизвестно, какой оборот примут события. Возможно, нам придется иметь дело с боксером-профессионалом.
— Ого! — бодро воскликнул Мелоун.
— И нам нужен еще один человек. Не знаете ли вы
— Отлично! Постарайтесь договориться с ним! Если же он не сможет, придется обойтись своими силами. Теперь слушайте адрес: Бельшоу-Гарденс, 41. Это недалеко от Эрлс-Корт Стейшн. Ровно в три. До встречи. Мелоун тут же позвонил лорду Рокстону, и вскоре в трубке раздался знакомый голос:
— Что случилось, мой юный друг? Драка, говорите? Тогда конечно. Что? Да я хотел сказать, что у меня партия в гольф в ричмондском Оленьем Парке, но ваше предложение гораздо заманчивее. Что? Прекрасно! Там и встретимся. Вот так и вышло, что ровно в три Мейли, лорд Рокстон и Мелоун сидели возле камина в уютной комнате адвоката. Его милая симпатичная женушка, помощница и соратница не только в духовных, но и в светских делах, также спустилась вниз поздороваться с гостями.
— Дорогая, тебе не стоит здесь оставаться, — сказал Мейли. — Посиди пока во флигеле — это будет с твоей стороны в высшей степени благоразумно. И не волнуйся, если вдруг услышишь шум.
— Но я так беспокоюсь, дорогой! Тебя могут ранить!
Мейли рассмеялся:
— Боюсь, скорее пострадает наша мебель, а больше не о чем беспокоиться. Это делается во имя великой цели, которая для нас превыше всего, — объяснил он собравшимся, когда его супруга с неохотой покинула гостиную. — Я уверен, что ради этого миссис Мейли готова страдать. Ее отзывчивое женское сердце, полное любви, чувствует, как важно донести до обитателей сирой земли нашей знание о том, что за порогом смерти их ждет великая радость. Клянусь Богом, она поистине моя путеводная звезда. Однако, — продолжал он со смехом, — я, наверное, излишне углубился в этот вопрос. У нас есть дела поважнее, причем столь же неприятные, сколь прелестна и нежна моя возлюбленная супруга. Речь идет о брате Тома Линдена.
— Слыхал-слыхал, — отозвался Мелоун. — Я сам когда-то увлекался боксом, да и по сей день состою в Национальном спортивном клубе. В те времена Сайлас Линден чуть не стал чемпионом во втором полусреднем весе. — Да, все правильно. Сейчас он остался без работы и решил испробовать себя в роли медиума. Разумеется, я и другие члены нашего кружка отнеслись к этому серьезно и сочли его притязания вполне законными, поскольку все мы любим его брата, а способности такого рода — часто явление семейное. Но все-таки следовало прежде его испытать, и вчера состоялся пробный сеанс. — Ну и как он?
— Я начал подозревать его с первой минуты:
С этими словами Мейли достал из кармана треугольный лоскуток холста. — Вот, смотрите: вполне обычный холст. Думаю, он просто надел свою ночную рубашку.
— Почему же вы сразу его не разоблачили? — воскликнул лорд Рокстон. — Видите ли, на сеансе присутствовало много дам. Я был, пожалуй, единственным мужчиной, который мог бы ему противостоять. — Что же вы собираетесь делать теперь?
— Я пригласил его явиться сюда в половине четвертого — он вот-вот должен прийти. Думаю, он вряд ли догадывается о причинах этого приглашения, если только он не заметил, что от его одеяния отрезан кусок. — И как же вы собираетесь себя вести?
— Все будет зависеть от него. Мы должны во что бы то ни стало его остановить: из-за таких, как он, наше дело подвергается нападкам. Ничего не смыслящие в спиритизме шарлатаны компрометируют честных медиумов — ведь публика не видит разницы между теми и другими. Мне хотелось потолковать с ним в вашем присутствии, один я не смог бы говорить с ним на равных. А вот и он!
За дверью раздались тяжелые шаги, и в комнату вошел Сайлас Линден, ныне лжемедиум, а в прошлом профессиональный боксер. Его маленькие поросячьи глазки с подозрением оглядели собравшихся. Потом он выдавил из себя улыбку и кивнул Мейли.
— Добрый день, мистер Мейли. Неплохо вчера вечерок провели, а? — Присаживайтесь, Линден, — сказал Мейли, указывая на стул. — Как раз о вчерашнем вечере я и собрался с вами поговорить. Вы обманули нас. Злобное лицо Сайласа Линдена побагровело от ярости.
— Что вы хотите этим сказать? — раздраженно вскричал он. — Только то, что сказал. Вы вырядились в белое, желая предстать духом и ввести всех в заблуждение.
— Это ложь, черт побери! — рявкнул Линден. — Да как вы смеете! Мейли вынул из кармана и разложил на колене припасенный лоскут. — А что вы на это скажете?
— А что я должен сказать?
— Я отрезал это от балахона, который был на вас вчера, в тот момент, когда вы проходили мимо меня. Осмотрите его, и вы сразу найдете это место. Отпираться бессмысленно, Линден, игра проиграна, и вы не можете этого отрицать.
На какое-то мгновение Линден потерял дар речи, а потом разразился потоком грязной брани.
— Куда вы клоните? — свирепо озираясь вокруг, орал он. — И за кого меня принимаете? Думаете, можно как угодно мною вертеть? Что это за спектакль вы устроили? Не на того напали!
— Не стоит так волноваться, Линден, — спокойно сказал Мейли. — Я завтра же могу передать вас в руки правосудия, и вас будут судить. Но ради вашего брата я желал бы избежать публичной огласки, однако вам не выйти отсюда до тех пор, пока вы не подпишите бумагу, лежащую у меня на столе. — Да что вы говорите? И кто же мне сможет помешать?